Алла Добрая – Петра. Часть I (страница 11)

Новость о расставании с Элей она встретила бурным негодованием.

— Я не могу поверить! Эта мерзавка тебе изменила?!

Миша не привык скрывать от матери личные отношения и познакомил ее с одноклассницей сразу, как только понял, что влюбился. Маргарите Аркадьевне подружка сына понравилась.

Эля, если хотела, умела нравиться людям. В этом они были схожи со Стасом, но лишь он один почти не поддавался ее хитрым девичьим уловкам. Маму Михаила Эля слушала всегда с нарочито повышенным вниманием, поддакивала ей во всем, исполняла все прихоти — помогала крутить банки с компотами, участвовала в переклейке обоев, перешивке платьев и занимала очередь за дефицитом в столы заказов.

— Мам, да ладно тебе, не переживай так. У нас, если честно, уже давно не клеилось.

— О том и говорю — она, наверняка, уже давно тебе изменяла!

Маргарита Аркадьевна, засучив рукава, пыталась всю свою злость выместить на фарше, с силой разбивая мясной шар о разделочную доску.

— Красивая девка, но дура первостатейная, раз такого парня упустила. Стопроцентная дура!

Переложив со сковороды на большое блюдо пышные котлеты, Маргарита Аркадьевна смахнула пот со лба. Перекинув полотенце, она села за стол, подложив сыну на тарелку еще порцию.

— Спасибо, мам, я наелся.

— Кушай, кушай, сыночка. И забудь эту стерву. Увидишь — сама приползет. Вот посмотришь!

— Всё, мам. Не хочу больше об этом.

Первое время Михаилу было неприятно наблюдать, как экс-подругу встречает у школы ее новый парень. Он ловил на себе сочувствующие взгляды одноклассников. Девочки, узнав, что Миша Вишневский теперь свободен, начали атаковать школьного красавца. Обрывали его домашний телефон, подбрасывали записки в портфель и на парту, но парень никого из них не замечал.

Музыкальное трио распалось, и теперь они со Стасом на школьных мероприятиях выступали в паре, и также вдвоем начали ездить на дискотеки в центр, где однажды познакомились с Петрой и Наташей.

Они мчались на мотоциклах, обгоняя друг друга. Ветер свистел в шлемах. Наташа, обхватив одной рукой Стаса за талию, другой размахивала джинсовой панамой, крича навстречу ветру, который лихо подхватывал ее слова, тут же разбрасывая их в разные стороны.

— Жизнь! Ура! Улетно!

Весна восемьдесят первого выдалась ранней. Вовсю зеленела листва. Вода в местных водоемах была еще ледяная, но мальчишки, решительно сбросив одежды, кинулись в реку.

— Вы с ума сошли! — кричали им вслед девочки. — Мы же вас потом не разморозим.

Ребята наперегонки проплыли метров двадцать и, выбравшись из воды синие, в мурашках, отдувались, фыркали и украдкой бросали взгляды на девчонок, пытаясь оценить произведенное впечатление.

— А мы проголодались, между прочим, моржи вы наши. Давайте разжигайте костер, будем шпикачки жарить, — раздавала приказы Наташа.

Недалеко от них, семейная пара, видимо из дачного поселка, раздувала в маленьком мангале угли. Их ребенок носил из речки в игрушечном ковшике воду, сливая ее в лунку, сделанную из песка.

— Дима, сынок, не лезь в воду, кому говорю! — с перерывом в минуту кричала ему мама.

Сынок Дима упорно заходил по щиколотку в обжигающую холодом реку, визжал и довольный убегал прочь, расплескивая воду.

Несмотря на утро, людей на пляже было много. Порадоваться ранней в этом году возможности прихватить солнышка, приехала в основном молодежь, да выполз из своих истринских домов дачный народ.

Девочки проворно накрыли поляну, выложив на клетчатую скатерку хлеб, ароматные пирожки и толстые сосиски, которые Наташа называла шпикачками.

Стас достал из дорожной сумки бутылку вина.

— Мы не будем, — отказалась Петра.

— Ребята мы такое не пьем, — категорически поддержала Наташа.

— Что же вы пьете? — недовольно спросил Стас. — Коньяк, что ли или может водку?

— Бордо двадцатилетней выдержки, — съязвила Натали.

— Стас, перестань, — попытался сгладить ситуацию Михаил. — Девчонки, если не хотите — не надо. Мы, ведь, тоже — чисто символически.

— Мы понимаем, что день рождения и все такое, но вы оба за рулем, — заметила Петра.

Михаил вопросительно посмотрел на друга.

— Да — у меня день рождения! И вино — всего тринадцать градусов, через два часа все выветрится и духа не останется, — наигранно весело произнес Стас, не предупредивший Михаила о придуманных вчера на танцах именинах.

