Алла Сорокина – Здесь был тыл. Серга и Пермско-Сергинский район в годы Великой Отечественной войны (страница 6)
У всех учащихся и учителей было единственное желание, скорее бы закончилась война. Во всех классах висел призыв – «Все для фронта, все для Победы». Этот призыв действовал в каждом трудовом коллективе, где работали родные учащихся. В классах и учительском коллективе проходили сборы средств на постройку боевой техники.
В 1942 году в школе развернулась дружная подписка на Государственный военный займ. Учащиеся Владимир Решин, Мина Попова, Юрий Сорокин, Иван Пищальников, Георгий Шафиков и другие ребята подписались по 100 руб. каждый, многие по 50 руб. Только 6б класс дал государству 1020 руб. Всего учащиеся школы дали государству 3555 руб. и внесли наличными 950 руб.
Из приказа №9 по школе от 9 февраля 1943 года:
Многие ребята пропустили тогда школьное обучение – ушли работать в колхоз. Как например, Чувакин Прокопий Васильевич. Он вспоминает:
Слова «Никто не забыт, и ничто не забыто!» – близки и понятны каждому. Не забыта война, не забыты герои и не забыто то детство, которое выпало на лихие военные годы.
Госпиталь в Серге
В годы войны в Серге располагался эвакуацио́нный го́спиталь, в котором оказывалась медицинская помощь и проходили лечение раненые и больные
С 28 августа 1941 года по 1 сентября 1944 года в Серге располагался госпиталь №3784. С 31 марта по 1 октября 1942 года – эвакогоспиталь №4887. Под госпиталь было выделено здание школы, ныне на этом месте расположено здание действующей школы.
Здесь работали эвакуированные медицинские работники и местные жители. Местное население помогало раненым бойцам, снабжало их питанием, лекарственными травами, книгами, посудой. Посильную помощь оказывали учащиеся Сергинской школы. Они выступали перед ранеными с концертами, собирали лекарственное сырье, художественную литературу, ягоды. В Сергу в годы войны приехало много эвакуированных медработников с детьми, с престарелыми родителями, много было евреев, спасавшихся от немцев из захваченных городов. Так вот эти люди были в госпитале опорой.
Часть персонала Сергинской больницы перешла на работу в госпиталь. Среди них: Зеленева Анастасия Михайловна, Жукова Екатерина Яковлевна. После закрытия госпиталя они вернулись в больницу и вспоминали, как присутствовали на операциях, чистили раны и ухаживали за бойцами.
Санитарками работали местные женщины Беляева Таисья Павловна, Лушникова Елена Александровна и другие. Также в госпитале работали ученица 9 класса Сорокина Вера Ивановна с сестрой Зоей и студентка медицинского университета Наумова Нина Николаевна. Дочь Зои Ивановны, Наталья Агафонова, вспоминает:
Интересно сложилась судьба Наумовой Нины Николаевны. Ее отец участвовал в строительстве старого (деревянного) здания Сергинской школы. Предполагал ли он тогда, что будет война, что детище его рук, это огромное по тем временам здание, будет заполнено ранеными, и что его дочери придется за ними ухаживать? Пройдет много лет, и Нина Николаевна Наумова, уже дипломированный врач Свердловского госпиталя, будет лечить самого маршала Жукова Георгия Константиновича.
К содержанию госпиталя здание было не приспособлено: печное отопление, простейшие уборные, обмерзающие зимой. Работу осложняла нехватка медикаментов и инструментов, недостаток питания. Несмотря на трудности быта и тяжелые условия тыловой жизни, сотрудники госпиталя успешно справлялись со своими обязанностями.
После окончания войны несколько фронтовиков из госпиталя остались в Серге, обзавелись семьями. Среди них был Веселков Иван Степанович.
Серга принимает эвакуированных
С сентября 1941-го в Сергинский район начали прибывать эвакуированные жители из Ленинграда, Москвы, Сталинграда: взрослые и дети разных возрастов. С начала эвакуации и до декабря 1944 г. район принял 2349 человек, в том числе 1268 детей.
Эвакуированных жителей распределяли по деревням района, обеспечивали питанием и жильем, кого-то подселяли к местному населению. Дети продолжили обучение в школах района, а взрослые пошли работать в колхозы, госпиталь и другие организации. Кто-то обрел здесь семью и остался. Другие вернулись в родные места в 1945-м. Подробное воспоминание о жизни в эвакуации оставил Виноградов Геннадий Викторович. Читайте эту историю во второй части книги.
В Пермь (тогда г. Молотов) прибывали эвакуированные детские дома. Их распределяли в основном по деревням и селам, выделяли для них самые лучшие помещения соцкультбыта: детские сады, школы. Бывало всякое: привозили обмороженных в дороге, зараженных корью, завшивленных детей. Поэтому на месте их размещения срочно строились бани, жаровые камеры, изоляторы. С января 1942 года Молотовская область приняла 112 московских, 78 ленинградских и 25 детских групп из других городов. Были организованы интернаты для детей на станции Сылва на 75 человек, в деревне Огрызково на 50 человек, в деревне Стерлягово на 75 человек. В селе Троица располагался Московский дом ребенка №2.
Из книги «Край мой березовый» (ООО «Раритет-Пермь», 2004 г.) известно, что 1 января 1945 года в д. Батерики Пермь-Сергинского района в помещении бывшей мечети разместился детский дом. Здесь жили 90 детей в возрасте от 7 до 17 лет. Из них: 73 были сиротами, а 17 имели одного родителя. В Батериковском детском доме работал 21 человек обслуживающего персонала из числа местных жителей. Разводили лошадей и коров. Имели землю и сельскохозяйственный инвентарь: плуги, соху, бороны, сани, телеги. В библиотеке насчитывалось 364 книги, в том числе 163 учебника. В детском доме были шахматы, шашки, 10 пар лыж. Там же опубликовано письмо Жуковой Анастасии Алексеевны, которая в годы войны возглавляла Батериковский детский дом, а позднее Сергинский детский сад.
В деревню Дикари определили дошкольный детский дом из Сталинграда. В условленный день на станцию «Сылва» приехала делегация из нашего района, чтобы встретить и сопроводить детей до деревни. Погода была дождливая и промозглая, впереди было 50 км по распутице, поэтому детей прямо на станции тепло одели: жители деревни собрали для них тулупы, одеяла, шерстяные платки и шали.
200 детей в сопровождал директор Надежда Михайловна Соколова и воспитатель Мария Кузьмовна Чижова. Жителям деревни запомнилось прибытие детей, они были удивлены какие «старушки и старики» слезали с телег, какие изможденные были их лица и спины. Так сказалась жизнь в осажденном Сталинграде и недели скитаний по тыловым дорогам.