Алла Алмазова – Нисхождение (страница 2)
За высокими воротами дома Лаверия впервые увидела улицы города в сопровождении отца. Крепко сжимая ладонь папы, удивлённо рассматривала оригинальные здания улиц плато. После захода солнца мало кто из жителей Вершины Творцов покидал свои жилища. В свете луны отражалась глянцевая поверхность мощённых камнями улочек. Свет из цветных витражей окон превращал прогулку в таинственное приключение.
– Лаверия, завтра у тебя первый день обучения. Ты познакомишься с новыми творцами, у тебя появятся друзья, ― шаги отца были неторопливыми и размеренными. ― Магистры будут обучать тебя дисциплинам. Мой тебе совет: не обращай внимания на других, слушай внимательно на уроках. Любая наука в твоей жизни когда-нибудь может стать прикладной.
– А что такое прикладная? ― любопытная девочка внимательно посмотрела на отца.
– Это когда знания ты можешь применить в обычной жизни. Приложить к решению житейских вопросов. Иногда бывает так, что прослушала ты что-то важное, что магистр рассказал, а в жизни, когда понадобилось ‒ задача оказалась неразрешимой. Не потому, что она сложная, а потому, что ты просто отвлеклась на своих друзей, когда слушать надо было мастера.
Лавий подвёл девочку к фонтану. Разноцветные минералы отделки дна в потоках вод играли оранжевыми, зелёными, жёлтыми переливами. Брызги воды, ударяясь о камни, холодом обдали лица. Девочка поморщилась, вытирая пухлое личико ладонью.
– Что ты видишь? ― поинтересовался отец.
– Вода, брызги…
– Ты заметила то, что коснулось в первую очередь органов твоих чувств. Шум фонтана и холод капель, но творец должен уметь созерцать и мыслить глубже. Этот фонтан для кого-то просто источник воды на площади, но в нём заложены мудрость и знания наших предков. Посмотри на эти перламутровые радужные камни. Аммолиты, их применяют шаманы, чтобы управлять водной стихией, вызывать дождь во время засухи.
– А кто такие шаманы? ― девочка вглядывалась в воду.
– Как называется камень? ― с улыбкой спросил Лавий.
– Ой, я забыла.
– Ты должна уметь концентрироваться на знаниях, иначе они будут поверхностными. Магистры могут пытаться дать тебе знания, но если твой ум суетлив, ты не сможешь слушать и запоминать, ― мужчина погрузил в воду ладони.
– Что такое суетливый ум? ― повторив действия отца, Лаверия села на приступок фонтана.
– Мастер созерцания научит вас, как останавливать и направлять поток мыслей. Особенность аммолита не просто в магических свойствах, но и в том, что при воздействии химических веществ он разрушается. Так что, если вода в фонтане станет небезопасной, камни изменят свой внешний вид.
– Я всего этого сразу могу не запомнить, ― Лави огорчённо вздохнула, переживая, что не оправдала ожиданий отца, ― это значит, я ‒ глупая?
– Нет, это означает, что каждому знанию своё время. Если ты будешь учиться прилежно, я смогу тебе рассказать много интересного, когда ты будешь к этому готова, ― глаза отца наполнились слезами. Как хотел бы он дать девочке возможность беспечно играть с подростками и наслаждаться детством, но его время включило обратный отчёт.
Из-за шума ниспадающих потоков вод, Лавий не услышал, как сзади к ним подошёл мужчина.
– Приветствую вас! ― почтенно склонив голову, обратился он к увлечённому диалогом парламентарию.
– Доброй ночи, Нарэл, ― кивнув в ответ, глава парламента попытался тоном продемонстрировать своё нежелание к общению в этот момент.
– О, чудо, какое дивное дитя! ― наигранно воскликнул собеседник, протягивая ладони в сторону Лаверии. ― Ваша дочь, достопочтенный, невероятно красива. Позвольте мне стать первым мастером, чей холст украсит сиё дивное создание.
– Нарэл, благодарю, это будет честью для нас, но мы обратимся позже, когда девочка станет немного старше.
Лаверия никогда раньше не слышала жёсткость в голосе отца, для неё это стало откровением. Дождавшись, когда посторонний уйдет во мрак ночи, девочка обратилась к папе:
– Это был злой творец?
– Нет, доченька, не бывает нехороших или плохих однозначно творцов, бывают ситуации, которые могут вызвать последствия, ― Лавий протянул руку навстречу, ― нам пора домой.
Опечаленный тем, что их с дочерью на прогулке увидел горожанин, мужчина шёл молча.
– А он правду сказал, что я красивая? ― подходя к дому, прервала напряжённое молчание девочка.
– Ну что ж, раз ты такая к знаниям охотливая, вот тебе мой второй урок. Никогда не позволяй лести завладеть твоим разумом. Льстец слабее тебя, но окольцевать может как удав. Держись с теми, кто говорит правду.
– Значит я некрасивая? ― Лаверия остановилась, с укором глядя на отца.
