Алла Сорокина – Я помню. Сборник воспоминаний о войне 1941—1945 (страница 8)
Медаль «За отвагу» Приказ от 21 мая 1942 г.
Наградить старшину транспортной роты старшего сержанта Денисова Константина Михайловича за то, что он, отражая немецкие атаки в момент нападения на тылы полка, отличился своими смелым и решительным действиями, ведя меткий огонь, истребил до десяти немецких солдат.
Дураков Александр Федорович
1911 – 1974
Годы службы
Участвовал в Японской войне и операции на Халхин-Голе
После демобилизации
Работал трактористом в колхозе
Дураков Александр Федорович родился 25 марта 1911 г. в Дураково. Перед войной обосновался в Кислово. Образование получил только 4 класса. До войны работал в сапожной мастерской. Обзавелся семьей: два сына и дочь.
В 1939 г. был призван в армию. Был направлен на Дальний Восток. Участвовал в боях с Японией и на реке Халхин-Гол. В степях Монголии было очень трудно из-за жары и недостатка воды. Люди разгребали песок до влаги, и ложкой выжимали воду. Здесь многие солдаты заболели инфекционными болезнями. Среди них был и Александр Федорович. Долго лежал в госпитале, его тогда комиссовали по состоянию здоровья.
Дома его ждало горе – умерла жена. На его руках остались трое детей. В 1946 г. Александр Федорович женился на Александре Прохоровне. У них родились ещё шестеро детей. Отец выучился на тракториста и до пенсии работал на тракторе.
Из рассказов о войне запомнилось немногое, отец всегда плакал, когда вспоминал. Умер Александр Федорович от неизлечимой продолжительной болезни 19 октября 1974 г.
Наш отец был очень трудолюбивый и заботливый. Вернувшись с фронта и окрепнув после болезни, он освоил трактор и работал в бригаде Сорокина Ивана Николаевича на гусеничном тракторе. И всегда был в списках передовиков производства и в сводках «Молний». А дома его заботой была починка обуви для всей большой семьи. Этому он учил своих сыновей.
Когда он вышел на пенсию, ходил в кузницу к Третьякову Павлу Яковлевичу, тоже фронтовику, и там находил себе работу. И нас, детей, учил трудиться и преодолевать трудности. В нашем хозяйстве всегда было много скота и был большой огород, поэтому работы хватало всем: кто-то скотину лечит, кто-то в грядах копается, кто-то с отцом дрова и корма заготавливает. Вот почему все мы, повзрослев, выбрали профессии сельские и нужные. Так в семье у нас три тракториста, агроном, ветеринар, швея, продавец. Один брат решил попытать счастье на заводе, но, получив заводскую профессию, сменил её на службу в таможне. А сестра Аня, когда ещё училась в Сергинской школе, была чемпионом района по лыжам, а потом стала мастером спорта.
Нас сестёр и братьев было 9 человек. Сейчас уже меньше, но корни нашего рода укрепляются. У нашего отца, Дуракова Александра Фёдоровича, участника двух войн, сейчас подрастают 25 внуков и 26 правнуков. Мы часто вспоминаем его шутки, истории из жизни и жалеем, что не расспрашивали подробностей о войне.
Дураков Георгий Кузьмич
1926 – 1986
1943 – 1950 Годы службы
Служил снайпером, стрелком, командиром арт. установки, шофером в звании сержанта на 2-м Белорусском фронте
Награды
Медали «За отвагу», «За победу над Германией»
После демобилизации
Работал водителем в совхозе «Колос»
Мой дедушка, Дураков Георгий Кузьмич, после окончания войны ещё служил в армии 5 лет в звании старшины батареи, закончил в должности шофера БМ-13. Приехав домой, начал работать столяром в столярном цехе Сергинского промкомбината. Построил дом, женился на Третьяковой Анне Тимофеевне. Жили дружно, растили двоих сыновей – Геннадия и Владимира. Через несколько лет дедушка сменил профессию. Помнился военный опыт шофера, потому стал работать водителем в райпотребсоюзе, возил товары с баз в магазины. Потом дед перешёл на работу тракториста в совхоз «Колос». С работой справлялся хорошо, хоть и работал долгое время со сменщиком сутки через сутки. Был переведён на должность бригадира. Через какое-то время решил испытать себя в новой, современной должности – пришёл на ЭВМ оператором.
Дедушка был очень трудолюбивый. Держал большое хозяйство в порядке, детей приучал трудиться. Дедушка любил охоту и рыбалку, играл на гармошке. Когда в деревне у кого-то намечался праздник, то всегда приглашали в гости Кузьмича и Анну (так их звали в деревне). Под гармошку Кузьмича и пелось хорошо, и плясалось. А то и без повода, а для души Кузьмич играл, сидя на крылечке.
Но однажды пришла к ним беда – сгорел дом. Доброму, отзывчивому и весёлому соседу жители деревни пришли на помощь. Пусть не колхозом, но помогли новый дом построить.
Вот таким запомнился дедушка Георгий Кузьмич Дураков нам, внукам, его детям и односельчанам.
.
Дылдин Константин Васильевич
1924 – 1994
1942 – 1950 Годы службы
Служил в войсках НКВД стрелком, писарем, телефонистом. Затем зам. начальника пограничной заставы
Награды
Медали «За освобождение Варшавы», «За победу над Германией»
После демобилизации
Работал в леспромхозе бухгалтером
Мой папа, Дылдин Константин Васильевич, родился 21.12.1924 г. в д. Староверово (Сылвенский с/с, П-Сергинский р-н). Константин Васильевич был пятым ребенком в семье земледельца Дылдина Василия Семеновича (1894 г.р.) и Дылдиной (Наугольных) Маремьяны Назаровны (1895 г.р.).
В начале 30-х годов на Урале активно началась коллективизация. Мой дедушка принял тяжелое, но правильное решение: вступил в колхоз, сдав свое имущество в коллективное хозяйство. В этот же период мой папа пошел учиться в начальную школу. Мой дедушка, после вступления в колхоз, стал его председателем, далее его назначили председателем Сылвенского сельского совета, а к 1934 г. дедушку перевели работать председателем Шатовского сельсовета, куда и переехала вся его семья из деревни Староверово.
Папа в деревне Шатово закончил начальную школу, а в 1941 г. закончил 9 классов П-Сергинской средней школы. К осени 1941 г. в помещениях П-Сергинской средней школы был открыт тыловой госпиталь для раненых бойцов. Дальнейшая учеба в школе для моего папы и его одноклассников стала невозможной. Все они пошли работать в народное хозяйство или отправлялись на фронт. В 1941-1942-х годах папа работал в П-Сергинском райфинотделе.
25 августа 1942 г. папу призвали на службу в Красную армию в возрасте 17 лет. Служить пришлось в 49-м резервном стрелковом пограничном полку НКВД стрелком. Место службы оказалось на берегу р. Амур на советско-китайской границе. Тогда сопредельная территория Китая была оккупирована японцами, они часто совершали провокации на границе. Нашим пограничникам было приказано не отвечать на происки японцев и не провоцировать их на переход нашей границы. Папа рассказывал, что в то время им на политзанятиях объясняли сложившееся военнополитическое положение СССР.
Служба осложнялась тем, что все военнослужащие обеспечивались тыловым продуктовым пайком. Питание было недостаточным, постоянно ощущалось чувство голода. В погранотряде была своя рыболовецкая бригада, рыбы в Амуре вылавливали много. Личному составу, несмотря на хорошие уловы, рыбу выдавали по норме, а излишки солили в бочки и отправляли на общеармейские нужды.
С января 1943 г. папа служил в 70-м погранотряде НКВД старшим писарем. На эту должность папа попал благодаря красивому, ровному, почти каллиграфическому почерку.
В мае 1944 г. был переведен в 85-й погранотряд НКВД в роту связи на должность старшего телефониста. Погранотряд в составе к концу лета 1944 г. был передислоцирован с Дальнего Востока в Белоруссию, в только что освобожденный г. Минск, и вошел в состав в/ч 2159 1-го Белорусского фронта. Служить пришлось в должности командира отделения. Отец принял участие в освобождении Польши, за освобождение Варшавы получил медаль.
Прибытие в Минск папе запомнилось на всю жизнь. Эшелон с в/ч 2159 прибыл на железнодорожную станцию. Ни города, ни станции не было – все лежало в развалинах. По городу война прошла дважды, в 1941-м и в 1944-м. К 3 июля 1944 г. в Минске целыми осталось не больше 10 зданий. После выгрузки из эшелона, всему личному составу было приказано немедленно, тут же на станции, рыть щели и блиндажи на случай налета немецкой авиации. Приказ был своевременным и предусмотрительным: не успели солдаты до конца выполнить приказ, как немецкие бомбардировщики атаковали станцию. Самолетов было более 100, станцию и все составы что были на путях, разбомбили просто в хлам. Личный состав укрылся щелях и во время бомбежки почти не пострадал. После бомбежки на путях целым остался один вагон – цистерна со спиртом. Кто-то из военнослужащих из автомата ППШ дал очередь по цистерне, спирт струйками стал выливаться на землю. Тут началось народное гулянье, в ход пошли кружки, котелки, каски. Пока командиры опомнились и скомандовали отставить, большинство военнослужащих на станции были пьяны, а некоторые потеряли способность оценивать обстановку и даже передвигаться. В разгар пира снова прилетели немецкие бомбардировщики и еще раз проутюжили бомбами станцию. Все, кто в силу сильного опьянения не смогли или не успели спрятаться в щелях, либо погибли, либо получили серьезные ранения. Остатки спирта в цистерне и на земле после второй волны бомбардировки полностью сгорели.