Аллен Кайруль – Мутация вечности (страница 3)

– Идеально! – глаза Беллы засветились. – Ты прошла отбор, моя хорошая, – обратилась она к Алу, – теперь тебя можно перевести в более удобные условия, ведь ты, наверное, проголодалась.

– Какой еще, к черту, отбор? – Алурис разозлилась, ей хотелось ударить блондинку прямо в ее лживую физиономию, но женщина ласковым голосом, подобно заботливой мамочке, присела на колени рядом с Алу.

– Милая девочка, мы о тебе позаботимся, – Дорис прикоснулась своей тощей рукой к мягким волосам Алурис, – профессор Шанди, – окликнула она его, – немедленно позовите ко мне охрану.

– Как скажете, – донеслось из коридора.

– И передайте профессору Миросу, что я жду от него отчет по разработке «МВ» уже две недели, – добавила блондинка, отойдя от Алу. Минуты через три охрана была уже в комнате. – Развяжите ее.

Двое охранников, как один, ринулись развязывать девушку. Алурис, наконец, села в удобное положение и начала растирать затекшие руки и ноги.

– Вставай, – велела блондинка, – мы уходим.

Двое мужчин, в числе которых был и высокий в черном костюме, резко подняли девушку и потащили вслед за Дорис по узкому коридору так быстро, что Алу еле-еле успевала переставлять затекшие ноги.

Узкие стены давили со всех сторон, вызывая ощущение замкнутости и дискомфорта, казалось, что в этих темных стенах не хватает кислорода. На покрашенных стенах висели старые календари и картинки нарисованных животных, где-то в углу слышался стук настенных часов. Пройдя весь коридор, который на первый взгляд казался бесконечным, Алурис увидела прозрачную дверь. Один из охранников открыл ее, и девушка вошла внутрь.

Место, в которое она попала, оказалось большой лабораторией, внутри которой находилось с десяток ученых, и каждый был занят своим делом. Удивительно, но на проходящую мимо Алу оглянулся лишь высокий худой мужчина в маске на лице, он задумался на секунду, а затем вновь продолжил свою работу. По-видимому, здесь не редко проходят подопытные вроде Уайли, местные ученые уже воспринимают это как должное, либо просто боятся высказать свое мнение против коварной начальницы Беллы Дорис.

В каждом углу кипела работа, шуршание бумаг наполняло комнату легким спокойствием, Алу на секунду показалось, что она пришла в государственную больницу, большое количество людей вызывало чувство защищенности, хотя девушка прекрасно понимала, что это не так.

Через лабораторию Алурис снова попала в коридор, только на этот раз он был широкий, хорошо освещаемый и такой же белый, как и лаборатория. Справа и слева коридор был заставлен стеклянными камерами, подобное девушка видела только в фильмах и сериалах, но никогда не думала, что такие бывают и на самом деле. Обилие белого цвета непроизвольно заставляло задуматься о психбольнице, оказаться в которой Алу боялась больше всего в жизни, однотонное покрытые со всех сторон помещения вызывало отвращение и странное головокружение. Камеры были пустые, но внутри каждой имелась своя кровать и небольшой столик. В конце коридора Белла остановилась возле одной из таких камер, провела пропускной полупрозрачной белой карточкой по электронному замку, дверь открылась, и охранники толкнули Алурис внутрь.

Алу упала, сильно ударившись коленкой о белые плиты пола. Стены клетки были матовые и белые, словно из мрамора, а в углу стояла кровать с чистым постельным бельем. Потолок не отличался разнообразием и тоже был белый с тремя огромными встроенными светильниками. Из-за прочности стен казалось, что находишься в полном вакууме, а белые стены словно давят со всех сторон. Белла вошла в комнату вслед за Алу и помогла ей присесть на край кровати.

– Располагайся, – довольно произнесла женщина, – кормить тебя будут три раза в день, так что жаловаться не на что, почти как в санатории.

– Зачем я здесь? – еле слышно спросила Алурис, незаметно смахнув скатившуюся слезу. Белла проигнорировала ее вопрос.

– Стекло непробиваемое и звуконепроницаемое, – сказала она, подходя к выходу, – биться бесполезно, пытаться разбить тоже, кричать можешь даже не пытаться, слышно будет от силы в метре от камеры, – усмехнулась она. – Профессор Шанди будет обследовать тебя каждый день, и даже не думай сопротивляться, иначе тебя снова отведут в зеленую комнату и свяжут, туда отправляют всех непослушных гостей нашего института.

– Но я в той комнате была одна.

– Ты действительно думаешь, что у нас только одна зеленая комната? – Дорис взяла что-то из рук охранника и подошла к Алурис. – В нашем институте такие комнаты называют еще комнатами пыток. Но ты об этом не думай, я уверена, с тобой таких проблем у нас не возникнет.

Белла положила на колени Алу горячий пакет с контейнером и вышла из камеры. Стеклянная дверь закрылась, и блондинка вместе с охранниками исчезла в другом конце белого коридора.

2. Белая камера

Прошло уже несколько недель, как профессор Шанди ежедневно посещал камеру Алурис и каждый раз досаждал ей все новыми и новыми обследованиями. Алурис уже сама не помнила, сколько дней пролетело с того момента, как она очнулась в той страшной зеленой комнате, и, хоть вид в ее новом месте жительства был куда лучше предыдущего, настроение и состояние девушки становились только хуже.

Две недели? Или десять? В белых стенах Алу даже не замечала, когда заканчивался день, и наступала ночь, три яркие лампы круглосуточно освещали эти четыре квадратных метра, внутри которых была заперта девушка. Без сомнения, длительное нахождение в замкнутом одноцветном пространстве монотонно, но уверенно заставляло сходить с ума. Сколько раз день сменил ночь, можно было только гадать или пытаться определить по количеству контейнеров, в которых ежедневно доставляли пищу.

Все вены у Алу были исколоты, в некоторых местах уже образовались болезненные гематомы, и сдавать кровь стало новым ночным кошмаром для Уайли, невзирая на то, что раньше она считала это крайне безобидным занятием. От постоянных вибраций голова Алу все чаще болела, последнее время девушка стала замечать за собой видения и галлюцинации. Стены словно сдавливали со всех сторон, вызывая чувство нестерпимой боли и одиночества, каждая секунда, которую приходилось проводить в этом неприятном помещении, заставляла девушку сходить с ума.

В попытках отвлечься, Алу перебирала руками золотой кулон на своей шее и вспоминала семью. Этот кулон подарил отец ее маме в день свадьбы, он был небольшой, полукруглый, с изображением крошечных рыбок, плавающих в аквариуме. Когда отец ушел, мама отдала его Алурис, как единственное, что может напоминать ей о нем.

Отец всегда твердил, что нельзя забывать, кем ты являешься на самом деле, даже если весь мир пытается сбить тебя с верного пути. Она заложила этот смысл в кулон, но после смерти отца он приобрел для нее еще одно значение – ничто не бывает вечно, а значит, и пути могут меняться, главное всегда помнить, кто в этом мире именно ты.

В попытках самокопания не давал сойти с ума только ученый, который несколько раз в день навещал девушку, разговаривал с ней и отвлекал от навязчивых мыслей. Иногда он был слишком назойлив, и, учитывая вспыльчивый характер Уайли, ее терпения с каждым днем оставалось все меньше, но лгать самой себе бессмысленно, и Алу признала тот факт, что общение с ученым идет ей на пользу.

Закончив свой невкусный завтрак, который рано утром принес Шанди, Алу сунула остатки под кровать и улеглась в ожидании очередного посещения профессора. Сегодня девушка проснулась рано и, на удивление, чувствовала себя хорошо. Звуконепроницаемые стены создавали эффект вакуума, у Алурис стала развиваться клаустрофобия, ей все сильнее хотелось удариться головой обо что-нибудь твердое, лишь бы не слышать этой нескончаемой пустоты, которая словно сдавливала ее голову с разных сторон.

– Интересно, – произнесла вслух Алурис, – что же сейчас делает мама и Рон? Заметили ли они, что я пропала?

На Алу нахлынула меланхолия, и ей чертовски захотелось поплакать. Девушка собиралась вытереть скатившуюся слезу рукой, но тут же вспомнила, что сгибать руку в локте невыносимо больно.

– Долбанные иголки, – возмутилась девушка и закрыла глаза.

Профессор должен был прийти еще час назад. За несколько дней, проведенных в этих стенах, Уайли буквально зазубрила график посещения ее камеры, да и сам профессор был довольно пунктуальный человек и всегда приходил вовремя, либо раньше на несколько минут. Алурис смотрела на стрелку часов, которые висели по ту сторону стекла, и считала секунды, время здесь казалось вечностью.

– Вот если бы из этой камеры было видно, что делают те ученые в лаборатории, – но, к ее великому разочарованию, из камеры можно было увидеть только пустую камеру напротив и ее соседнюю, такую же пустую. – Глупый ученый! – воскликнула девушка.

Доходил почти полдень, но и в три, и в четыре, и в пять никто не пришел. Девушка в ярости соскочила с кровати и бросилась к стеклу, навалившись на него всем своим телом. Она била кулаками и в истерике выкрикивала имя ученого, затем разбежалась в сторону двери и накинулась, что есть силы. Подсознательно девушка знала, что дверь была заперта, и никакие усилия не помогут ее открыть, но какого же было ее удивление, когда под весом Алу дверь камеры открылась, и она с воплем вывалилась в коридор. Уайли не поверила своим глазам, электронный замок был отключен, и все это время она находилась в открытой камере.