Аллан Кардек – Евангелие от Спиритизма. Редакция, составление, предисловие и приложение Йога Раманантаты. (страница 35)
Самая великая заповедь
§ 167. Фарисеи, услышав, что Он привёл саддукеев в молчание, собрались вместе. И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря: "Учитель! какая наибольшая заповедь в законе?". Иисус сказал ему: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим": сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя"; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки". ("Еванг. от Матф"., гл. XXII, ст. 34–40.)
§ 168. И так во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки. ("Еванг. от Матф"., гл. VII, ст. 12.)
И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. ("Еванг. от Луки", гл. VI, cт. 31.)
§ 169. Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими. Когда начал он считаться, приведён был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов. А как он не имел чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить. Тогда раб тот пал и, кланяясь ему, говорил: "Государь! Потерпи на мне, и всё тебе заплачу". Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот вышед нашёл одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев и схватив его, душил, говоря: "Отдай мне, что должен". Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: "Потерпи на мне, и всё отдам тебе". Но тот не захотел, а пошёл и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Товарищи его, видевши происшедшее, очень огорчились и пришедши рассказали государю своему всё бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: "Злой раб! Весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?". И разгневавшись государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его. ("Еванг. от Матф"., гл. XVIII, ст. 23–35.)
§ 170. "Люби ближнего своего, как самого себя; делай другим то, что ты желал бы, чтобы делали тебе" — вот выражение самого полного милосердия, так как оно заключает в себе все обязанности относительно ближнего. Нельзя иметь руководства более верного в этом отношении, если не принять за правило, что другим должно делать только то, чего желаешь себе. По какому праву можно требовать от подобных себе больше преданности, любезности, снисходительности, доброжелательства, чем сам даёшь им? Применение этих основ уничтожает эгоизм; когда люди примут их за правило поведения и за основание своих установлений, они поймут действительное братство и заставят воцариться между собой мир и справедливость; не будет больше ни ненависти, ни раздоров, а будет единение, согласие и взаимное доброжелательство.
Отдайте кесарево Кесарю
§ 171. Тогда фарисеи пошли и совещались, как бы уловить Его в словах. И посылают к Нему учеников своих с иродианами, говоря: "Учитель! мы знаем, что Ты справедлив, и истинно пути Божию учишь, и не заботишься об угождении кому-либо, ибо не смотришь ни на какое лице; итак скажи нам: как Тебе кажется? позволительно ли давать подать Кесарю или нет?". Но Иисус, видя лукавство их, сказал: "Что искушаете Меня, лицемеры? Покажите мне монету, которой платится подать". Они принесли Ему динарий. И говорит им: "Чьё это изображение и надпись?". Говорят Ему: "Кесаревы". Тогда говорит им: "Итак отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу". Услышавши это, они удивились и, оставивши Его, ушли. ("Еванг. от Матф"., гл. XXII, ст. 15–22; "Еванг. от Марка", гл. XII, ст. 13–17.)
§ 172. Вопрос, поставленный Иисусу, был мотивирован тем обстоятельством, что евреи, ненавидя подати, наложенные на них римлянами, сделали из этого вопрос религиозный; сформировалась большая партия, чтобы отказаться от уплаты податей. Вопрос этот имел для евреев чрезвычайно острый интерес и сильно их раздражал; вот почему они обратились с ним к Иисусу: "Позволительно ли отдавать подать кесарю или нет?". Но вместе с тем вопрос этот был ловушкой, так как, смотря по его ответу, они надеялись восстановить против него или римскую власть, или евреев-раскольников. Но Иисус, видя их лукавство, избежал затруднения, дав им урок справедливости, сказав, что каждому надо отдавать должное". (См. "Введение": Фарисеи.)
§ 173. Положение "отдавайте кесарево кесарю" не должно пониматься в ограничительном и абсолютном смысле. Как все поучения Иисуса, это положение общее, выраженное в практической и понятной форме; вызвано оно было частным случаем. Правило это вытекает из того, которое учит поступать с другими так, как мы бы хотели, чтобы другие поступали с нами; оно осуждает всякий материальный и нравственный вред, причиняемый другому, всякое нарушение его интереса; оно предписывает уважение прав каждого, так как всякий желает, чтобы уважали его права; оно требует исполнения обязанностей относительно семьи, общества, власти и отдельных индивидуумов.
