Алла Полански – Хочу тебя забыть (страница 8)

– София, – соседка потянулась ко мне и, приостановившись у самого ушка, шепнула: – Не волнуйся. Я не выдам твой секрет, – затем, потянувшись к другой щеке, также тихо добавила: – Ты в этом платье изумительна, но оно не слишком-то сейчас уместно, дорогая.

Одобряюще посмотрев на нас, стоявших сейчас перед ней, она снова довольно кивнула и пошла дальше.

Как только женщина скрылась за дверьми здания, Майкл отбросил притворство и, грубо схватив меня за руку, потащил обратно к машине.

– Майкл… – пыталась вырваться от него. – Отпусти меня.

Он резко развернулся. От его грозного взгляда по всему телу пробежала волна мурашек. Теперь на меня смотрели не те тёплые серые глаза, которые так сильно сводили с ума, на этот раз я встретила холодный стальной взгляд, не таящий в себе ничего тёплого и нежного.

– Лучше молчи, – предупреждающе пояснил он, затем, не церемонясь, втолкнул в свой автомобиль и сел за руль. Прижавшись всем телом к дверце машины, я пыталась не паниковать. – Где ты живёшь? – Услышала его резкий вопрос, от которого чуть не подпрыгнула на кожаном кресле роскошного авто.

До боли хотелось ответить ему какой-нибудь грубостью. Сказать о том, что он не имеет никакого права так обращаться со мной. Но в голове постоянно мелькали его холодные непроницаемые глаза, и мне опять стало стыдно за свой вчерашний обман.

Стараясь, чтобы мой голос звучал как можно увереннее и твёрже, я быстро ответила:

– Напротив Брунер.

*Я вёл машину, нарушая половину правил дорожного движения. Сейчас мне было совершенно наплевать на это. Как мог ругал себя за то, что и в самом деле чуть не поверил в её безупречность.

Безупречность!.. С шумом втянул в лёгкие воздух… Ни одна женщина в этом мире не была безупречной. Все они лживые коварные стервы. Пытаясь успокоиться, я ещё раз глубоко вздохнул. Все женщины, с которыми я проводил время, всегда искали выгоду, прося то одно, то другое. Чего хотела она? Приключений? Опыта? А может, и того, и другого вместе? Прекрасно! Можно себя поздравить: ещё один замечательный поступок Майкла Миллера! Ко всем общим достижениям прибавится и то, что я соблазнил какую-то несовершеннолетнюю глупую девчонку.

Я с силой сжал зубы, чтобы не сорваться на крик и не высказать всю накопившуюся горечь этой лживой девчонке. Остаётся надеться, чтобы это моё достижение не попало в прессу.

Едва не проехав мимо моего дома, машина резко затормозила.

– Выходи.

Его голос был резким и грубым, но в нём я услышала и что-то ещё. Что-то похожее на боль и обиду. Мне опять стало невыносимо стыдно за своё поведение и, отбросив былые гордость и страх, всё же посмотрела на него.

Я не могла уйти от него так. Мне нужно объяснить. Он должен понять.

– Прости, – тихо прошептала, но Майкл даже не посмотрел в мою сторону. Его взгляд упёрся в руль машины. Набравшись смелости и рискнув быть грубо отброшенной, взяла в свои ладони его лицо и повернула к себе. Он не оттолкнул. Всё было гораздо хуже. Майкл как будто не видел меня, будто он находился в машине совсем один. – Прости меня, – повторила ещё раз. Из-за слёз, наполнивших глаза, я ничего уже не различала, но всё так же пыталась отыскать в его взгляде хоть что-то вчерашнее, хотя бы одну маленькую крупицу нежности. Но он по-прежнему молчал. – Мне нужно твоё прощение! – в отчаянии закричала я. Мне уже было всё равно, меня не волновало, что мы на многолюдной улице, что я сижу в машине с открытым боковым стеклом вся в слезах, абсолютно на виду у всех. – Я испугалась. Слышишь? Я испугалась, что если скажу тебе о своём возрасте, ты уйдёшь. Ведь это так? – В ответ снова молчание. – Пожалуйста, Майкл, посмотри на меня по-настоящему, – я начала негромко всхлипывать. – Да, – уже тише продолжала, – я всего лишь обычная маленькая девчонка, которой очень понравился взрослый мужчина, и которая очень боялась быть отвергнутой им. – В отчаянии начала открывать дверцу машины, но из-за трясущихся от сильных переживаний рук никак не могла справиться с этой задачей. – Конечно, тебе не стоит связываться с глупым ребёнком. Надеюсь, у тебя не возникнет из-за меня проблем. – Наконец замок поддался, и дверца начала плавно открываться. – Прости меня, – в последний раз негромко произнесла я и вышла из машины.

Подходя к двери дома, за спиной раздался шум от быстро удаляющегося автомобиля.

Майкл уехал.

***

Закрыв за собой входную дверь, я сразу же направилась в свою комнату. В доме было тихо. Это означало, что Лизка где-то на улице. Наверняка собирает сведения для своего очередного репортажа, который должна предоставить сразу после возвращения на учёбу после каникул.

«Оно и к лучшему, – устало размышляла, бродя по дому, – у меня не осталось сил, чтобы хоть, что-то объяснять».

