Алла Биглова – Три секрета ведьмы (страница 33)
Мне надоело делать бесполезные скрещивания двух пальцев. Это не работало! Взмахнуть рукой и перенести перо было гораздо проще.
В реальной жизни магия была не такой, какой я себе её представляла. Нужно было запоминать специальные движения руками, пальцами, ладонями… Взмахи, скрещивания, перемещения… И при этом думать о том, чего желаешь сделать.
Магия требовала стопроцентной концентрации.
– Ну, большинство слабых первокурсников начинают с артефактов. Но, напомню тебе, твоя магия проявилась раньше, и ты училась её контролировать. Обычно, в таких случаях, артефакты и не нужны, – наставительно хмыкнул парень.
– О, правда? А я слышала, что они всё-таки помогают сконцентрироваться и направить энергию в нужное русло. А ты сейчас издеваешься надо мной! – продолжала канючить я.
– Ну, ты начала обучаться магии, потому что решила, что твоя единственная подруга в опасности. Если мы начнём с артефактов, это займёт больше времени, – непреклонно продолжал вредный наставник. – Да и, к тому же, что будет, если на Лину внезапно нападут, а у тебя не окажется твоего пресловутого накопителя? Как сильно ты возненавидишь себя?
Надула губу, в очередной раз пытаясь сконцентрироваться на свече.
– Так, ты опять делаешь неправильные движения пальцами, – как ни в чём не бывало, продолжил Вяцлав.
Лёгким движением руки он затушил свою свечу, а затем, демонстративно показывая мне, резко скрестил указательный и средний палец, а потом разжал их.
Его свеча вспыхнула ярким огнём.
– И сколько месяцев ты учился проделывать это? – фыркнула я, опустив руки.
– Не поверишь. Я умел это и до МУТОВа. Я же фокусник, – он покачал головой. – Вернее, я думал, что я фокусник, когда на самом деле я колдовал. Моей наставнице пришлось со мной очень трудно: мы учились магии вне занятий по колдовству. В итоге, первый практический семестр колдовства мне засчитали автоматом, а наставнице – дали высшие баллы.
– Ты тоже ради этого стараешься? – хмыкнула я.
Вяцлав покачал головой.
– Если ты будешь стараться, то тебе засчитают семестр автоматом. Но именно ты показала мне, что баллы – это не самое главное. А поэтому мне действительно стало плевать на них. Ты – важнее. Безопасность нынешнего ректора – в приоритете. А я могу и отложить карьеру охотника за нечистью.
Его слова тяжёлым камнем легли на мою душу. И во многом виновата была именно я.
– Ты тоже считаешь, что Лина сейчас в опасности? – осторожно поинтересовалась я.
– Думаю, да. Те, кто убили её мать, живы. Часть из них точно. А ещё за двадцать лет последователей стало гораздо больше. Выжившие затаились, залечивали раны, искали новых людей… Я уверен, что людей, которые хотят возвыситься над простецами по-прежнему много.
Вздрогнула. Никита точно бы с удовольствием примкнул к их рядам. А вдруг он уже это сделал? В этих стенах было трудно кому-то по-настоящему довериться.
Отогнала дурные мысли. Мне нужно вызвать огонь.
Некоторое время я тупо пялилась на глупую свечу, которая не хотела зажигаться, думая о своём. Всё это казалось мне отвратительным, неправильным, глупым. Несправедливым.
Почему девочка из приюта, которую итак на восемнадцать лет лишили родного дома, близких и магии, а также убили родителей, должна отказаться от своей юности и возглавить университет магии? Она сама ещё такой же тинейджер, как я. Это когда нам выгодно, мы хотим поскорее повзрослеть, казаться выше своих родителей, но на деле, когда на нас сваливается такая ответственность… Вряд ли кто-то остаётся счастлив.
– Более того, Яра, эти предатели могут быть среди нас. Могут быть уже в МУТОВе. Среди преподавателей, среди студентов… Они могут быть везде..
И от осознания этого меня бросило в жар.
– Знаешь, Никита, как только получил магию, очень изменился. Он возненавидел простых людей, оскорбляя их направо и налево. Это… ужасно! – ощутила горечь в горле. – А вдруг… он уже с ними?
– Маловероятно, – покачал головой Вяцлав. – Тебя слишком сильно злит, что он так быстро нашёл тебе замену.
– Ещё скажи, что у меня паранойя! – выкрикнула я, психанув.
Сделала тот самый жест пальцами, ни на что не надеясь. Внезапно с кончика моих пальцев словно сошла искорка, и свечка неожиданно загорелась.
Как и книга, которая лежала неподалёку.
Поморщилась.
– Эй-эй! Моя книга ни в чём не виновата, – рассмеялся парень, затушив её. – Но ты делаешь успехи. Видишь, и никакие артефакты по контролю магии тебе не понадобились.
– Знаешь, что? – вспыхнула я. – Да иди ты!
Развернулась, желая покинуть кабинет парня, который меня бесил, но не успела: Вяцлав догнал меня, заключив в объятия, легко поцеловав меня.
– Ты правда думала, что сможешь убежать?
– А ты правда считаешь, что я зациклена на Никите, и думаю только о том, как он, бедненький, быстро увлёкся другой? – парировала я. – Да я догадываюсь, ради чего эта рыжая стерва ему нужна!
– Ну, только давай не будем евреить, а? Зачем вопросом на вопрос-то, а? – увидев, что я закатила глаза, мужчина покачал головой. – Ну, ладно. Просто, когда ты злишься, тебе проще освоить чары.
– Ты знаешь, с тех пор, как Лина раскрыла свою личность не только перед магическим университетом, но и перед всем волшебным сообществом, я зла всегда. Она сделала это из-за нас, – покачала головой.
В объятиях Вяцлава было тепло и спокойно, как никогда и нигде прежде.
– Она сделала это потому, что ей надоела несправедливость некоторых устаревших правил МУТОВа. К сожалению, вырастая, маги забывают, что такое быть молодыми людьми, – Вяцлав тяжело вздохнул. – Учитывая, что некоторым преподавателям сотни лет, они действительно упускают многое из виду.
Тут Вяцлав был прав на все сто процентов.
– Знаешь, Лина очень скрытная девушка. Если так подумать, можно насчитать три самых яростных её секрета. Первое: она целый год скрывала, что она владелица замка и будущий ректор университета. Второе: она скрыла чувства к наставнику, с которым ей были запрещены отношения. Третье: она по-прежнему скрывает способ раскрытия чужих секретов. Списывает на то, что ей кот рассказал, но…
– Мы ничего не можем знать наверняка, пока не спросим у неё напрямую, – пожав плечами, заметил Вяцлав.
И тут в моей голове яркой вспышкой взорвалась идея.
– А знаешь, Лина ведь может и не быть ректором университета! – улыбнулась я. – Я знаю, как спасти её юность!
– Господи, что же ты задумала на этот раз? – Вяцлав усмехнулся, попытавшись сдержать смех.
– Ну, ты же мне доверяешь? – хитро ухмыльнулась, подмигнув своему мужчине.
– На все сто процентов, – кивнул он.
– Тогда… Следуй за мной. Нам нужно срочно поговорить с Линой и обсудить мою идею. Ну, а также все её секреты.
– Ага.
Я была полна энтузиазма осуществить свой план. Как жаль, что я не знала, что Лина уже пыталась это сделать…
Глава 46: Беседа у камина
Каролину мы нашли в гостиной девушек. Вообще, мы особо не парились: Вяцлав создал заклинание поиска. Покачала головой. Если мою подругу было так просто найти, то любой предатель среди своих мог напасть на неё в любой момент. Надо будет защитить подругу от этих простых чар.
Лина сидела на диване у камина и смотрела в огонь. В одной руке у неё была чашка капучино, в другой – тот самый зелёный злосчастный медальон. Кажется, ей он особо сильно нравился.
– Вяцлав, тебе сюда нельзя, – усмехнулась подруга, заприметив нас. Мы проигнорировали её замечание и сели неподалёку от неё.
– Я надеялся, что ты упразднишь это глупое правило. Парни направо и налево ночуют в женских спальнях, а бывать в гостиной – запрещено, – проворчал Вяцлав, но я заметила на его губах лёгкую улыбку.
– Ну, иногда девушкам нужна свобода от мужского общества, – хищно улыбнулась Лина. – Думаю, я сделаю один день свободных посещений, скажем, воскресенье. Как тебе идейка?
– О, ректор, вы так великодушны! – довольно пропел Вяцлав.
Я и не заметила, когда его рука коснулась моей. Просто сидела и наслаждалась обществом самых близких мне людей. Забавно: пару месяцев назад я даже не знала их, а теперь у меня были и сестра, и любимый человек.
– Почему ты молчала целый год? – наконец-то смилостивился Вяцлав. – Почему не поделилась со мной?
– А можно ли тебе было доверять такую важную тайну? – Лина тяжело вздохнула, сделав очередной глоток вкуснейшего напитка.
Забавно, прошло пару недель с момента раскрытия её секрета, а она почти и не изменилась.
— Извиняюсь, Лин. Но абсолютно всем нужны союзники, — покачала головой, осуждая действия подруги.
— Конечно. Вот только правильно «извини» или «извините». Потому что в противном случае, употребляя "извиняюсь", ты извиняешь саму себя и совершенно не извиняешься, — наставительно произнесла Каролина.