НАСТАВЛЕНИЯ ДУХОВ:
Закон любви
§ 174. "Любовь составляет основу всего учения Иисуса, так как любовь — это самое высокое чувство, а чувства — это те же инстинкты, но возведённые на высоту совершённого прогресса. В самом начале человек имеет только инстинкты; позднее, став более развращённым, он имеет только ощущения; просвещённый же и очищенный он обладает чувствами, а совершеннейшее чувство — это любовь, но любовь не в вульгарном смысле, а внутреннее солнце, сосредоточивающее и соединяющее в своём пламенном центре все стремления и все сверхчеловеческие откровения. Закон любви заменяет себялюбие, соединяя существа; он уничтожает социальную нищету. Счастлив тот, кто, превосходя свою человеческую природу, любит широкой любовью своих братьев в несчастье! Счастлив тот, кто любит, так как он не знает ни душевной, ни телесной муки; он испытывает лёгкость и живёт как будто вне самого себя. После того как Иисус произнёс это дивное слово любви, оно заставило задрожать народы, и мученики, опьянённые надеждой, спускались в цирк.
Спиритизм, в свою очередь, произнёс второе слово Божественной азбуки; будьте внимательны, так как это слово приподнимает камень пустых гробниц, и перевоплощение, торжествуя над смертью, открывает восхищённому человеку его интеллектуальную родину; не к мукам оно его приводит, а к победе своего существа, возвышенного и преображённого. Кровь искупила дух, а дух должен теперь искупить материального человека.
Я сказал, что в начале человек имеет только инстинкты; тот, значит, у кого инстинкты преобладают, находится ближе к началу пути, нежели к его цели. Чтобы продвинуться к цели, нужно победить инстинкты в пользу чувств, то есть усовершенствовать их, подавляя скрытые зародыши материальности. Инстинкты — это зародыши чувств, проходящие стадию роста; они содержат в себе их развитие и расцвет, как жёлудь заключает в себе дуб, и существа наименее совершенные — это те, которые, оставаясь в подчинении у своих инстинктов, медленно сбрасывают куколку. Дух должен быть обработан подобно полю; все будущие богатства зависят от обработки в настоящем, и она принесёт вам благо куда большее, чем все земные богатства; тогда-то, поняв закон любви, соединяющий все существа, вы будете искать в нём нежных радостей души, составляющих предварение радостей небесных".
§ 175. "Любовь — чувство Божественной сущности, и вы все, от первого до последнего, обладаете в глубине сердца искрой этого Божественного огня. Это факт, который вы могли констатировать много раз: человек, самый подлый, самый презренный, самый преступный, питает к какому-нибудь существу или предмету живую и горячую привязанность, и привязанность эта побеждает всё, что могло бы её унизить, и зачастую достигает необходимой силы и красоты.
Я говорю "к какому-нибудь существу или предмету", так как меж вами есть индивиды, изливающие сокровища любви, переполняющие их сердце, на животных, на растения и даже на материальные предметы; это род мизантропов, жалующихся вообще на человечество, упорствующих против естественной потребности души, ищущей вокруг себя привязанностей и симпатий; они низводят закон любви на степень инстинкта. Но, что бы они ни делали, они не смогут подавить живого зародыша, помещённого Богом в их сердца при их создании; этот зародыш развивается и растёт с нравственностью и умом, и даже эгоизм, нередко его придавливающий, не может помешать ему служить источником святых и кротких добродетелей, дающих искренние и прочные привязанности и помогающих вам пройти тернистый и трудный путь человеческого существования.
Есть люди, для которых испытание перевоплощением представляется чем-то отталкивающим, потому что другие могут разделять их симпатии и привязанности к особам и вызывать тем их ревность. Бедные братья! Ваша привязанность делает вас эгоистами; ваша любовь ограничивается узким кругом родных или друзей, а все остальные вам безразличны. Но чтобы применять закон любви так, как Бог велит, вам нужно постепенно дойти до того, чтобы любить всех ваших братьев без различия. Задача будет длинная и трудная, но она осуществится; Бог этого хочет, а закон любви есть первое и самое важное положение вашего нового учения; именно любовь должна наконец убить эгоизм, под каким бы видом он ни проявлялся; ведь кроме эгоизма личного, бывает ещё эгоизм семьи, касты и национальности. Иисус сказал: "Люби ближнего своего, как самого себя"; значит, кто же ближний? Разве семья, секта или нация? Нет, это человечество во всём объёме, во всей полноте. В высших мирах взаимная любовь соединяет и руководит совершенными духами, населяющими их, и на нашей планете, предназначенной к будущему прогрессу через её социальное преображение, будет применяться её обитателями этот чудесный закон, служаший отражением Божества.