Алла Хосровян – Тень среди бела дня (страница 1)

Алла Хосровян

Тень среди бела дня

ГЛАВА 1. НУЛЕВОЙ СЛЕД

Тишина в кабинете Маркуса Торна была такого качества, какое можно купить только за очень большие деньги. Она была не просто отсутствием звука, а активным поглотителем шума, втягивающим в себя малейшие вибрации – шелест одежды, биение сердца, даже смутный гул мыслей. Воздух был стерилен и пахло озоном от работающей климатической системы. Всё в этом помещении, расположенном на сотом этаже башни «Алетейя», было подчинено одной цели – абсолютному контролю.

Именно поэтому картина, открывшаяся глазам службы безопасности, была настолько кощунственной, что первые секунды они просто не могли её осознать.

Маркус Торн, седовласый архитектор системы «Гармония», лежал ничком на полированном полу из чёрного базальта. Широкое пятно цвета ржавчины расползалось от его тела, оскверняя безупречную геометрию комнаты. Рука с дорогими часами была выброшена в сторону, пальцы сжаты, словно в последней попытке ухватиться за ускользающую жизнь.

Ни взлома, ни борьбы, ни признаков хаоса. Только идеальный порядок и мёртвый создатель идеального порядка.

Первым пришёл в себя старший офицер безопасности, Элиас. Его лицо, обычно невозмутимое, было бледным.

– Запусти протокол «Нексус». Проверь логи «Гармонии», – его голос прозвучал неестественно громко в гробовой тишине.

Один из техников, не отрывая шокированного взгляда от тела, тыкал пальцами в планшет.

– Элиас… смотри.

На экране планшета отображалась трёхмерная карта здания. В момент, зафиксированный камерами как время смерти, в кабинете Торна горела одна-единственная метка – его собственная. Эмоциональный фон – ровная, зелёная линия спокойствия, прерванная резким, но коротким пиком ужаса в последние секунды. И всё.

– Где убийца? – прошептал Элиас. – Он должен быть здесь. Его эмоции… гнев, ярость, триумф… что угодно!

Техник поднял на него растерянные глаза.

– Никого нет, Элиас. В радиусе пятидесяти метров в момент убийства не было зафиксировано ни одной враждебной или просто сильной эмоции. Только… фоновый шум. Спокойствие. Удовлетворённость. Сосредоточенность сотрудников на работе.

Элиас медленно обвёл взглядом кабинет. Герметичные стены. Отсутствие вентиляционных шахт, ведущих прямо сюда. Единственная дверь с биометрическим замком, логи которой показывали только вход и выход самого Торна утром.

Преступление совершил призрак. Невидимка, который не оставил следов не только для камер, но и для «Гармонии». Для системы, читающей души, его просто не существовало.

– Это невозможно, – выдавил Элиас, чувствувая, как у него подкашиваются ноги. – Такого не бывает.

– Бывает, – раздался у него за спиной новый голос. – Если он один из «пустот».

В дверном проёме стояла Айрис, офицер Бюро «Гармонии». Её форма сидела безупречно, а взгляд был холодным и собранным. В руке она держала собственный планшет, на котором уже бежали строки данных.

– «Пустота»? – переспросил Элиас. – Но их же почти не осталось. Их выявляют и… регистрируют.

– Очевидно, не всех, – парировала Айрис, шагнув в кабинет. Её ботинки бесшумно ступили на кровавый пол. – Убийца – аномал. Человек, невосприимчивый к нейро-сканированию. Он был здесь. Он сделал своё дело. И «Гармония» его не увидела.

Она остановилась над телом Торна, и её лицо на мгновение исказилось от отвращения – не к крови, а к самому факту этого вопиющего сбоя в её идеальной системе.

– Кто мог это сделать? – спросил Элиас, чувствуя, как привычный мир рушится у него на глазах.

Айрис не ответила сразу. Она посмотрела на стакан с водой, стоявший на краю стола Торна. Вода в нём ещё колыхалась, отчего по поверхности бежали мелкие, почти невидимые круги.

– Кто-то, кто только что ушёл, – тихо сказала она. – Или… кто-то, кто всё ещё здесь, наслаждаясь зрелищем.

Она обвела взглядом стерильное, безупречное пространство кабинета, где царил мёртвый порядок и жила только одна, немая, необъяснимая тайна.

Расследование начиналось. И оно с самого начала зашло в тупик.

Глава 2. Инвалид

Голос маньяка был спокоен, почти ласков, что контрастировало с искажённым гримасой ужаса лицом заложницы на экране монитора.

– Я знаю, вы меня слышите, – говорил он. – И я знаю, что вы не подключены к «Гармонии». Вы такой же урод, как и я. Пустота.

Лео Вальс стоял в передвижном командном пункте, заваленном проводами и аппаратурой. Он снял наушник, чтобы не слышать этот голос, и потёр переносицу. В воздухе пахло озоном и чужим страхом. Вокруг него кипела деятельность: офицеры «Гармонии» считывали данные с портативных сенсоров, пытаясь выцепить хоть какую-то эмоцию из квартиры, где Артем, бывший инженер-программист, держал трёх человек.

– Ничего, – доложил один из техников, и в его голосе звучало раздражение. – Спокойствие. Абсолютное, гнетущее спокойствие. Как у спящего.

Лео молча взял со стола бутылку с водой и сделал большой глоток. Он был единственным здесь, на кого не было направлено ни одного датчика. Его статус «нулевой эмоциональной восприимчивости» делал его слепым пятном, инвалидом в мире всеобщей прозрачности. И именно поэтому его вызвали сюда.

– Вальс, он будет говорить только с вами, – сказал начальник операции, капитан Горский. – Он знает, что мы не можем его прочитать, пока он держит заложников. Попробуйте его вывести. Разозлите, напугайте, что угодно. Нам нужна хоть какая-то эмоция, чтобы предугадать его действия.

Лео кивнул, не глядя на него. Он смотрел на планшет с планом квартиры. Артем был «пустотой», как и он. Но в отличие от Лео, который использовал свой дар для работы на систему, Артем сломался. Он ненавидел «Гармонию» и тех, кто добровольно стал её рабом.

Лео снова надел наушник.

– Артем, ты прав. Я такой же, как ты. И я понимаю, зачем ты это делаешь.

– Понимаешь? – в голосе маньяка послышалась лёгкая усмешка. – Никто не понимает. Они все думают, что мы – ошибка. Бракованный товар. Но мы – будущее, Лео. Единственные, кто остался людьми.

– Людьми? – Лео сделал свою очередь голос суше. – Ты держишь в заложниках женщину и двух детей. Это по-твоему по-человечески?

– Это необходимость! – голос Артема дрогнул, но не от гнева, а от экзальтированной убеждённости. – Жертва во имя пробуждения! Они должны увидеть изъян в своей совершенной системе! Они должны почувствовать страх, который нельзя уловить датчиками!

Лео закрыл глаза на секунду. Он мысленно представил квартиру. Прихожая. Дверь в гостиную, где сидят заложники. Кухня слева. Ванная и спальня в конце коридора. Артем был в гостиной.

– Они и так боятся, Артем. Но «Гармония» не видит этого страха, потому что ты его блокируешь. Ты скрываешь их истинные чувства, как скрываешь свои. Ты не показываешь им правду. Ты её прячешь.

Он говорил медленно, вкладывая в слова лёгкое презрение. Он не пытался его успокоить. Он пытался его оскорбить. Задеть его эго.

– Я… я покажу им! – крикнул Артем, и на этот раз в его голосе прорвалась долгожданная искра – не гнева, а паники. Паники человека, который чувствует, что теряет контроль над своим собственным спектаклем.

На экране монитора один из сенсоров, направленный на дверь в гостиную, дрогнул. Жёлтая полоска. Страх. Не заложников, а самого Артема.

– Готовы, – тихо сказал капитан Горский в свой ком. – Штурмовой группе – вход через кухню. Он дезориентирован.

Лео продолжал говорить, заливая Артема потоком слов, пока из наушника не донёсся резкий звук – хлопок дверью, крики, а затем нарастающий, истеричный вопль Артема, который тут же оборвался.

Всё кончилось за двадцать секунд.

Лео снял наушники и вышел из фургона на холодный ночной воздух. Он чувствовал вкус крови на губах – он сам не заметил, как прикусил её. Он только что манипулировал человеком, используя его собственную боль, и подставил его под дула штурмовиков. И он сделал это с помощью лжи. В мире, где правда стала законом, его величайшим преступным талантом была способность лгать.

К нему подошла Айрис. Он видел её раньше в Бюро – идеальную, выточенную из льда. Сейчас на её лице было странное, нечитаемое выражение.

– Вальс. Хорошая работа. Холодно и эффективно.

– Это моя работа, – буркнул Лео, закуривая. – Найти брешь и влезть в неё.

– У нас для вас есть другая брешь, – сказала Айрис, игнорируя его тон. – Более серьёзная. Маркус Торн мёртв.

Лео замер с зажигалкой в руке. Торн. Архитектор. Основатель.

– Как?

– Его убили в его кабинете. «Гармония» ничего не зафиксировала.

Лео медленно выдохнул дым. Он посмотрел на Айрис, потом на фургон, из которого выводили в наручниках плачущего Артема.

Другой «пустота». Более искусный. Более опасный.

– Значит, призрак вышел на охоту, – тихо произнёс Лео.

– Именно, – кивнула Айрис. – И нам нужен свой призрак, чтобы поймать его. Поехали.

Глава 3. Прозрачная комната

Кабинет Маркуса Торна оказался именно таким, каким его представлял Лео – стерильным, технологичным и абсолютно бездушным. Воздух был очищен от малейших запахов, оставляя лишь слабый аромат озона. Лео почувствовал, как его собственное, нерегистрируемое присутствие вносит диссонанс в эту идеальную симфонию контроля.

Айрис стояла рядом, её поза была прямой и собранной, но Лео уловил лёгкое напряжение в уголках её рта. Для неё это место было святыней, осквернённой непостижимым кощунством.