Алла Касперович – Утренний кофе (страница 2)
— Угу.
— Блин, Оля! Ты меня вообще не слушала!
— А?
— Нет, я так больше не могу!
Вика стащила Олю с кровати и повела за собой, и, та, как ягненок на заклание, поплелась за ней. По дороге пижамные штаны постоянно падали, и в зеркале Оля с изумлением увидела, что очень сильно похудела. И правда, а когда она нормально ела? Какой сегодня вообще день? А какая разница?
В маленькой ванной было на удивление чисто и прибрано. И когда только Вика успела похозяйничать? Кроме нее было некому.
— Раздевайся! — скомандовала подруга.
Оля затравленно на нее посмотрела, но подчинилась.
— Залезай в ванную.
— Холодно…
— Щас согреем!
Первые струи оказались ледяными, и Оля вздрогнула, но безропотно стерпела пытку водой. Тепло постепенно распространялось по всему телу, и Оля расслабилась.
— Не горячо?
— Нет. Все хорошо.
Словно маленькому ребенку, Вика вымыла ей голову, потерла спинку, насухо вытерла и прядь за прядью расчесала ей волосы.
— Сейчас халат принесу, — сказала Вика и взялась за ручку двери.
— Не надо!
— Почему?
— У меня нет халата.
Вику ужаснул стремительно пустеющий взгляд подруги, а ведь казалось, что она начала оттаивать.
— Был же. Я помню. Красивенький такой, пушистый! Оранж… Оля, прости, я забыла. Сейчас принесу что-нибудь другое. Завернись пока в полотенце.
— Хорошо.
Из шкафа Вика достала светло-голубой свитер и черные штаны в обтяжку, которые Оля отложила до лучших времен: когда похудеет. Сейчас они должны были как раз быть впору.
Глаз зацепился за яркое пятно в глубине шкафа. Воровато оглянувшись, Вика вытащила на свет давно забытую оранжевую майку и тут же затолкала ее к себе в сумочку. Оставлять эту тряпку в квартире было слишком опасно. Вика хорошо помнила, как Оля расхвастала прекрасный сервиз только за то, что тот был запрещенного цвета. А потом, сидя на коленях, собирала осколки, резала себе ими пальцы и даже не замечала этого.
— Оль, смотри, это подойдет? — Вика открыла дверь и вздохнула. — Оль, я ж просила тебя завернуться в полотенце!
Подруга повернула к ней голову, и у Вики сердце от жалости сжалось. Что стало с ее жизнерадостной Олей? Та сейчас была похожа на загнанного зверька, уже не надеющегося на свободу. Ух! Надо было еще как-нибудь нагадить этому подонку! Того, что она расцарапала его любимую машину ржавым гвоздем и порезала шины, явно было недостаточно. И пусть еще докажет, что это сделала Вика! Камер не было? Не было. Свидетели были? Нет. Даже видеорегистратор не работал!
— Оль, вставай.
Вика помогла ей одеться и все больше и больше хмурилась. Заветные черные штаны впору ей не были — они висели на Оле мешком!
— Тааак, а теперь идем есть!
— Вик, спасибо тебе, но я, правда, не хочу…
— А ходячим скелетам слова не давали! Щас что-нибудь состряпаем!
Часы показывали половину одиннадцатого, и Вика стиснула зубы — на работу она уже опоздала. Ну, и пусть! Наташка ее прикроет, если что. К счастью, ехать было недалеко.
— Оля, что тебе приготовить? Ладно, считай, что я ничего не спрашивала.
Наскоро пожарив яичницу, Вика поставила тарелку перед подругой, а сама села напротив. Олина кухня ей всегда нравилась: хоть и небольшая, но зато яркая, как и сама хозяйка. Была. Сочные зеленые оттенки, сверкающая кухонная утварь, живые цветы — самое уютное место в квартире и самое светлое.
— Ешь, давай!
— Хорошо.
— Ты ее ешь или пытаешь?
Оля улыбнулась краешком губ и положила первый кусочек в рот. Вкуса она не почувствовала.
— Ну, и умница! Ладно, мне на работу пора. Посуду помоешь?
— Да.
— Я к тебе завтра зайду.
Подруга чмокнула ее в щеку и унеслась ураганом. Всего какой-то месяц назад и Оля с радостью бежала на работу. На любимую работу. На любимую работу к любимому человеку. Теперь не было ни того, ни другого. По крайней мере, она не бедствовала. Ведь у нее остались деньги, которые она откладывала на свадебное путешествие.
Сперва Оля хотела выбросить яичницу — аппетита не было совсем. Но, в конце концов, передумала и все доела, ведь Вика так старалась для нее. Может, и правда хватит себя жалеть?
