Алла Касперович – Булочка (страница 31)
— Нет, мам, у нас свои планы.
— Ясно, — вздохнула мама. — Но, если что, мы вас все равно ждем.
— Хорошо, мам, — улыбнулась я и поцеловала ее в щеку. — С наступающим!
— Спасибо, дорогая, и тебя так же.
Леша должен был приехать к семи, так что у меня было еще достаточно времени, чтобы подготовиться. Полуфабрикаты были уже в холодильнике, так что осталось совсем немного. Куда больше внимания я собиралась уделить своей внешности. Все-таки сегодня (наконец-то!) должна быть наша первая ночь.
Где-то в полшестого, когда я как раз заканчивала сушить волосы, раздался звонок в дверь. Кто бы это мог быть? Леше еще рано. Может быть, у соседки опять сахар закончился? Она почему-то всегда приходит за ним именно ко мне. Можно подумать, у меня здесь целый балкон сахара. И куда она вообще его девает?
В дверной звонок было сложно что-то разглядеть, потому что на лестничной клетке было довольно темно — опять кто-то лампочку выкрутил. Но очертания фигуры были вроде женские.
— Кто там?
— Маша, это Алена.
— Алена? — Я открыла дверь и впустила ее в тамбур. Выглядела девушка не намного лучше, чем в день после свадьбы Инги. — Ты откуда здесь? И как ты узнала, где я живу?
— Инга сказала. Чаем угостишь?
— Хорошо.
Я повесила ее пальто в шкаф и удивилась тому, что Василевс не пошел проверить, кто к нам пришел. Вместо этого он остался на диване и очень сосредоточенно следил за происходящим.
— Черный или зеленый? — спросила я, когда Алена села за стол. На нее было страшно смотреть: под глазами синяки, щеки впали, а цвет лица стал какой-то землистый.
— Любой. Только некрепкий, если можно.
— Хорошо.
Через несколько минут я поставила одну чашку перед Аленой, а вторую взяла себе.
— Так почему ты все-таки ко мне пришла?
Алена взяла свою чашку, посмотрела в нее, сглотнула и отодвинула.
— Я беременна.
— Э… Поздравляю. Наверное.
— Можешь не поздравлять. Я беременна от Леши.
Глава 10 (31.12–01.01)
Я встречала Новый год в одиночестве лишь однажды. И тогда я пообещала себе, что такого больше со мной не случится. Обещание я сдержала: у сверкающей разными огоньками елки сидели мы вдвоем: я и Василевс.
— Колбаски хочешь?
— Мяу!
Было почти половина двенадцатого, так что продержаться до боя курантов оставалось совсем немного. Телевизор я решила пока не включать и почти на всю громкость включила плейлист, практически полностью состоявший из песен моего любимого “Пикника”. Василевс был не против, а соседям тем более было наплевать. Их бурные застолья были отлично слышны через тонкие стены нашей панельки.
Эдмунд Шклярский прочувственно заводил “Королевство кривых”, и я еле сдерживалась, чтобы не начать ему подпевать. Обычно я стеснялась петь даже наедине с самой собой. А потом я подумала: “А какого черта!” Я имею полное право отвести душу! Что было сил и дури, я завопила:
— Он занят игрой, и каждый второй
Да, каждый второй замедляет свой шаг.
Но только не я, я весел и пьян,
Я только сейчас начинаю дышать…
Так мы дуэтом допели до боя курантов. Я даже и не заметила, как в одно лицо опустошила бутылку шампанского. Фу, какая ерунда! У меня в холодильнике еще две есть!
— Василевс, еще колбаски?
— Мяу!
— Киса, мы сегодня гуляем!
— Мяу!!!
Ноги стали невесомыми, и я буквально парила по квартире. Я как раз успела открыть новую бутылку, когда сперва раздались счастливые выкрики за стенкой, а потом и первый удар часов. Пора было загадывать желание. О! Я точно знала, чего хочу.
— Да пошли все мужики лесом! — заорала я. — Этот год я посвящаю себе!
Залпом я выпила шампанское, и часы пробили полночь.
