Алла Валько – Калейдоскоп чувств и событий в жизни Аси и её подруг (страница 4)

Вряд ли можно считать, что моя личная жизнь удалась. В то время я не понимала, что счастье было совсем рядом со мной, что моя молодость не вечна. Я не умела ждать, всегда пыталась выбрать партнёра сама, но это не приносило мне успеха. Когда мне исполнилось двадцать три, я осознала себя старой девой и была готова выйти замуж не то чтобы за кого угодно, но существенно снизив требования к претенденту на мою руку и сердцу.

А тогда я вернулась в Анапу, к своей хозяйке. За время моего двухнедельного отсутствия хозяйка сдала мою комнату, а все вещи и чемодан отнесла в кладовую. Я не протестовала, только потребовала вернуть мне уплаченные за жильё деньги.

Через несколько дней я была уже в Москве и постепенно стала забывать Славу. Однако с годами воспоминания о нём ожили во мне с новой силой. Оглядываясь назад, я поняла, что среди всех моих знакомых, с которыми я могла бы связать свою судьбу, это был бы самый подходящий для меня вариант, он был бы для меня самым надёжным другом. Но я безнадёжно упустила свой шанс…

Потушенный костёр

На работе Леру ценили за трудолюбие, серьёзное отношение к порученным заданиям, умение глубоко вникнуть в суть проблемы. Однажды она серьёзно заболела, а после выздоровления получила путёвку в санаторий. Лера сильно похудела, на её лице выделялись лишь большие серые глаза. Она стеснялась своей худобы, которая, тем не менее, значительно уменьшала её возраст. Видя в ней молодую женщину, мужчины даже пытались знакомиться с ней на улице.

В санатории, преодолев в душе смятение, она решила пойти на танцы, которые регулярно проводились в городском парке. Она присоединилась к группе отдыхающих и по пути в парк познакомилась с Евгением, довольно симпатичным блондином. С этим именем у неё было связано много воспоминаний, так как в своё время она нравилась практически всем встреченным в её жизни мужчинам с этим именем. Почему она понравилась и этому Жене, Лера не знает и до сих пор.

В тот вечер он постоянно приглашал её танцевать, а впоследствии они неоднократно совершали совместные прогулки по ближним и дальним окрестностям санатория. В конце концов он стал делать ей недвусмысленные намёки, но она ему отказывала, видя его пристрастие к выпивке, невысокий интеллект и ограниченный круг интересов.

К тому времени он был уже разведён и, продолжая искать её благосклонности, уговаривать сдаться, приводя в пример парочку, образовавшуюся в санатории среди их общих знакомых. А она недоумевала, как это можно на короткое время сойтись с женатым мужчиной, как можно спать с ним в одной узкой железной кровати. «Как они вдвоём умещаются на ней?» – спросила она Женю, на что получила ответ: «Они спят, крепко обнявшись». Нет, Леру это не устраивало.

И всё же что-то в нём привлекало её. Возможно, его искренний интерес именно к ней, тогда как в санатории было много интересных женщин и не таких худых, как она. Её до глубины души потряс его рассказ о том, что дамы, принимавшие вместе с ней циркулярный душ и видевшие её раздетой, поделились с ним своими впечатлениями: «Что ты нашёл в ней? Ведь она худющая, как скелет!» Но их увещевания не произвели на него должного впечатления. К окончанию срока пребывания в санатории он в сердцах сказал ей, что она испортила ему отдых.

После санатория они встретились ещё раз, благо жили в одном районе, недалеко друг от друга, и пошли в лес, начинавшийся сразу за окружной автодорогой. Там Женя разжёг костёр. Тишина вокруг и потрескивание горящих веток создавали романтическую атмосферу. Они мало разговаривали, и она чувствовала себя на редкость умиротворённой, готовой впустить Евгения в своё сердце, столько в нём было невысказанной нежности и желания многое сделать ради неё. В то же время она отчётливо осознавала, что невозможно ещё раз повторить жизненный эксперимент с пьющим мужчиной и что нужно как можно быстрее положить конец этому знакомству.

И тогда впервые в жизни, подавив в себе сердечный трепет, она вняла голосу разума, ибо все её предшествующие увлечения и более глубокие чувства были крайне иррациональными, неконтролируемыми, доставлявшими ей немало страданий. Расставаясь с ним в этот вечер, она решила больше с ним не встречаться, оборвав это знакомство буквально усилием воли.

