Алла Хусейн – Эшелоны Фиолы – 2 (страница 4)
– Захаркина, не ссы и рот закрыла, – это я!
– Ой, Елена Николаевна! Как вы напугали нас! Вы тут каким чудом явились? – уже устала удивляться сегодня Алевтина. Она с большим облегчением выдохнула, потому что узнала в женщине свою бывшую начальницу офиса бухгалтерии в концерне "Мибарг". – А мы чуть не подхватили медвежью болезнь во второй раз, думали, что это инопланетяне идут к нам!
– Да это простое стечение обстоятельств. Мы с мужем тоже релаксируем тут недалеко от вас. Ночью у воды звуки далеко распространяются, поэтому мы услышали ваши вопли, и я сразу узнала твой голос. НЛО, значит увидали, раз за инопланетянку меня приняли и, что думаете по этому поводу? Алька, а что это у тебя на лбу за шишка?
– И вам добрый вечер, Елена, – подключился к разговору Миша, который тоже успокоился и принялся разжигать костёр. – НЛО уже ерунда по сравнению с тем ужасным происшествием, свидетелями которому мы стали по дороге сюда. Там на дороге за городом взорвалась какая-то машина. Была перестрелка, погибли неизвестные и ребята из военного патруля. Хорошо, что мы успели немного отъехать, поэтому в перестрелке и от взрыва почти не пострадали. Отсюда и наши синяки и шишки, но они ерунда, – заживёт. А вот машину надо будет хорошо осмотреть при дневном свете. Вы присаживайтесь к нашему костру погреться, и мы всё вам подробно расскажем. Аля, двигайся со своим троном сюда, будем втроём коптиться. Я чайник поставил, скоро будем пить чай.
– Ужас, сочувствую вам! А мы приехали сюда днём, поэтому не в курсе событий. Ну-ка поподробнее.
И долго ещё сидели три чёрных силуэта на фоне яркого рыбацкого костра. Они, забыв про удочки и время, увлечённо обсуждали последние события. Они сидели до тех пор, пока с той стороны, откуда пришла гостья, не раздался далёкий призывный голос мужа Елены. Она спохватилась и засобиралась:
– Так, ребятки, рада была встрече, но я пошла. Алевтина, на работу я больше не вернусь и тебе не советую, чтобы не перейти на сменный график работы – год через три (тюрьмы). Странно там всё и не чисто. Не будет больше Царицы Елены в концерне "Мибарг". Не красней, я давно знала, что так меня называли мои подчинённые за моей спиной. А звучит красиво и не обидно, – мне нравится. Всё, пока! И будем на связи, потому что и правда странные дела творятся вокруг и происходят на работе.
– Передавайте инопланетянский привет супругу! – как всегда пошутил Миша, а потом спросил у жены:
– О чём это она сейчас?
– Её бы и спросил, просто она неожиданно для всех уволилась с работы без особых на то причин, – Алевтина равнодушно пожала плечами, и он снова вернулся к своим удочкам. А она решила немного успокоить себя, чтобы отвлечься от кошмара, происходящего сегодня весь день. Она заставила себя переключиться на воспоминания о том, с чего всё начиналось больше года назад, – и погрузилась в глубокие, как воды озера Тинка, воспоминания.
Глава 2. Ласточка.
Однажды ранним утром год назад крепко спавшую Алевтину разбудило верещание городских ласточек за окном. Оно постепенно становилось громче и громче, пока их отчаянный галдёж не превратился в сплошную какофонию. От которой она проснулась и лежала теперь в постели с закрытыми глазами, в неописуемой досаде на дикую птичью вакханалию. Алевтина злилась и тщетно пыталась вспомнить подробности своего чрезвычайно странного ночного сна. Назойливый птичий гомон мешал ей сосредоточиться. Происходящее за окнами на улице явно говорило о том, что мелкие пернатые не просто так соревновались между собой в вокальных способностях, а явно не могли чего-то поделить. Они носились возле окон дома так стремительно и беспорядочно, что, сильно разогнавшись, часто не вписывались в желаемую траекторию полёта и звучно шлёпались о наружные стёкла.
Вдруг что-то с гулким звуком сильно треснулось о комнатное окно внутри лоджии. Видимо одна из птиц на большой скорости случайно преодолела преграду из уличных прозрачных штор и, камнем влетела внутрь лоджии. Удар был настолько громким, что Алевтина вздрогнула от неожиданности и моментально открыла глаза. Она догадалась по звукам, что ласточка после болезненной для неё встречи с окном, в обмороке шлёпнулась на подоконник. И валяется теперь там, закатив глаза, с беспомощно раскинутыми чёрными, как смоль, остроконечными крыльями и разинутым клювом. Стало тихо. Спустя две минуты непрошенная гостья очнулась после сокрушительного удара об окно. Она панически заметалась в поисках выхода, издавая хлопаньем крыльев хаотичный шум и взбивая ими уличную пыль на уличном пространстве лоджии.
