Аллан Коул – Когда боги спали (страница 56)
Он хлопнул Сафара по спине, чуть не опрокинув его на палубу.
— В общем, как сказала Арлен: «Представление, ребята!»
Город Деминг являлся центром богатой сельскохозяйственной области, растянувшейся вдоль длинной извилистой реки. Ярмарочная площадь раскинулась сразу же за главными городскими воротами, и ее уже битком забили люди, пробираясь вдоль прилавков с яркими разнообразными товарами.
Летающий цирк Мефидии появился впечатляюще, сделав низкий круг над городом и ярмарочной площадью под звуки магически усиленной фанфары Рабика. Труппа переоделась в сверкающие костюмы и выстроилась вдоль бортов летающего корабля, приветственно размахивая руками и выкрикивая приглашения.
Арлен, надев наконец на грудь и бедра повязки, стоя у ограждений, испускала длинные струи огня и размахивала хвостом. Мефидия облачилась в красную колдовскую мантию с длинным подолом, но с вырезом сбоку до бедра. Намеренно встав рядом с Арлен, она позволяла ветру-провокатору обнажать длинные стройные ноги.
Бинер ревел голосом магически усиленным заклинанием Мефидии:
— Спешите видеть огнедышащего дракона! Спешите насладиться ловкостью Каиро, чуда без головы! Убедитесь в силе самого могучего из ныне живущих людей! Спешите видеть заклинателя змей, отважно справляющегося со смертельным змеем из Саняна! Подивитесь на чудеса таинственной Мефидии! Спешите! Спешите! Парни и девушки всех возрастов, добро пожаловать в летающий цирк Мефидии! На величайшее зрелище во всем Эсмире!
Обратив на себя внимание многочисленной толпы, воздушный корабль медленно и величественно поплыл в сторону, ведя всех за собой к широкому полю рядом с ярмаркой. Затем опустился, зависнув футах в двадцати над землей. Бинер и несколько чернорабочих, вооружившись инструментами, соскользнули по канатам вниз и быстро вколотили в землю железные костыли, к которым и привязали воздушный корабль.
Один за другим актеры соскользнули вниз по канатам. Каждый на полпути останавливался, чтобы каким-нибудь ловким акробатическим трюком вызвать аплодисменты у собравшихся.
На другом борту воздушного корабля Сафар и другие чернорабочие занимались менее благодарным трудом, спуская вниз сундуки с атрибутами представления. Но Сафар вскоре понял, что и эта работа привлекает к себе восхищенных зрителей. Мальчишки не сводили с них широко раскрытых глаз, охая и ахая каждый раз, когда очередной предмет оказывался на земле. Старший чернорабочий по имени Чейз тут же извлек пользу из их интереса. Он подошел к самому старшему пареньку и в обмен на бесплатные билеты заручился помощью ребят. И вскоре дюжина парней, раздевшись до пояса, принялась помогать устанавливать цирк.
Обалдевший от ажиотажа первого своего представления, Сафар, повинуясь отрывистым приказам Чейза, метался от одного задания к другому. Он еще толком ничего не сообразил, а вокруг уже поднялись стены цирка, купол обтянул тент, а самого Сафара затолкали в будку по продаже билетов у входа. Кто-то воткнул ему в руку билеты, и он машинально заорал, как зазывала, выкрикивая слова, вбитые в его память Бинером за время полета:
— Люди, наша цена — пять медяков. И это совсем немного.
Он смахивал монеты, пересчитывая:
— Одна, две, три, четыре и пять!
Затем смахивал следующие.
— Приведете приятеля, отдадим по четыре!
Он подкинул монеты на ладони.
— А если хорошенькую подружку, то и за три.
— Два — за вашу бабушку.
— Один медяк — билет ребенку.
Последнюю монету он бросил в толпу.
— Кто найдет эту счастливую монету — вход бесплатно!
Ребята бросились на поиски. Сафар увидел, как в этой суматохе сбили с ног маленькую девочку. Она сидела в пыли и плакала. Сердцем он устремился к ней и впервые с тех пор, как присоединился к труппе, ощутил, как в крови загорелось магическое ощущение. Он прошептал заклинание, взмахнул рукой, ребенок тут же весело закричал:
— Я нашла ее! Я нашла ее! — Она подняла ручку, показывая всем счастливую монетку. — Смотрите!
Остальные дети разочарованно застонали, а взрослые пришли в восхищение. Ее подняли на руки и стали передавать над толпой, пока она не оказалась перед Сафаром.
Он с радостью вручил ей билет. Она уставилась на бумажку широко раскрытыми от удивления глазами.
Сафар уже полностью овладел собой. Слова сами стекали с языка.
— Что ж, ребята, у нас уже есть счастливая леди, которая откроет наш день! — воскликнул он. — А где же ее мамаша, чтобы мы осчастливили их двоих? — Объявилась юная хозяйка в залатанном платье и протолкалась вперед. Сафар и ей подарил билет. — Добро пожаловать, леди! Мы покажем вам самые удивительные вещи Эсмира!
Не успели мать с ребенком войти в цирк, как вокруг Сафара закипела толпа, практически забрасывая его деньгами, стремясь побыстрее заполучить билеты.
Он все распродал за полчаса. Собрав кассу, Сафар закрыл будку и скользнул в шатер.
Представление уже началось. Зрители покатывались со смеху от Арлен, которая, надев безвкусное яркое платье, гонялась за Бинером, одетым в нелепый солдатский мундир. В нужный момент она выпустила струю огня в подбитую ватой спину Бинера. Тот подпрыгнул, схватился руками за задницу и фальцетом завопил от воображаемой боли. Затем бросился бежать дальше, крича о помощи, с Арлен за спиной.
Сафар присел в укромном уголку и, как остальные зрители, с огромным вниманием принялся смотреть.
Представление длилось три часа. В течение всего этого времени труппа работала без перерыва, постоянно переодеваясь, так что складывалось впечатление, будто толпу развлекают по меньшей мере пятьдесят актеров.
Рабик и Илги, уходя с арены, перемещались на небольшую площадку, где посадили чучела музыкантов, и оттуда аккомпанировали подобно оркестру каждому номеру. Помимо костюма клоуна Бинер переодевался в дюжину личин различных ужасных животных. Эти зверюги делали вид, что готовы напасть на зрителей, но тут его усмиряла появлявшаяся Мефидия в костюме охотницы, причем с каждым новым появлением костюм ее становился все более откровенным и вызывающим. Кроме того, Бинер демонстрировал чудеса силы, раз от разу все более удивительные.
Арлен, как и обещал Бинер, творила чудеса. Она не только жонглировала горящими предметами, но и с искусством акробата висела под куполом на проволоке, зацепившись за нее хвостом и продолжая жонглировать.
Каиро демонстрировал чудеса ловкости на проволоке, ловил Арлен, перелетающую с трапеции на трапецию. При этом, когда Арлен уже была в воздухе, он делал вид, что теряет голову, хватался за нее, потом вспоминал об Арлен и ловил ее в самый последний момент.
В общем, все оказались талантливыми. Но безусловно, звездой программы являлась Мефидия. В течение представления она в роли могущественной Мефидии появлялась четыре раза, и каждый выход в красной колдовской мантии вызывал крики восхищения у толпы. Ее сопровождали фонтаны многоцветных дымов, молнии или стена огня, и она проходила сквозь этот огонь. Или проплывала на облаке дыма, проныривала сквозь молнии, оказываясь пойманной могучими руками Бинера.
Повинуясь ее воле, появлялись и исчезали большие и маленькие предметы в сопровождении пиротехнических эффектов. Она вызывала добровольцев из числа зрителей и заставляла их летать над ареной. С помощью Бинера она разыгрывала различные сценки с романтической тематикой, не оставляющей никого равнодушными. Она распиливала Арлен пополам и вновь соединяла.
Больше всего поражало в представлениях Мефидии то, что, хоть от нее самой и исходила легкая аура магии, в самих трюках Сафар не ощущал присутствия колдовства. Некоторые из них были столь трудны, что он должен был бы ощущать обжигающее присутствие магии. А вместо этого он чувствовал лишь слабое покалывание. А такие трюки, как распиливание человека, были попросту невозможны! Ни один маг не смог бы сотворить такое! Чем больше всматривался Сафар, тем больше недоумевал: как можно делать такие магические вещи, не пользуясь магией?
И тут грянули фанфары, возвещая об окончании представления. Вспыхнул свет, и Сафар, вместе с другими зрителями, одобрительно засвистел и захлопал.
Как только люди вышли на улицу, взволнованно обсуждая увиденное и неся засыпающих детей на плечах, появился Чейз со своей командой — убирать зрительские места и готовить арену к вечернему представлению.
Сафар охотно принялся за работу, подметая там, где надо было подмести, и перетаскивая то, что велели перетаскивать.
Он насвистывал веселую мелодию, когда подошел Бинер, вытирая с лица остатки клоунского грима.
— Ну и как тебе, парень? — спросил Бинер.
— Ничего подобного в жизни не видел, — ответил Сафар. — Особенно впечатляет Мефидия. О, только пойми меня правильно. Ты был великолепен! Все были великолепны!
Бинер рассмеялся:
— Но Мефидия была чуть великолепнее, чем остальные, а?
— Самую малость, — сказал Сафар. — Не обижайтесь.
— Да никто и не обидится, парень, — сказал Бинер. — Она ведь и получает больше всех не потому, что является владелицей цирка. А потому, что настоящая звезда.
Он помог Сафару перенести тяжелый сундук, подняв его с поразительной легкостью.
— Предположим, что тебе предложили остаться с нами на какое-то время, — небрежно сказал он. — Плата небольшая, зато питаемся регулярно.
Сафар засмеялся.
— Я бы остался до тех пор, пока вы меня не уволите за непригодность, — пошутил он. А затем добавил серьезно: — Я и сам хотел бы отдохнуть от этого внешнего мира. Судя по тому, что видел, ничего стоящего я не теряю.