Алла Щербакова – В синих снах (страница 6)
– И очень осторожна будь с платьем, смотри не испачкай и не порви. Мне кажется, оно такое дорогое, потом придется Кристине отдавать за него всю сумму, а мы и так в долг влезли из-за этой свадьбы. Подарить решили пять тысяч, как думаешь, нормально?
– От нас троих пять? То есть по полторы с чем-то на человека… Мало, мам. Кристинка ходила на свадьбу двоюродной сестры, и они дарили по пять тысяч от каждого члена семьи. Хотя бы десять надо, чтобы не позориться. И цветы обязательно.
Покивав, мама расстроенно посмотрела на Алису:
– Ты права, наверное. Не дай бог родня из Саранска больше положит, нам же потом все косточки перемоют, что мы и жадные, и нищие. Придется тогда еще занять. Цветы сколько стоят, тысячи полторы?
Полазив по сайтам цветочных магазинов Питера, девушка показала матери несколько приличных букетов. Розы, эустомы, альстромерии, фиолетовые тюльпаны, подсолнухи. Красиво! А вот букеты из одних роз, восхитительные пионовидные малиновые розы, какая прелесть!
– Одиннадцать тысяч! Четырнадцать! – ахнула мама, – Нет, смотри подешевле.
Добавляя в избранное подходящие композиции, Алиса вспомнила о косметике. Надо сегодня, раз уж вечер свободен, собрать все в поездку. И духи не забыть. Запасные колготки!
Бросив пирожки на произвол судьбы, девушка ушла к себе и достала из шифоньера объемную косметичку. Так, эти черные тени непонятной марки Parisa никуда не годятся, они осыпаются. Не хватает на середине свадьбы стать похожей на усталую панду! Лучше взять жидкие, или нет, они скатываются. Тогда остается палетка серо-синих, ее и возьмем.
Хайлайтер и тоналка уже лежали в сумочке, Алиса перебирала тюбики туши в поисках более-менее новой. Oriflame подойдет, к ней добавим подводку и блеск для губ. Расческа, лак для волос, ватные диски, мицеллярная вода, бальзам для губ, гель для умывания, дневной крем, шампунь, ополаскиватель, дезодорант, кисти для макияжа. Мыло, наверное, там будет, а вот гель для душа – вряд ли. Щипцы для укладки и защитный спрей для волос.
Сборы затянулись за полночь, заглянувшая в спальню мама в ужасе воскликнула:
– Как мы уместим этот баул в чемодан? Он уже битком!
Для внушительного пакета с косметикой нашелся старый рюкзак, туда же Алиса положила документы, кошелек и маленький клатч, с которым собиралась ехать на торжество.
– Возьму его в руки, – успокоила она маму, – А то чемодан треснет по швам, еще и его придется покупать.
Укладываясь спать, она мимолетно вспомнила поцелуй с Генкой и закрыла глаза. Она едет в Питер, ничего не сорвалось, и родители не передумали! И у нее есть парень! Вроде бы есть.
Приятная истома навалилась на тело, девушка расслабленно задышала, сквозь полузакрытые веки наблюдая за игрой теней на потолке. Впереди ее ждет все самое интересное!
Часть
II
Ноэль
Глава 5
Сквозь туман проступала вдали гладь воды. Нижний Буферный пруд, надо же было так по-дурацки назвать водоем в северной столице! Нет бы Дворцовое озеро или Имперский залив! Чтобы можно было небрежно бросить в разговоре с одноклассниками: «Я живу на берегу Дворцового озера!»
Вместо этого – обидные клички. Дырка и Буфера, супер! Непроизвольно на глаза навернулись слезы, и Ноэль зло смахнула их. Нельзя показывать слабость даже наедине с самой собой, так говорит бабушка Мирим!
С девятого этажа были хорошо видны вдали пролетающие по платной дороге автомобили, Ноэль бездумно смотрела на бесконечно текущую ленту и вслушивалась в звуки нарастающего на кухне скандала.
– Ты идиотка, тупая овца с соломой вместо мозгов! – это явно Мирим распекает маму.
Несмотря на горячий нрав бабушки, девушка в очередной раз порадовалась, что она приехала в гости, Мирим всегда была на ее стороне. Идти на кухню сейчас не стоило, попасть под горячую руку матери означает недельное заточение в четырех стенах. Только в ненавистную школу разрешат ходить. А отец способен даже засечь время на дорогу от дома. От конца уроков до родного подъезда оно составляет ровно восемнадцать минут, проверено не раз.
И что они так взъелись из-за ее желания сменить имя? Не надо было так ее называть! Сами виноваты!
Ноэль Кадырбековна Аманова.
Бабушка Мирим, в свои годы свободно владеющая компьютером, буквально вчера наткнулась на сайт с толкованием имен. Открывшаяся правда заставила старую женщину купить билет на ближайший рейс и прибыть в гости из далекого Бишкека.
Приоткрыв чуть-чуть дверь, девушка одним глазом выглянула из комнаты, с этой позиции просматривался коридор и часть кухни с обеденным столом и окном, занавешенным белой тюлью.
– День рождения Христа! – орала бабушка, стоя в коридоре и потрясая сухими кулачками, – ты предала нашего господа, отступница!
Действительно, в мусульманской семье имя, символизирующее Рождество Христово, звучало странно. Девушка усмехнулась, вот мама попала. Ревностная мусульманка, и такой прокол с именем собственного ребенка.
Не сдавая позиций, Гульнур сдернула с головы платок и натянула его в руках, словно решила задушить бабушку. В проеме показалась массивная фигура отца, от взял жену за плечи и потянул обратно на кухню, заставив сделать пару шагов назад.
– Какое тебе дело до значения! Зачем ты вообще полезла искать? Я разобью твой проклятый компьютер! – завизжала Гульнур, вырываясь.
– Оно мужское! – прогремела Мирим, – Только такая непроходимая тупица, как ты, могла назвать девочку мужским именем! Означающим церковный праздник у католиков! А ты, Кадыр! Если бы у тебя была хоть капля ума, ты вмешался бы. Или хотя бы сказал об этом мне, своей матери!
Все трое были настолько увлечены скандалом, что не обращали внимания на вышедшую из комнаты Ноэль.
– Она отреклась от своей семьи, своих корней, от своего отца, – внушительно произнес Кадырбек Аманов, вставая между женщинами, – Это самое страшное, что может сделать женщина.
Сбить с толку бабушку Мирим никому еще не удавалось, а папе – тем более. Ростом она едва доставала ему до плеча, но следующие слова показали, кто в этой семье имеет настоящий вес.
– От тебя, Кадыр, я совсем не такого ждала. Ты, мой сын, рос в любви. Мы с твоим отцом всегда поддерживали тебя! Даже если ты был неправ! Это вы виноваты! Вы, и никто другой! Когда ребенка называли, чем думали? Теперь она страдает, ее травят в школе!
Короткое молчание прервалось фразой родителей, произнесенной хором:
– Как травят? Кто?!
– Вы даже не знаете, что происходит с вашей дочерью, умеете лишь командовать! С этого момента я займусь проблемой, а вы не будете мне мешать. Я сделаю так, что ваша дочь станет счастливой, найдет себе достойного мужа и сама станет уважаемым и ценным членом общества. Между прочим, это вообще-то была ваша родительская задача.
Бросив последние слова, бабушка обернулась, Ноэль поежилась под ее колючим взглядом, но не отвела глаза. Цепко взяв ее за руку, Мирим втолкнула внучку обратно в комнату и шикнула на мать, которая попыталась просочиться следом.
Они сели на постель, бабушка погладила гладкий плед с вышитыми именами Аллаха.
– Уродина, узкоглазая киргизка, чурка, черножопая, – задумчиво перечислила бабушка обидные слова, которые девушка часто слышала в свой адрес, – Поверь, ты не единственная, кого так называли и будут называть еще много-много лет. Единственный способ избежать этого – твой личный авторитет. И в сложившемся коллективе он уже не появится, будем менять школу. Это первое.
Не помня себя от радости и боясь поверить бабушкиным словам, Ноэль заикнулась:
– Но папа…
– Твой отец сделает все, как я скажу. И позже будет благодарен за науку. – отрезала Мирим и продолжила мягче, – Вторым пунктом нужно подобрать тебе другое отчество.
Ноэль показалось, что она ослышалась. Как это возможно, поменять отчество?
– Насколько неудобоваримо звучит твое имя, Ноэль Кадырбековна, могла не расслышать только твоя необразованная мать. А Кадыр не помешал ей, за что и будет наказан. Как ты смотришь на Ноэль Алмазовну, девочка моя? Алмаз, твой прадедушка, был добрым и честным человеком, ничем не запятнал себя, его отчество ты можешь носить с достоинством. А имя менять нельзя, хоть оно мне и не по душе. Но с именем человек остается на всю жизнь.
Сначала про себя, а затем вслух девушка попробовала произнести:
– Ноэль Алмазовна… Мне нравится. А как же документы, паспорт, школа?
– Предоставь это своей бабушке Мирим, девочка моя, – хитро улыбнулась старая женщина, открыла дверь и громко приказала, – Поставь чай, Гульнур, да подогрей боорсок, лентяйка. К тебе свекровь приехала, а не твои скудоумные подружки. Или прикажешь самой накрывать на стол в твоем доме?
Глава 6
За тот месяц, что бабушка жила в Санкт-Петербурге, она развила бурную деятельность и целыми днями пропадала по своим таинственным делам. О смене школы, имени и паспорта речь больше не заходила, но Ноэль впервые за долгие годы почувствовала свою значимость.
Особенно ее смешило, что мама Гульнур, наоборот, научилась ходить вдоль стеночки, говорить тихо и не отсвечивать, особенно, когда Мирим была дома. Даже папа, побаиваясь бабушкиного гнева, вел себя по отношению к дочери предельно корректно.
В ожидании каникул Ноэль скучала над уроками, скоро предстояло поступление в ВУЗ, поэтому нельзя было пренебрегать занятиями. Подготовка в юридический занимала большую часть свободного времени, особенно злило ее ЕГЭ по истории, заучивать огромное количество дат было мучительно, но девушка не сдавалась. Образование – единственное преимущество для женщин их национальности. Оно дает шанс, так объяснила Мирим.