Алла Ларина – После развода. Месье, я сама! (страница 4)
И сразу следом – «Я скажу ему, что хотел ему позвонить, а ты не дала!»
– Сволочь! – цежу сквозь зубы.
Во мне поднимается такая злость, что был бы сейчас Денис рядом – я бы не пожалела руки еще на пару хороших затрещин!
Заставляю себя сделать несколько вдохов и выдохов, потом набираю максимально сухо: «Егор на детском празднике, занят с друзьями. Позвонит тебе вечером, когда вернёмся в номер». Несколько секунд смотрю на текст, потом добавляю: «О месте нахождения ребёнка ты знаешь, он со мной, с ним всё в порядке, как и всегда», и только потом отправляю.
Можно было бы напомнить на его возмущения, что Денис не отвечал на мои звонки и не писал больше месяца... но это бесполезно. Только повод для очередного скандала, потому что он сразу переходит на личности и начинает обвинять меня во всём подряд, не слыша моих доводов.
Убрав телефон, быстро возвращаюсь в зал, подхожу к игровой, нахожу глазами сына... Он скачет, довольный – волосы растрепались и прилипли к вспотевшему лбу, на лице широченная улыбка, и у меня получается выдохнуть. Правда, не получается до конца выбросить из головы мысли о том, что его отец прямо сейчас пытается превратить обычную короткую поездку в очередной повод доказать, что я плохая мать. Но тут уж ничего не поделаешь.
Вечером, когда мы возвращаемся в номер, Денис всё-таки звонит Егору по видеосвязи. Сын радостно показывает ему через экран номер, подаренный на празднике маленький брелок, рассказывает, как он катался на лыжах, на «ватрушках», как они с Арсом и Тёмой играли и ели торт.
– Неслабо, видно, твоя мать деньгами сорит, да, сынок? – слышу насмешливо-презрительное. – А всё жалуется, что я тебе алименты не плачу и ругается на меня, общаться нам не даёт!
Егор кидает на меня растерянный взгляд, и я прикусываю язык от бешенства, лишь бы не сказать ничего лишнего.
Это я-то сорю деньгами! Высчитываю каждую копейку! Работаю сама и пытаюсь каждый месяц выбить у Дениса чёртовы несчастные десять тысяч алиментов на его же родного сына! И этот скот, эта сволочь ещё такое заявляет! От злости становится тяжело дышать...
А сын, видимо, сложив как-то в своей голове то, что слышал краем уха, успел сделать какие-то свои выводы – и одновременно перепутать вообще всё, что можно, потому что я замираю, услышав его слова.
– Так это маме помог Лоран, друг дяди Кирилла!
Глава 6
Я даже не ушами, а всем телом чувствую паузу, повисшую после этих слов. Хорошо, что Дениса мне не видно, экран повёрнут к Егору.
Надеюсь только на то, что он сейчас не начнёт говорить сыну какие-нибудь гадости!
– Вот как, – тянет бывший муж после долгого молчания. – Интересные дела у вас там творятся. И что это за друзья непонятные? Что он, рядом с матерью твоей крутится? Может, и живёт в соседнем номере?
– Дядя Лоран живёт не рядом с мамой, а на курорте, – объясняет Егор, явно не услышав подтекста. – Он французский друг дяди Кирилла и хорошо говорит по-русски, только иногда смешно бывает что-то не то скажет… Но редко!
– Понятно, – хмыкает Денис так, что я с трудом удерживаюсь от того, чтобы выхватить телефон и закончить разговор. – Ну ты там смотри, сынок, не забывай отца-то родного, папка у тебя один. Мать твоя, конечно, не больно-то… ну ладно. Мало ли кто там вокруг ходит, а отец есть отец!
Егор морщит лоб, снова смотрит на меня, видимо, не до конца понимая, что к чему – и слава богу.
– Егор, – говорю мягко, – уже поздно. Давайте, закругляйтесь потихоньку – нам собираться надо, а завтра уже домой ехать.
– Ага! Пап, ну тогда пока!
Егор, вскочив, поворачивается так, что в экране становится видно и меня тоже, я не успеваю отойти – зато успеваю заметить взгляд бывшего, брошенный в камеру, в котором чётко читается обещание продолжить этот разговор без ребёнка.
Вот и ещё одна причина, почему мне не нужны никакие ужины, никакие симпатичные и галантные мужчины… даже когда они очень симпатичные и крайне галантные! Не то чтобы я переживала из-за того, как бывший муж отнесётся к тому, что возле меня может появиться кто-то. По мнению Дениса это невозможно, я же толстая клуша, разведёнка с прицепом, которая по определению никому не нужна. Но нервы он мне наверняка истреплет знатно. А заодно попытается настроить против меня ребёнка, дай только повод.
Так что нет уж. Мне и без этого острых ощущений хватает в жизни!
На следующее утро Кира сообщает, что Лоран был вынужден срочно уехать. Говорит это как бы между делом, пока помогает детям собрать по номеру разбросанные после вчерашнего праздника мелочи, но я слишком хорошо знаю подругу, чтобы не заметить, какой она кидает на меня взгляд.
– Какой-то там косяк по стройке, – объясняет Кира, складывая в пакет потерянные Егором носки, почему-то обнаруженные под стулом у близнецов. – Кирилл сказал, что подрядчики что-то напутали с техникой или документами, я не вникала. Лоран уехал ещё ночью, вроде бы на один из объектов, так что попрощаться не успел.
– А я и не собиралась с ним прощаться, – отвечаю слишком торопливо и тут же пытаюсь исправить ситуацию: – В смысле, мы с ним не настолько близко знакомы, чтобы расстраиваться из-за того, что не успели сказать друг другу «до свиданья». Полагаю, его это тоже не расстроило.
Кира чуть улыбается, но молчит, не развивая тему. А я втихомолку радуюсь, что так получилось. Хорошо, что не увиделись. А то как представлю очередную неловкость при встрече или что он, не дай бог, повторил бы своё приглашение… Хотя с чего бы?! Я ведь уже решила, что это он просто из вежливости!
Сборы мы заканчиваем быстро. С друзьями мне, конечно, ужасно повезло – они ещё осенью купили большую семейную машину, куда влезают аж шесть человек, поэтому нас с Егором довозят до самого дома.
– Увидимся, Ритуль! – машет мне из окна Кира, пока её муж достаёт мой чемоданчик.
– Давай помогу донести до квартиры, – предлагает Кирилл.
– Да не выдумывай, он лёгкий, – отмахиваюсь, улыбаюсь ему, и мужчина улыбается в ответ.
– Ну смотри. Егор, помоги маме!
– Ага, – сын подпрыгивает на месте, успевая о чём-то ещё переговариваться с Арсом и Тёмой, которые тоже приоткрыли окно.
– Езжайте, холодно! – машу им, поймав Егора за руку и в очередной раз кивнув на слова подруги насчёт того, что созвонимся.
Мы и так всё время созваниваемся. Сейчас, конечно, реже – с тех пор как к Кире вернулся муж и они каким-то чудом собрали заново свою семью, у подруги хватает своих дел. Но всё равно часто. Да и видимся регулярно. Правда, Егор постарше её парней и уже в этом году пойдёт в школу, а близнецы идут только в следующем.
Мысли о школе тут же возвращают меня к реальности. После праздников Егору нужно идти на подготовительные занятия, а ещё я даже думать не хочу, во сколько встанет собрать его к первому классу. На бывшего мужа надежды никакой, так что надо будет, наверное, закупаться заранее, за несколько месяцев, чтобы растянуть расходы.
Дома всё как всегда. Праздничный горнолыжный курорт, огни, чистые дорожки и вежливые горничные, которые приносят тебе лёд для компресса по просьбе красивого француза, остаются где-то позади. Я разбираю сумки, ставлю чайник, включаю стиральную машинку и одновременно прикидываю, сколько денег осталось до зарплаты.
Поездка обошлась значительно дешевле, чем могла бы, потому что Кира действительно выбила для нас какую-то почти неприличную скидку, но всё равно траты были. Кредитка лежит у меня в кошельке немым укором, и я в очередной раз обещаю себе больше в неё не залезать хотя бы до конца месяца.
Следующие дни мы вливаемся в нашу привычно-обычную жизнь. У меня, естественно, длинных выходных нет – я работаю в компании, занимающейся грузоперевозками, и удалённо «вишу» на телефоне практически всегда, потому что у нас вечно что-нибудь случается. То один погрузчик не выходит на объект, то второй встаёт из-за гидравлики – и, естественно, всё это происходит в последний момент, так что разгребать косяки приходится в режиме «срок закончился вчера».
К концу недели я уже настолько измотана, что с трудом держусь, когда сын начинает стонать и ворчать, сидя за столом, куда я отправила его писать прописи.
– Кому вообще нужна эта фигня! – Егор с выражением мировой скорби на лице выводит кривулины в тетради. – В ноутбук сел и всё напечатал!
– Не в ноутбук, а за ноутбук, – заставляю себя сдерживаться. – Все должны уметь писать и считать, это часть учёбы.
– И считать тоже – вон, в телефоне открыл калькулятор и посчитал! – кисло добавляет сын.
Уже открываю рот, чтобы повторить всё то, что уже говорила сотню раз, но тут в дверь раздаётся звонок.
– Кого ещё принесло… – бормочу растерянно.
– Может, это папа?! – радостно подскакивает с места Егор.
– Сначала сядь и допиши! – говорю строго, а сама иду к двери.
Глава 7
– Открывай, я к сыну, – раздаётся в трубке домофона.
Ну естественно. Ни элементарного приветствия, ничего... как всегда. Как будто я тут не хозяйка этой квартиры и не мать его ребёнка, а вахтёрша, которая ключи слишком долго ищет.
– Это папа, да? – Егор всё-таки не усидел на кухне, прибежал в коридор.
Неудивительно. Это же не мама с её скучными прописями и занудством...
– Да, – вздохнув, нажимаю кнопку на домофоне и заодно сразу открываю замок на входной двери.
Отхожу подальше, машинально подбираю валяющиеся на комоде магазинные чеки. Тут же злюсь на себя – вот неистребимая привычка срочно прибрать мелочи перед приходом гостей... хотя бывшего мужа гостем назвать язык не повернётся. Если только незваным.