Петра вынула из сумки красиво упакованную книгу.

— Стас, это тебе от нас — подарок. С днем рождения. Все, что мы хотим тебе пожелать, написано на второй обложке. А про вино — правда, ребята, лучше не надо алкоголя, — сказала Петра.

Миша, повернувшись к Стасу, решил перевести все в шутку.

— Стас, слово дам — закон для кавалеров. Нет — так нет.

— Ты как хочешь, а я выпью.

Они провели на природе три часа. Солнце перевалило далеко за полдень. Носы у ребят покраснели, а девочки начали прикрывать плечи косынками. Михаил шутил, разряжая обстановку, рассказывал смешные анекдоты, и собрал для подруг по букету полевых цветов.

Стас развернул подарок. «Наполеон». На мой рост, что ли намекают…».

Открыв книгу, он прочитал: «С Днем Рождения, Станислав! Фигура Наполеона неоднозначна в военной истории мира. Но, как бы она не оценивалась поколениями, это была личность, умеющая ставить цели и твердо идти к ним. Желаем тебе правильно определять свои цели в жизни и достигать их достойно».

«Сто процентов — подписала эта Петра. Надо же, какая умная девочка. Внучка знаменитого ученого, говорят, даже засекреченного. И папочка летчик.… Опять повезло Мишке. Одна приличная семья нашла другую».

Стас взглянул на друга, который ни на шаг не отходил от Петры.

«Да, семья, — думал он, листая книгу, — у всех есть семья. А что есть у меня?»

Он сделал еще глоток вина. К концу пикника Стас один допил почти всю бутылку и тоже попытался шутить. Вышло нелепо, он разозлился еще больше и лег на траву, прикинувшись, что дремлет. Когда стали собираться домой, Наталья принципиально отказалась ехать со Стасом. Хорошо, что у Михаила был мотоцикл с коляской.

Наташа ловко запрыгнула в нее, обхватила плетеную корзину с пустыми упаковками из-под еды, и пока Петра с Мишей собирались, отвешивала в сторону Стаса нелестные эпитеты, невзирая на то, что у него «вроде как день рождения». Она отметила вопросительный взгляд Михаила, когда упомянули об именинах.

«Ко всем прелестям, он еще и врун. А Петра ему такой подарок сделала. Хватило бы ему и нашего изысканного общества».

Стас, не обращая ни на Наташу, ни на остальных никакого внимания, сел на свой мотоцикл и умчался, не попрощавшись.

— Не обижайтесь на него девчонки, он неплохой парень, правда. И очень хороший друг. Просто у него сейчас сложные времена, — не уточняя, сказал Михаил. — А вообще он очень умный и талантливый парень. Правда.

Высадив Наталью у ближайшего к ее дому метро, Михаил и Петра двинулись дальше. Дорога к дому заняла почти час.

Петра испытывала неизвестное ей ранее чувство. Парень в первый день знакомства, на дискотеке, показался ей чересчур стеснительным. Возможно, так он выглядел на фоне Стаса, шутившего без умолку. Когда Стас пригласил Петру на медленный танец, Михаил пошел танцевать с Наташей, постоянно ловя взгляд Петры.

На пикнике ребята словно поменялись ролями. Петра увидела Михаила другим — открытым и компанейским. Он, как мог, пытался доказать, что друг его не такой и плохой, как кажется. Теперь на фоне Стаса Миша казался более решительным и мужественным. И глаза у него, права Наташка, действительно, изумрудные.

«Дружба со спиртным, конечно, не похвальна, но кто в этом возрасте не пытается прикоснуться к этим напиткам, тем более из желания казаться взрослыми перед девочками», — подумала Петра.

— Завтра увидимся? — подняв на Петру свои невероятные глаза, спросил Михаил.

— Я не против, — ответила Петра.

У нее еще не было серьезных отношений и сейчас даже в голову не пришло кокетничать. Ей понравился мальчик и она готова с ним встретиться. К чему жеманство?

— Тогда я позвоню? — уже более смело прозвучал новый вопрос.

— Хорошо, записывай телефон.

— Я запомню, — произнес счастливый Михаил.

Он шумно выехал из двора, совершив на мотоцикле круг почета. Мама Петры и бабушка наблюдали за сценой прощания из окна.

— Совсем взрослой стала наша девочка, — произнесла Мария Андреевна.

— Не слишком ли взрослый кавалер, — вздохнула бабушка.

Петра ворвалась в квартиру с охапкой полевых цветов и плетеной корзинкой. Налетев на бабушку с мамой, она попыталась обнять их обеих одновременно, и параллельно откусить пирожок, выхваченный из-под салфетки на столе.

— Родственники, у меня для вас новость: вы — лучшие и я вас та-а-к люблю! А где папуля?