Зная Лизу, можно было с уверенностью сказать, что пока она не получит ответы на свои многочисленные вопросы, о покое можно и не мечтать.

Покой. Для меня сейчас это было просто необходимо.

Захлопнув за собой дверь собственной комнаты, сразу же упала на кровать. Казалось, сил не хватало ни на что, однако слёзы беспощадно жгли лицо. Тихо плача в подушку, я невольно начала вспоминать сегодняшний день. Весёлый, улыбающийся Майкл, сидящий напротив меня за столом. Такой милый и нежный. Лёгкий поцелуй на прощание… Как же хотелось раствориться в нём и забыть обо всём на свете.

От нахлынувших воспоминаний в комнате раздался ещё более громкий плач.

Неожиданная встреча соседки с её ненужными вопросами, непроницаемый взгляд Майкла… Такой холодный и чужой.

«Выходи», – снова услышала его голос. Голос, наполненный презрением и брезгливостью, как будто я была противным насекомым, от которого поскорее хотят избавиться. Рыдания сдавливали горло, но горькие слёзы всё никак не унимались. Зачем я встретила его вчера? Почему всё так вышло? Почему же мне так плохо сейчас? Зачем я вообще приехала в Юрмалу?

Не зная ни одного ответа на мучавшие вопросы, я повторяла и повторяла их про себя, надеясь найти хотя бы один ответ, и, наконец, полностью выбившись из сил, уснула тяжёлым тревожным сном.

Сквозь его пелену услышала негромкий стук в дверь. Полежав ещё немного в тишине, всё же медленно открыла глаза. В комнате было темно, и я не сразу поняла, где сейчас нахожусь. Когда же все воспоминания вновь напомнили о себе, я, тихо простонав, пожалела о том, что проснулась. В дверь снова негромко постучали.

– Входи, Лиз, – отозвалась хриплым голосом. Добротное деревянное полотно приоткрылась, и в комнату не спеша вошла подруга моего детства. – Что с тобой? – искренне удивилась её поведению. – Обычно ты врываешься как ураган в пустыне, сметая всё на своём пути. Не помню, чтобы ты вообще когда-нибудь спрашивала разрешения войти, а уж тем более – ко мне. – Но тут внезапная догадка омрачила и без того невесёлое настроение. – Так ты уже всё знаешь. Верно?

– Так… Немного слышала, – уклончиво ответила Лиза.

– Я почему-то не удивлена. Сегодня все всё знают обо мне и даже больше, чем я сама, – с иронией в голосе отозвалась подруге. – Но я даже рада, что не надо будет ничего рассказывать.

– Да нет. Рассказать, я думаю, стоит. Если б всё было, как я слышала, ты б не лежала здесь в слезах. – Лиза присела на кровать и включила настольную лампу. – О боже, Соф, тебе срочно нужно умыться. Такое опухшее лицо я ещё не…

– Мне всё равно. Сегодня я ничего не хочу, –проговорила я безжизненным тоном и отвернула лицо от яркого света лампы.

– Я принесу воды. Хочешь? – заботливо предложила подруга.

– Нет, – тяжело вздохнула в ответ. – Не надо. Спасибо.

– Слушай, – робко начала Лиза, виновато опустив взгляд, – в том, что произошло, есть доля и моей вины. Если бы я не подтолкнула тебя к нему, может… может, всё было бы лучше. Соф, что же всё-таки произошло?

– Слишком долго…

– А я не занята. – Она поудобнее устроилась на кровати, намекая, что намерена выслушать очень длинный рассказ. – Или у тебя уже появились секреты от лучшей подруги? Давай, начни с самого начала.

Выслушав полностью всю историю, Лиза очень огорчилась и, пытаясь хоть как-то подбодрить, крепко держала меня за руку.

– Софа, мне очень жаль, – грустно произнесла она, – если б я только знала, какой это ужасный человек, сама бы поперёк дороги тебе встала, не пуская к нему.

– Он вовсе не ужасный человек, Лиза. Это только моя вина, что он так сильно разозлился, – и, видя, что подруга уже собралась возразить, предупреждающе подняла руку. – Подожди… Это на самом деле моя вина. Если бы ты так упорно меня не защищала, поняла бы его. На самом деле, он очень мягкий и нежный человек. Знаешь, он так ласково называл меня «Соня и Сонечка», – я улыбнулась воспоминаниям. – Как думаешь, можно ли по-настоящему сильно полюбить человека всего за один день?

– Не знаю, – серьёзно ответила Лиза и сразу же, перейдя на более шутливый тон, весело продолжила: – Но если хочешь, завтра же проведу опрос этой темы на улице?

Я развела губы в слабой улыбке.

– Я не жалею, что повстречала его. Я жалею лишь о своём глупом обмане. Возможно, скажи я ему всё сразу, я всё равно смогла бы убедить его остаться со мной. В конце концов, восемнадцать лет – это не такой уж и детский возраст! В любом случае, – печально вздохнула, благодарно посмотрев на подругу, и медленно начала подниматься с постели, – всё уже позади. И я решила вспоминать только хорошие моменты, связанные с ним. Спасибо тебе за поддержку. Я высказалась, и теперь мне стало гораздо легче. Пожалуй, нужно и впрямь возвращаться к жизни. Пойду-ка лучше приму душ.