Алла Добрая – Шанс на выбор (страница 10)
Ирина Васильевна, сидя на диване, продолжала пить и жевать. Лена, молча, сидела рядом с матерью, искоса поглядывая на Лиану. Вадим с Антоном тихо переговаривались, стоя у окна.
— Что думаешь? — спросил Вадим.
— Два варианта, - ответил Антон. – Либо, правда, приняли гаишники, либо он и не собирался ехать в супермаркет.
Он взглянул на Лиану и, склонившись к уху друга, понизил тон:
— Если честно, он тот еще ходок, по словам тещи.
За окном скрипнул снег. Лиана бросилась к двери, но сразу отступила. Отряхивая, мгновенно прилипший к куртке снег, в дом вошел Егор. Он посмотрел на сестру и произнес:
— Значит так, ты сейчас успокоишься и…
— Говори! — перебила его Лиана.
— Да нечего говорить!
Лиана подошла к брату и уткнулась лбом в его грудь. Поверх ее головы Фомин обвел гостей профессиональным взглядом, задержав его на Вадиме и Кате.
«Друг Антона, Вадим, кажется. Его я помню, а как зовут девушку…. На кого-то она похожа…», - пытался вспомнить Егор, глядя на тонкий профиль с аккуратным носом и чуть вздернутыми уголками губ, из-за чего казалось, что она улыбается, несмотря на сочувствие во взгляде.
— По дороге я обзвонил службы. Гаишники не задерживали, в больницах и моргах его тоже нет. Это уже хорошо, согласись.
— Да, да…, — суетно кивнула Лиана и взглянула Егору в глаза. – Что же делать?
Он пожал плечами посмотрел на часы. Тридцать минут второго.
«Если где-то загулял — самое время вернуться. Это уже перебор».
— Надо подождать, - произнес он вслух.
- Может быть, поискать в лесу? – едва слышно, не поднимая глаз, произнесла Лиана.
Неожиданно для всех в телевизоре включилось приостановленное видео, и громко зазвучал свадебный марш. Это Антон, теребя в руках пульт, случайно нажал на кнопку.
Егор взглянул на экран и увидел себя, равнодушно стоящего рядом с колонной, мимо которой важно, в платье необъятных размеров проплывала племянница Лена под руку с отцом, едва справлявшимся со своей ролью.
Егор оставил блестящую после мойки машину во дворе дома напротив ресторана. Припарковаться ближе к входу не представлялось возможным, гостей слишком много. Престижное заведение арендовал известный телеведущий Антон Коган, дабы красиво, а главное достойно отпраздновать важное событие в своей жизни.
Антон и его невеста Леночка недолго сомневались, стоит ли сокращать количество гостей и хоть немного сэкономить на предстоящем свадебном торжестве, или махнуть на все рукой и потратить солидную часть сбережений Антона, ибо приданого со стороны невесты, не предполагалось.
«Зато, какая она красавица, какая невероятно милая, согласись», — говорил Антон маме, закрывая глаза не только на бюджет свадьбы, но и на то, что Леночка совсем не умеет готовить, слабо образованна, а из достопримечательностей Москвы хорошо знает только две — ГУМ и ЦУМ.
«Мы любим друг друга, а Лена — добрая, верная девушка», — парировал он на замечания мамы о том, что неплохо бы, кроме внешности иметь хоть немного мозгов.
Антонина Яковлевна, коренная петербурженка, гордящаяся своим дворянским происхождением, переехала в Москву по настоятельной просьбе сына. Он купил ей квартиру, чтобы не мотаться каждую неделю в Питер. Правда, и после этого, затяжных телефонных разговоров ему избегать не удавалось. «Мама одинока, маме нужно внимание. Я у нее остался один», — говорил он недовольной Лене.
«Редкая мама одобрит выбор сына», — решил Антон и поставил мать перед фактом: «Свадьба состоится первого декабря. Место - ресторан «Принцесса Турана».
Хоть в этом угодил. Еврейская мама обожала кухню этого дорогого заведения, куда ее приводил заботливый сын по традиции раз в месяц. И всякий раз после этого Антонина Яковлевна хвасталась подружкам, как перед ними раскланивалась обслуга, каких публичных людей она встретила, и как там все достойно, и напитки, и кухня, особенно черная треска в соусе Ша Ча. «Да, недешево, но мой сын может себе это позволить, его вся страна знает».
Знаменитым Антон стал после выхода в эфир программы «Галопом по Европам». Идея проехать по странам на машине, показать иные нравы и обычаи, пришлась по вкусу известному режиссеру. Он нашел продюсеров и согласился сам снять серию программ, но в случае, если вторым ведущим будет его сын, который, как оказалось, полностью соответствовал поговорке о талантах и природе.