— С Новым годом, Василевс! — Я почесала кота под подбородком, и он довольно положил голову мне на руку.
— Мр, мяу!
Новый год — новая жизнь. Так ведь говорят?
Я всегда старалась так и делать, но ничего путного из этого не выходило. И я прекрасно знала почему: мои желания были ненастоящими. Нет, я на самом деле думала, что неплохо было бы похудеть, меньше пить кофе, спать по ночам, а не смотреть сериалы, выйти замуж… Что еще там в стандартном женском списке? Вот именно. В стандартном. Эти желания были поверхностными, и по большей части — не моими.
Настало время действительно подумать о себе. Двадцать восемь лет и не замужем? И даже парня нет? Ха! Да мне безумно повезло! Я же свободна! Я вольна делать все, что хочу! Тем более после того, как меня так предали… Такие раны быстро не заживают.
Телефон я нарочно выключила, потому что мне не хотелось отвечать на чьи-либо поздравления. Да и Леша непрерывно слал мне сообщения. На звонки я, понятное дело, и так не отвечала.
События вчерашнего дня мне вспоминать не хотелось, но было необходимо. Особенно сейчас, пока алкогольные пары не выветрились, и не так больно. Мне было нужно все хорошенько обдумать.
Так, когда я поняла, что моей фантазии о счастливом будущем с Лешей не суждено было стать явью? Тогда, когда Алена сказала, что беременна от него? Наверное, нет. Ведь у нее срок был уже три месяца, а мы с ним не так долго были знакомы. Так что чисто технически он мне не изменял.
Меня даже не особо расстроило то, что Алена была влюблена в него со школы. Что с того? У меня вот тоже неразделенная страсть к Николасу Роджерсу из сериала про пиратов “Caraibi”, он же Тарабас в “Пещере золотой розы”. Это ведь ровным счетом ничего не значит. Да и по поведению Леши я бы не сказала, что он испытывает к ней какие-либо романтические чувства.
Нет, я все поняла, когда выяснилось, что он знал о беременности Алены с самого начала. Он все знал, но все равно стал ухаживать за мной. Мы даже вместе пошли на свадьбу к его сестре! Он все знал, но ничего мне не сказал. Больше всего я ненавижу, когда мне вешают лапшу на уши.
Жалко только огромный букет шикарных цветов, с которым Леша заявился ко мне на порог. На секунду мое сердце дрогнуло, когда я увидела, с какой страстью и обожанием он на меня смотрит. Но только на секунду. За моей спиной появилась Алена, и выражение его лица тут же сменилось. Алена сказала мне правду: он все знал.
Как бы я ни была зла на них обоих, я все-таки помнила о положении Алены. Так что я сначала довольно бережно вытолкала ее за порог и закрыла дверь. Потом открыла дверь и бросила туда же ее вещи. Леша что-то говорил, но я его не слушала. Алена же расстроенной точно не выглядела. Мне даже показалось, что на ее лице мелькнуло торжество. Ну и пусть! Меня это больше не касалось!
И, в довершение ко всему, я выхватила из рук Леши букет, потопталась на нем, а потом бросила ему в лицо. От неожиданности он даже не заслонился. Я, конечно, повела себя по-детски, но своим поступком я была довольна и даже немного гордилась.
Дверной звонок и звонок домофона я отключила, потому что Леша начал трезвонить сразу же, как я закрыла дверь окончательно. Где-то через полчаса я увидела, как он садится в свою машину. Алена ждала его в салоне. Совет, да любовь!
А сейчас я думала, а не открыть ли мне третью бутылку. Передумала — мне и от двух предыдущих было хорошо.
— Запевай, Василевс!
Умывающийся кот ненадолго оторвался от своего занятия и посмотрел на меня, как на дитя малое, я же только расхохоталась.
— Фу, Василевс! Нельзя же быть таким скучным!
Я пустилась в пляс, задевая то накрытый стол, то диван, то возмущенного кота. Мне было все равно, мне было… А, какая разница!
— Моя шарманка, ну!..