Глава 3 — Первый шаг
Дождь зарядил еще ночью и только к восьми утра начал потихоньку успокаиваться. Потоки воды не успевали исчезать в водостоке, и толпы злых и облитых людей торопились на работу. Проезжающая мимо машина окатила Вику водой из ближайшей лужи и скрылась с такой скоростью, словно за ней гнались с мигалками.
— Да чтоб тебя! — крикнула водителю вслед Вика, оглянулась, чтобы убедиться, что рядом нет детей, и вдогонку отправила крепкий снаряд из родного трехэтажного.
По крайней мере, у нее сегодня был выходной, потому что в шкафу Оли она вряд ли смогла бы найти хоть что-нибудь, что было бы ей впору. Собственно, можно было бы сегодня поспать побольше, тем более, что сын вчера с ночевкой остался у бабушки. Однако какая-то скотина с шести утра сигналила под окном. Нет бы, проявить гражданскую совесть и вызвать эвакуатор, так нет же — надо перебудить весь дом!
Из Олиного подъезда вышла молодая мама с рыдающим взахлеб ребенком. «В детский сад», подумала Вика и хмыкнула. Ее Васька ей когда-то тоже концерты устраивал, но стоило ей только выйти за порог группы, как крокодильи слезы тут же высыхали, и он вприпрыжку бежал к друзьям.
— Доброе утро! — с Викой поздоровались сразу три девушки и выскочили из сухого подъезда под вновь усилившийся дождь.
— Доброе-доброе.
В подъезде снова перегорела лампочка, хотя ее только вчера меняли. Чертыхнувшись, Вика достала мобильник, включила фонарик и осветила себе путь. На ступеньках ненужной и промокшей макулатурой валялись листовки с объявлениями, бесплатные газеты и даже чье-то письмо. Вика подняла его, прочитала адрес и имя получателя и нахмурилась. Осторожно пощупав конверт, она поняла, что там лежит что-то твердое. Надорвав бумагу, Вика вытащила красивую открытку с теплыми поздравлениями. Поздравлениями со свадьбой. Олина родственница из Сибири, видимо, побоялась, что почта сработает, как обычно, и отправила открытку заранее. Хорошо хоть, что Оля к своему почтовому ящику уже месяц не подходила. Конверт вместе с открыткой отправился в мусорку, собственно, как и Олина свадьба.
Ключ, как назло, оказался на самом дне необъятной Викиной сумочки. Дверь поддалась не сразу, и Вика даже подумала, что Оля успела сменить замок, чтобы надоедливая подруга больше не лезла к ней в душу. Но нет, дверь все-таки открылась, и Вика тихонечко вошла.
В квартире царила тьма из-за ненастной погоды, завешанных штор и мрака в сердце хозяйки. Из спальни не доносилось ни звука, и у Вики похолодело все внутри, но она сразу же отогнала тревожные мысли. Оля не такая! Она сильная, она не будет творить глупости. И все же Вика приоткрыла дверь, заглянула внутрь и выдохнула, и только сейчас поняла, что задерживала дыхание. С кровати доносилось тихое сопение.
— Ну, и умница, — прошептала Вика и прикрыла за собой дверь.
Грязную одежду она сняла и забросила в стиральную машинку. Вика хотела и себе такую же, но пока не могла себе позволить. Чудо-машинка не только отлично стирала, но еще и высушивала. А вещи из нее, даже утюжить не нужно было — хоть сразу надевай. И стоило сие сокровище, как четыре Викины зарплаты.
В шкафу нашлись ее старые спортивные штаны и майка — их Вика надевала, когда хозяйничала у Оли в доме. И за последний месяц эта одежда почти стала ее униформой.
— Доброе утро.
Вика едва не подпрыгнула, когда услышала голос подруги. Она-то ведь думала, что та, как обычно, проспит часов до девяти-десяти. И сегодня ее Вика будить не собиралась, тем более, что хотела приготовить для нее шикарный завтрак, чтоб хоть как-то вернуть ей радость жизни.
— Доброе! Оль, ты меня так заикой сделаешь!
— Извини.
Больше похожая на восставший из могилы труп невесты, чем на живую девушку, Оля стояла, прислонившись к дверному косяку, и рукой придерживала так и норовившие упасть пижамные штаны.
— Кофе будешь? — улыбнулась Вика.
— Буду. — Оля медленно, чтобы не уронить штаны, подошла к подруге, обняла ее одной рукой и сказала: — Спасибо.
— За что? Я же еще его не сварила.
— За все, Вик, за все.