Антон промучился с капризным отпрыском несколько месяцев, но все было отснято и запущено в эфир. Искрометный юмор Антона кое-как прикрывал недостатки соведущего, но продолжать так дальше, уже знаменитый на всю страну Антон Коган был не согласен. За этой программой последовала новая - авторская, с ней поступили выгодные предложения, и вот, он уже нарасхват везде.
«Ведь Тошечка не просто так стал знаменитым, он профессиональный актер. Я уже не говорю о других его многочисленных талантах и достоинствах», — хвасталась маменька подружкам после выхода очередного успешного проекта Антона.
На свадьбе Антонина Яковлевна держалась чопорно, никак не желая родниться с новоиспеченными родственниками со стороны невесты. Мать Лены она сразу окрестила колхозницей, а отца — деревенским пентюхом. Антонина Яковлевна с отвращением наблюдала, как сваха не устает прикладываться к бокалам, а ее муж, оглядываясь по сторонам, постоянно переминается с ноги на ногу.
«Послал Бог родственничков! Жаль, муж не дожил. Он бы не позволил сыну жениться на этой вульгарщине. А что могу сделать я? Я полностью от него зависима», — делилась она перед свадьбой со старой питерской приятельницей.
Невеста Антона, Леночка Семенищева, приводилась Егору Фомину племянницей и, вручая ему приглашение, взяла клятвенное обещание присутствовать на свадьбе, так как более красивого и мужественного дядьки свет не видывал, и она очень хочет им похвастать. На самом деле, Лена пообещала подруге детства Олесе устроить ее примирение с Егором.
Олеся ушла от него, громко хлопнув дверью, и вот уже месяц страдала, упрекая себя в том, что перегнула палку, что надо было как-то по-хорошему, по-мирному.
«Говорила же мама, — жаловалась она Лене, — не надо затевать серьезных разговоров в пмс. Да и в чем я его, собственно, упрекала - что ночами не всегда дома, и что мне внимания не хватает, что подарки редко делает, за полгода только и выучил, что название моих любимых духов. Но ведь, Лен, я знала, на что шла, понимала, что не олигарх. Зато старший следователь по особо важным, и все уважают…. Говорила мама, надо было вернуться сразу же, ну максимум через неделю. Теперь он и слышать ничего не хочет. Трубку не берет».
А Егор в жуткой запарке службе, почти не заметил изменений в личной жизни. Он старательно напрягал память, безуспешно пытаясь вспомнить, из-за чего разгорелся сыр-бор. Претензии Олеси накладывались одна на другую, и явно надуманная история обрастала новыми подробностями и отягощающими обстоятельствами, разумеется, не в пользу Егора. Он очень не любил личных разборок, ему и на службе с избытком хватало адреналина. Егор равнодушно наблюдал за сценами Олеси и был безучастен ко всему, что видит и слышит. Поэтому, когда она позвонила спустя месяц, уже без претензий, но с истеричными всхлипами, Егор не сразу сообразил, что ей нужно. Поняв, растерялся и честно сказал, что не любит, что просит прощения за всё и спешно попрощался. Истерика прекратилась мгновенно, словно оборвалась телефонная связь.
Егор едва успел сдать пальто в гардероб, как почувствовал знакомый запах «Magie L’amour». Он уже благополучно забыл все, что было с Олесей, но до сих пор помнил этот приторный аромат. Егор медлил, еще надеясь, что ошибается. Но логика подсказывала, что подобных совпадений не бывает: там, где духи «Magie L’amour» и племянница Лена, там высока вероятность присутствия ее подруги.
Пару секунд он медлил, рассматривая вариант, не оборачиваясь, пройти в зал, но решив, что это будет выглядеть глупо, медленно развернулся. Перед ним стояла Олеся и смотрела глазами цвета тины, с широкими стрелками на припухших веках. Стояла и умоляла, и взглядом и телом в платье из полупрозрачной ткани с глубоким декольте.
Спасло Егора начало церемонии. Из служебного помещения вышла Лена под руку с Николаем Степановичем. В необъятном платье с длинным шлейфом она обмахивалась веером и чуть не плача жаловалась, что живая музыка «стоит в пробке».
Звукооператор вышел из ситуации с отсутствием оркестра, коснулся сенсорной панели и заиграл Марш Мендельсона. Лена, выждала минуту и, взяв отца под руку, направилась по красной дорожке.
Выездная регистрация проводилась в Москве в определенных местах, но для известного и всеми любимого Антона Когана, сделали исключение. И вот дама с начесом «а-ля СССР», — и здесь Леночку подвели, она же просила современную регистраторшу! — зачитав традиционный текст, предложила Антону и Елене выразить согласие на законный брак.
Антон быстро ответил «Да», а Леночка по ее собственному сценарию промолчала. Публика притихла. Антон во время обсуждения свадьбы, задумки, предложенной невестой, не понял, но заранее согласился на все. План предстоящей свадьбы она зачитывала ему в постели, а Антон, которого к концу года уже тошнило от сценариев, просматривал в планшете рейтинги и слушал Лену в пол-уха.