Алевтина скосила свой взгляд на окна и сонно наблюдала за её метаниями. И размышляла: “Дурашка, ты напомнила мне примету, бытовавшую в глубокой древности на нашей праматери Земле. Читала я недавно об этом в одном историческом романе из архивной библиотеки, когда получила туда доступ по делам, связанным со своей работой. Ух, как мне до тошнотиков не хотелось в тот ничем не примечательный день топать в архив и рыться в кипах пыльных документов! И я даже не подозревала, как неожиданно крупно мне повезло и этот день запомнится навсегда. Дошло это до меня только когда я совершенно случайно забрела не в тот отдел. Редко кому удавалось заполучить туда допуск.
Неряшливая, заспанная и опухшая с утра или с прошлого вечера библиотекарь-смотритель тоже отошла куда-то и не заметила эту мою оплошность. А с моей стороны было бы непростительной глупостью упустить такой редкий счастливый случай. Моё прирождённое любопытство привело к тому, что я зачиталась тогда до позднего вечера. Я совершенно забыла о том, зачем меня туда отправила Царица Елена, как величают бухгалтера за глаза нашу начальницу. И тонула в пыли, но читала в захлёб и запоем недоступную широкому кругу читателей литературу, хватая с полок то одну, то другую старинную книгу. Мой нежданный праздник знаний прекратился, когда пришла, так и не взбодрившаяся за целый день до вечера, библиотекарь”.
Эта не старая ещё, но бесцветная и невыразительная женщина с неухоженной мальчишеской стрижкой занудным голосом прогнусавила:
– Девушка, побыстрее закругляйтесь, пожалуйста, потому что поздно уже. Вижу, что вы сильно заинтересовались, но все читальные залы уже давно опустели, и я собираюсь уходить домой. А так я была бы не против дать вам возможность до утра просидеть в пустой ночной библиотеке. Но, знаете, – везде камеры и охрана с сигнализацией.
Делать было нечего, – с начальством не поспоришь. И я ушла домой, так и не выполнив служебное поручение Царицы Елены. А утром на работе я, не краснея, бесстрашно врала своей начальнице, что не нашла там нужных ей бумаг. На что Елена грозно сверкнула очами и бросила мне в лицо:
– Так и знала, у меня ведь даже предчувствие было, что ты не справишься. Если хочешь что-то сделать хорошо, – сделай сама! Ничего серьёзного поручить вам курицам нельзя. Ладно, сама завтра утром пойду в архив!
– Нет, я могу ещё раз сходить, – еле смогла вставить я в возмущённую тираду Царицы.
– Сходить-то ты можешь, а сделать то, что поручено – нет! Уйди с глаз моих на своё рабочее место и сиди в своём закутке, чтобы до вечера на глаза мне не попадалась! Там груды необработанных бумаг вчера скопились на твоём столе. Если бы ты только знала, чего стоит получить разрешение на доступ в архив!
Алевтина тогда задумала, что обязательно попадёт туда ещё хоть раз под благовидным предлогом с работы в ближайшее время.
При мыслях об архивном отделе библиотеки, у Алевтины даже в горле запершило, как от книжной пыли. И она, как наяву, снова ощутила непривычный запах древней книги о народных приметах. Она вспомнила: “Эта старинная книга была артефактом и представляет большую историческую ценность. Уголки её обложки и страниц были сточены до округлости и изрядно потрепаны прикосновением множества рук. На тёмных страницах, полуистлевших от времени до хрупкости, с трудом читался текст. В одном месте упоминалась древняя народная примета о том, что любая птица, которая стукнулась в окно, типа тебя, дурашка, является предвестником грядущей беды…”
Птичка тем временем, совсем пришла в себя и теперь молнией мечется по лоджии.
“О-о-й! – неожиданно спохватилась ни разу не суеверная Алевтина, выныривая из тёплой прозрачной дремоты. – Да ведь ты ещё и в комнату можешь ненароком влететь через открытую дверь! – вдруг осенило девушку. – Это действительно станет бедой, потому что внутри комнаты тебя будет ещё сложнее поймать для того, чтобы выпустить на улицу".
Раздосадованной Алевтине пришлось срочно вставать, преодолевая сонливость. Надо было поскорее отодвинуть в сторону до упора шторы на лоджии, чтобы выпустить бедную пленницу на волю. Алевтина судорожно подавила зевоту и, с досады остервенело почесала чуть пониже поясницы. Она осторожно ступила босой ногой на коврик и медленно шагнула на лоджию, освещённую бледно-лиловым восходом. Но всё равно, не взирая на её старания, бестолковая птаха, совершенно ошалевшая от испуга при виде человека, одновременно вместе с горошинами помёта, чуть не выронила на пол чёрные бусинки своих глаз. Она ещё больше затрепыхалась и свалила на пол небольшую цветочную вазу из хрусталя, которая разбилась, издавая на прощанье звук взрыва новогодней петарды: Бух!