– Ты ‒ забавная! ― рассмеялся в ответ Лавий. ― Никому не рассказывай то, чему я тебя учу, ― задумавшись, продолжил, ‒ только если своим детям.
– А откуда у меня дети будут, если я некрасивая? ― проворчала девочка, нахмурив брови.
– Красивая! Успокойся, нас Леона заждалась.
Магистратура
Леона вошла в комнату Лаверии ранним утром, развешивая нарядные детали гардероба для первого праздничного дня обучения. С умилением посмотрела на девочку, которая спала так сладко, что её было жалко будить. Открыла окно, комната наполнилась ароматами цветущих деревьев из сада и щебетом птиц. Девочка пробудилась:
– Доброе утро, кормилица, мне уже пора вставать? ― потёрла сонные глаза.
– Да, моя дорогая, сегодня у тебя важный день ‒ первый день обучения, ― нянечка подала девочке пушистое полотенце, ― сейчас мы тебя помоем, нарядим.
– А меня папа с мамой поведут в магистратуру? ― Лаверия потянулась, улыбнувшись.
– Лавий сегодня занят на работе, ― Леона попыталась не выдать обиду в голосе за свою подопечную, ― а мама сказала, что у неё недомогание и попросила меня сопроводить тебя.
Кормилица понимала, что всех детей приведут родители, и волнительно будут ожидать, когда магистры проводят их в классы. Только вот в судьбе Лави этот праздник будет омрачён тем, что девочку проводят не родные папа и мама, а обычная няня, даже не принадлежащая к династии творцов. Изменить что-то в отношении Веронии к родной дочери Леона не могла. Она попыталась убедить её в важности присутствия мамы на церемонии, но отказ был резким.
– Леона, не переживай, я тебя очень-очень люблю ― воспитанница прижалась к объёмной фигуре женщины, тщетно попытавшись обхватить её талию.
– Я тебя тоже очень люблю, маленькая хулиганка. Ты будешь самой красивой девочкой на этом празднике. Смотри, какое платье я тебе выбрала, ― кормилица взяла в руки одеяние из струящегося шёлка нежного жемчужного цвета, с белым кружевом на воротнике. Продемонстрировала девочке, дождавшись одобрительного радостного взгляда, утешилась, что воспитанница не сильно огорчена.
Перед величественными сводами магистратуры собрались горожане. Лаверия рассматривала мраморную колоннаду, узкие витражи высоких окон, вьющиеся по стенам здания растения. Волнение объяло при виде скопления людей, но собравшись с духом, девочка решительно зашагала в сторону входа. Кормилица приветствовала творцов, с гордостью следуя рядом. Она слышала, как горожане осуждающе перешёптывались друг с другом, заметив, что дочь главы парламента пришла на церемонию не с родителями. Всячески попыталась уберечь от этих наблюдений воспитанницу, отвлекая её беседами о красоте растений в палисаднике и архитектуре здания. Леона верила в то, что Лави ‒ бойкая девочка и сможет противостоять любым нападкам со стороны сверстников. Но малышке рано бороться с волной завистливых сплетен взрослых.
Взъерошенный мальчишка, в небрежной одежде, старательно ковырял поношённым ботинком землю в палисаднике. Леона отвлекла Лаверию от гула толпы, показав на одинокого ребёнка:
– Мне кажется, я нашла тебе друга, ― прошептала она на ухо подопечной.
– Пойдем, познакомимся? ― радостно отреагировала Лави, на этом празднике есть кто-то ещё, кто пришёл без родителей. Девочке не хотелось стоять рядом с теми, кто высокомерно рассматривал её.
– Привет, как тебя зовут? ― мягко спросила Леона мальчика.
– Я ‒ Николас, сын Нарэла, ― грустно ответил.
– А я ‒ Лаверия, ― опередила Леону в ответе девочка.
– Меня зовут Леона, я ‒ няня Лаверии, ― осторожно протянула руку в знак приветствия, ― моя воспитанница немного смущается, и я была бы признательна, если ты поможешь ей освоиться.
– Вы можете на меня положиться. Обещаю, с вашей воспитанницей не случится ничего скверного, пока я буду рядом, ― одёрнув борт пиджака, мальчик протянул руку в знак согласия.
Леона одобрительно улыбнулась:
– С таким защитником я спокойна за Лави, ― оставив детей вместе, отошла немного в сторону, наблюдая за парадным входом, чтобы не пропустить выхода магистра и начало церемонии.
Едва на ступенях магистратуры промелькнула фигура ректора в белой мантии, Леона, взяв за руки Лаверию и Николаса, поспешила к остальным.
Ректор, произнеся торжественную речь, пригласил новоиспечённых учащихся проследовать за ним в здание. Кормилица с нежностью обняла Лаверию, пожелала им с Николосом удачи в учёбе, подведя к ступеням детей, помахала рукой на прощание. Два маленьких творца, лишённые заботы и любви родителей, должны найти общий язык.
В просторной аудитории с дубовой кафедрой, амфитеатром возвышались скамьи для слушателей. Николас уверенно вёл Лаверию к самому высокому ряду. Дойдя до цели, заявил: