Алла Надеждина – Повенчанные небом 2. Рожденная небесами (страница 9)
– Вот таким? – Ас взмахнул рукой, и над башней тут же взметнулось иссиня-черное полотно.
– А что, прикольно, – чуть прищурилась я, призадумавшись. – Вот только чего-то не хватает для антуража.
Щелкнула пальцами, и на черном штандарте появились череп и перекрещенные кости. Аскани хихикнул. За воротами внутри послышались испуганные голоса и топот ног.
– Эй, молодежь, вы что творите? Ну-ка сейчас же все верните, как было. Еще не хватало мне обитателей замка веселым Роджером пугать.
– Но ведь забавно вышло, – пожала плечами я, когда мы с Асом возвратили стягу его первозданный вид.
– На самом деле я действительно сначала собирался сделать флаг черным, – признался Шон. – Но Астер не позволила, сказала, что траур разводить ни к чему. Что б она в черном цвете понимала! Сошлись на серо-стальном.
Тем временем, перед нашей кавалькадой открыли замковые ворота, и мы въехали во внутренний двор.
Навстречу вышел моложавый подтянутый мужчина среднего роста с гладко зачесанными, собранными в низкий хвост темными волосами и учтиво поклонился. Одет он был в строгий темно-серый сюртук с серебряными пуговицами, под мышкой зажата огромных размеров тетрадь в плотном переплете.
– Вечер добрый, Ваше сиятельство, – важно обратился он к тер Дейлу, – вы собираетесь сразу выслушать отчет о текущих делах или сначала распорядиться по поводу ужина?
Ух, ты! Шон – и вдруг сиятельство! Непривычно! Хотя, чего тут удивляться? Герцог – он и есть герцог. Хоть в камзоле с позументом, хоть в черной пыльной хламиде.
Кто бы сомневался, что наше встрепанное сиятельство выберет ужин? А изучение бумаг решит отложить до завтра. Не убегут.
– Это мой управляющий Милтон тер Брейн, – пояснил маг, слезая с Воронка и рассеивая морок. – С тех пор, как я его нанял, за ведение дел в герцогстве больше не беспокоюсь. Толковый малый, а, главное, надежный. Но иногда все же необходимо мое личное присутствие – подписать там, проконтролировать… Вот периодически сюда и мотаюсь.
За едой мы почти не разговаривали, лишь лениво перекидывались короткими фразами, уписывая герцогский ужин. Принесенная на огромном блюде запеченная оленина, выложенная свежей зеленью, испускала одуряющий аромат. Фаршированные перепела, свежие овощи, грибы, тушеные в сметане, холодный ягодный морс в запотевшем кувшине – все было невероятно вкусно и сытно. В довершение вынесли поднос с дивными пирожными. На макушке каждого красовалась вишенка. Мы переглянулись и дружно прыснули, вспомнив кондитерский шедевр Шона. Наши драконы довольно урчали. Им такая трапеза тоже пришлась по душе.
Я с интересом разглядывала внутреннее убранство замка, разгуливая по огромной гостиной, и слегка щурилась от света магических светлячков, которые мы втроем щедро развесили под потолком. Стены покрыты светлой темперной краской, стрельчатые окна пропускают достаточно света. В углу камин, который зимними стылыми вечерами приятно дарит тепло и мягкий, играющий отблесками на стенах, свет. На каминной полке стоят изящные статуэтки. Хотелось подойти и внимательно их рассмотреть, так же, как сюжеты пасторальных картинок и сцены ратных поединков на развешанных тут и там гобеленах. Гм! А Шон-то у нас, оказывается, эстет? Ух ты! Вот уж не ожидала! Я хихикнула. В нишах стоят рыцари в железных латах. Вдоль стен расположились удобные диваны и кресла. Пол застлан мягкими коврами с растительным орнаментом. С потолка свисает изящная кованая люстра. Я обратила внимание, что нигде нет ни одного фамильного портрета.
– А оно мне надо? – фыркнул Шон, подслушав мои мысли. – Я же первый герцог в роду Дейл. Может, потом когда-нибудь закажу, лет через шестьсот, если сильно приспичит.
На второй этаж вела массивная лестница с изящными коваными перилами. Поднявшись, мы оказались в коридоре, вдоль которого шло множество дверей с затейливыми бронзовыми ручками.
– Тут библиотека, рабочий кабинет, там гостевые комнаты, ну и спальня, – размахивал рукавом тер Дейл, указывая направление.
– Шон, а купальня здесь есть? – поинтересовалась я.
За несколько прошедших дней путешествия мне ужасно не хватало таких радостей жизни, как горячая вода, пенная ванна и чистые махровые полотенца. Я уже не ребенок, а с двумя парнями, хоть и любимыми, в дороге немного неудобно и стеснительно: ни помыться, ни переодеться толком.
– Конечно, есть, – засуетился Шон, – идем, я покажу.
Мы вошли в просторную комнату с не менее просторной кроватью под серебристым балдахином в центре. Маг дал нам возможность осмотреться, а потом указал мне на боковую дверь.
– Ванная там, все необходимое найдешь в шкафчике.
Я благодарно кивнула и потрусила в указанном направлении. Какое же блаженство – после долгой дороги и сытного ужина нежиться в теплой воде и сдувать с ладони пенные белые шапки.
Лёжа в ванной, я в задумчивости неторопливо возила мочалкой по рукам, груди, животу. Тело неосознанно отвечало на мягкие прикосновения дрожью и сладкой истомой, схожей с той, что дарили поцелуи и ласки моих любимых. Всегда боялась почувствовать что-то подобное, считая это мерзким и грязным, но юное тело считало иначе. Я-то знаю, что пока мне нельзя ничего "такого", но вот как быть с телом, жаждущим любимых рук, настойчивых поцелуев и жарких объятий? В ответ на касание к груди намыленной губкой, словно подтверждая мои несколько откровенные мысли, болезненно напряглись соски, затрепетала внизу живота стайка спугнутых бабочек, запылали щеки и застучало в висках.
Что со мной, я прекрасно понимала. Но превращение из девчонки-заморыша во взрослую девушку оказалось совсем не таким, как я себе это представляла. Жизнь в деревне, где царят вольные нравы и никто особо не заботится о целомудрии подростков, накладывает свой отпечаток. Я довольно рано узнала, откуда берутся дети и что этому предшествует, но всегда до черноты в глазах боялась "того самого", грязного и страшного, что убило мою маму. Боялась как огня до тех пор, пока Аскани, а потом и Шон, смогли мне доказать обратное. Их поцелуи и нежные прикосновения дарили доселе неведомое наслаждение и блаженство, и теперь я знала, что это лишь первые робкие шаги к чему-то большему. Но не отвратительному и мерзкому, а безумно прекрасному, волшебному и томительно-сладкому. Тому, что несет свет и благодать в отношения любящих существ. Выходит, это и есть испытание для юных драконят, о котором говорил Шон? Когда хочешь принадлежать любимому каждой клеточкой, отдаться, раствориться без остатка, но нельзя. Пока нельзя. Хотя забыться и завертеться в вихре желаний так просто, а оторваться друг от друга почти невозможно. Вот же, брых вызгатый! И как быть? Как держать в руках себя и не дать сорваться Асу? Теоретически Шону должно быть проще. Он дракон, взрослый мужчина. Но я вижу, как нелегко и ему. Похоже, он решил пройти этот путь вместе с нами и отступать не намерен. Выходит, что мне нужно не пускать наши слияния на самотек, ожидая, когда взволнованно завозится Мэл или гневный рык Мрака выдернет нас из объятий друг друга, а я сама должна помочь парням не допустить срыва. Ведь потерпеть осталось всего какой-то год-полтора. Мы справимся! Мы непременно справимся. Как быть дальше, для себя я уже решила.
Я встряхнула головой, возвращаясь к реальности. Пожалуй, пора вылезать из ванны, а то мало ли до чего еще додуматься тут могу. Тем более что обеспокоенные моим столь длительным отсутствием парни уже несколько раз скреблись в дверь.
Окатила себя с ног до головы холодной водой, чтобы как-то остудить пылающие щеки и разгоряченное тело. Беспокойная стайка бабочек в животе тут же утихла. Вот и славно.
У зеркала я расчесала волосы, немного подсушив их магией. Надела просторную шелковую тунику без рукавов и короткие бриджи. Потом улыбнулась посетившей мысли, и поверх еще обмоталась по шею белой махровой простыней. В таком виде и прошлепала в спальню, где в креслах сидели Ас и Шон. Парни нервно сглотнули и жадно уставились на меня, когда я, хихикнув, легонько потянула за край простыни и ткань медленно поползла к ногам. Но тут же разочарованно вздохнули, когда увидели под ней мою довольно консервативную домашнюю одежду.
– Тим, ложись в кровать, а мы сейчас тоже приведем себя в порядок с дороги и придем к тебе, – предложил Шон, вставая с кресла.
Я забралась на широченное ложе, уютно завернувшись в одеяло и подпихнув под ухо подушку. Прикрыла глаза и…
И помнила потом лишь, что меня крепко обняли с двух сторон, аккуратно откинули волосы от лица и чмокнули в щеку.
Глава 4
Проснулась я еще затемно. За окном сумерки, лишь солнце розовато-алым светом едва тронуло верхушки леса. Привстала на локте, озираясь по сторонам. Ас, чему-то улыбаясь во сне, сладко спит рядом, привычно закинув руку мне на бедро. А вот Шона уже не было. Наверное, с утра пораньше умотал очередной эксперимент проводить или опять в Ларран вызвали, а может бумаги разбирает в кабинете. Как-никак герцог. Ну вот что у него за жизнь? Ни минуты покоя.
Я чуть тронула губами щеку жениха, еле слышно прошептала "Люблю тебя" и выскользнула из его объятий, стараясь не разбудить.