Прошёл год. Лера заметно поправилась, и когда однажды они неожиданно снова встретились на улице, он едва ли смог узнать в округлившейся, с явно выделяющимися формами женщине свою бывшую пассию. Она молча прошла мимо него, всем своим видом не желая давать ему повод для возобновления встреч, а он с удивлением и неизвестно с каким ещё чувством долго смотрел ей вслед…

Мост, оставшийся на бумаге

– Несостоявшийся сексуальный партнёр

Прошло два года. Лера снова получила путёвку в санаторий, и здесь у неё состоялось новое знакомство. Однажды, поднимаясь по лестнице в свою палату, она почувствовала на себе чей-то взгляд и, обернувшись, увидела невысокого, довольно симпатичного, стройного, сероглазого мужчину. Они обменялись взглядами, в которых читалось, что оба приятны друг другу.

Познакомившись с ним, Лера узнала, что его зовут Алик, хотя позже выяснилось, что его настоящее имя Арнольд, и она недоумевала, по какой причине он хотел скрыть его. Алик рассказал Лере, что работает начальником конструкторского бюро в одном из родственных её предприятию проектных институтов и что у него сахарный диабет, который сильно осложняет его жизнь.

В санатории Лера и Алик лишь случайно встречались возле столовой или кабинетов лечебных процедур и мимоходом переговаривались. Но однажды он предложил ей почитать интересный рассказ в толстом журнале и, заверив, что сдавать его в библиотеку не будет, пока Лера не ознакомится с ним, пригласил зайти в свою палату. Там они немного поговорили, а затем он молча и недвусмысленно откинул край одеяла на своей кровати. В ответ она лишь удивлённо покачала головой.

Лера была готова к тому, что почти каждый мужчина не упускает возможности сделать женщине подобное предложение, поэтому этот его жест не произвёл на неё какого-то особо отрицательного впечатления. По окончании курса лечения они обменялись телефонами и договорились при возможности встретиться.

Через некоторое время после возвращения из санатория Алик позвонил ей и попросил отпраздновать его день рождения у Леры дома, добавив, что компенсирует ей все затраты. В назначенный день он приехал к ней и был приглашён за празднично накрытый стол. Расспрашивая его о работе, о жизни, Лера узнала, что у него есть жена и красавица дочь Ленка, которая была замужем за американцем.

Именно тогда он допустил серьёзную ошибку, предупредив её, чтобы она не рассчитывала стать его женой, так как он многим обязан своей супруге и не оставит её. Лера внутренне возмутилась, поскольку и не собиралась породниться с ним. Она не испытывала к нему нежных чувств, разве что чувство симпатии, но сейчас была сильно покороблена и в душе решила, что когда-нибудь он пожалеет о сказанном.

Алик с горечью поведал Лере, что сахарный диабет сделал с его организмом своё чёрное дело и как мужчина он теперь несостоятелен. «Возьми в рот», – попросил он. Но его предложение повергло её в шок. Она долго не соглашалась, испытывая чувство отвращения от одной только мысли об этом.

Шло время, и её чувство жалости к нему и его всё возрастающая привязанность к ней, в чём она постоянно убеждалась, позволили ей преодолеть себя. Во время нескольких таких актов, причинивших ей моральные страдания, Лера прикладывала все усилия, чтобы они заканчивались как можно скорее. А он полагал, что она, напротив, испытывает едва ли не те же ощущения, что и он. Каждый раз она давала себе зарок больше не повторять этот неприятный для неё эксперимент.

Когда в конце концов она отказала ему окончательно, он был очень расстроен. Тяжело переживая её отказ, он всё же был вынужден смириться с создавшейся ситуацией. Их и до этого нечастые встречи продолжались, но стали ещё более редкими. Тем не менее ему по-прежнему хотелось, чтобы она готовила к его приходу праздничный стол по случаю дня его рождения или какой-либо другой даты. Он давал ей деньги, и она покупала изыски, которые сама себе не могла бы позволить.

– Талантливый конструктор

Алик был талантливым конструктором и автором многочисленных изобретений, нашедших широкое практическое применение. Одним из них является шприц-автомат, регулирующий дозу инсулина для больных сахарным диабетом. Однажды он рассказал Лере о своём очередном проекте – оригинальной конструкции многопролётного погруженного моста на упругих опорах – и предложил ей ознакомиться с аналогичными конструкциями, а потом написать обзор по имеющимся по этой тематике патентам, чтобы подать заявку на изобретение.

В патентной библиотеке Лера быстро нашла описания конструкций висячих мостов и трубопроводных переходов, проложенных над реками, наплавных мостов, расположенных на водной поверхности, и трубопроводов или тоннелей для проезда автотранспорта по дну моря. Без труда справившись с написанием обзора и заявки на изобретение, Лера указала в ней на недостатки существующих конструкций. Она отметила, что укладывать трубопроводы на морское дно не всегда целесообразно, так как в случае их разрыва возникает экологическое загрязнение морского бассейна, которое трудно ликвидировать из-за трудности доступа к трубопроводу. Наплавные конструкции препятствуют прохождению судов, а висячие мосты целесообразно использовать лишь для преодоления водных бассейнов небольшой ширины, коими являются реки.