Алль Терр – Посол на Архипелаге (страница 31)

Я встал, посмотрел в окно. Ничего толком не увидел – окно выходило на боковую сторону. Тут было темно, только отблески огня и рёв толпы с заднего двора свидетельствовали о том, что там происходит нечто крайне увлекательное. Небось и напитки подают. И закуски...

В желудке заурчало. Я оглядел комнату. Ну разумеется, мистер У-Меня-Есть-План о таких мелочах, как жратва умирающему, даже и не подумал. Скотина бесчувственная. Вот поди разбери, то ли ему правда плевать, то ли просто раздолбай... Человек-загадка.

Впрочем, я быстро осознал, что голод — не самое сильное моё чувство на данный момент. Куда сильнее хотелось в туалет. И вот тут Эрт проявил заботу: в комнате обнаружился горшок. Я несколько секунд сверлил его ненавидящим взглядом, потом сказал:

— Ни за что. Даже не надейся.

В общем, выход был неизбежен, а совесть, соответственно, чистой. Поэтому я подкрался к двери, приоткрыл её, выглянул в щель. Коридор был слабо освещён и пуст. Я сосчитал мысленно до десяти, прислушиваясь, но не услышал ничего. Наверняка все собрались снаружи, а под утро расползутся по своим комнатам и будут дрыхнуть. В принципе, в условиях турнира, мне будет не так уж сложно косить под раненого и не отсвечивать больше необходимого минимума. Только вот с туалетом и жратвой надо будет как-то разобраться, что ли, на поток это дело поставить.

До туалета я добрался без приключений и с большим удовольствием провёл там время. Вышел с лёгким сердцем и, негромко насвистывая, двинулся в сторону кухни. С одной проблемой разобрались, теперь можно и над второй поработать.

Ничто не предвещало. «Картография» уверенно вела меня к вожделенной цели. Однако когда я совершил последний – самый важный! – поворот, то в полумраке на кого-то налетел.

Столкновение получилось серьёзным. Что-то полетело на пол, загрохотало, от благодатной тишины даже следа не осталось. Кто-то выругался вполголоса, и у меня перед носом сверкнула сталь. Я машинально отшатнулся, благодаря чему и сберёг нос. Зато по оружию, отразившему лунный свет из окна, я сразу опознал загадочного противника. И не стал доставать меч.

— Рю? — сказал я. — Это я, Лин. Ты чего тут?..

— А ты чего тут? – огрызнулся бывший Сервус. — Выскакиваешь, как...

Он с явной неохотой убрал топор в личное пространство. Сделал пару шагов назад, щёлкнул выключателем. Загорелся свет в коридоре. Я уставился на перевёрнутый поднос, из-под которого растекалась лужа супа, по которой пытался отправиться в первое и последнее плавание бутерброд.

— И кто это теперь убирать должен? — буркнул Рю.

Н-да, неудобно получилось. Он, как бывший Сервус, наверняка скорее умрёт, чем станет мыть пол. Я подобными комплексами не страдал, но поди найди сейчас тряпку, или хоть бумажные полотенца... Да какие, к чёрту, бумажные полотенца? Я их в этом мире, по-моему, вообще ни разу не видел. Производство однозначно остановилось сотни лет назад, а запасы израсходовали.

— Можем просто убежать, а оно само как-нибудь, — предложил я.

Рю посмотрел на меня исподлобья. Да, ясно, «само» оно никуда не уйдёт. Утром на луже поскользнётся какой-нибудь аристократ, ползущий в кухню в надежде залить сушняк. Шлёпнется на задницу, испортит брюки, поднимет вой, прислуга получит втык... А прислуга – те же Сервусы. Ну а что поделать? Остаётся лишь надеяться, что этим поскользнувшимся аристократом будет Вестбрук.

— И чего ты вообще выперся? — вздохнул Рю.

-- Есть хотелось...

– Потерпеть не мог? Эрт меня как раз попросил тебе принести.

Я посмотрел на подносокрушение другими глазами. Так это Рю для меня тащил? Блин... Вот теперь действительно неудобно сделалось. Но я-то что, сильно виноват?

– Знаешь, что? – разозлился я внезапно. – Эрту надо научиться давать людям необходимую информацию, если он хочет, чтобы эти самые люди как-то соответствовали его гениальным планам! Я-то откуда знал, что он тебя пришлёт? Ну ладно, не обижайся. Не «пришлёт», а попросит. Хотя Эрт – консорт, он так-то и меня послать может. В... э-э-э... разных смыслах, в общем.

Инцидент вроде худо-бедно исчерпался. Рю дуться перестал. Я всё-таки проскользнул в кухню и спешно покидал в личное пространство всяких интересных штук, не требующих разогревания. Фиг с ним, с супом, я ж не больной, в самом-то деле.

Рю топтался тут же.

– Ты за мной присматриваешь? – поинтересовался я.

Он внезапно кивнул и сказал:

– Эрт просил проследить, чтобы ты сидел у себя и не светился. А ты светишься.

Ясно. Спасибо, что обухом по голове не дал и не утащил обратно в комнату. Впрочем, я и сам не собирался дольше шариться по поместью. Я ведь не тупой. Сказано не отсвечивать – я и не буду.

– Ладно, идём, – сказал я.

Погасил свет. В темноте мы перешагнули через перевёрнутый поднос и пошли к моей комнате.

– Как там Сью? – попробовал я завязать светскую беседу.

– В Цитадели, – ответил Рю.

– Слышал, да... Кстати, поздравляю. Ну, с этим... Ты понял.

Светский джентльмен из меня не скоро получится. Впрочем, у Рю с этим, кажется, тоже трудности.

– Спасибо, – отозвался он, и совсем не было похоже, будто он хочет продолжать разговор. Да и фиг с ним, не больно-то и хотелось.

Нет, хотелось, конечно, обзавестись чем-то вроде друга в этом непростом мире. Человека, с которым можно обсудить любые вопросы и при этом не мечтать затащить его в койку. Из тех, кто сейчас остался в шаговой доступности, на эту роль худо-бедно тянул только Эрт. Но он, при всей своей непринуждённости, больше тянул на старшего брата, чем на близкого друга.

Рю, шагавший первым, вдруг остановился и поднял кулак, призывая меня последовать его примеру. Я замер, приоткрыл было рот, но спросить ничего не успел. Услышал голос:

– Давненько ты не была такой послушной. Что-то меня это даже раздражает немного. То ли возбуждает – пока не определился.

Голос принадлежал Гарри Вестбруку, и он шёл через один из залов, в который мы только что чуть не выскочили. Оставалось надеяться, что его сюда привело не желание подкрепиться, а то столкновение будет неизбежным. Мне он вряд ли обрадуется, сцена получится безобразной.

Свет в зале горел – хотя и неяркий. В коридоре было темно. И скоро мы увидели самого Вестбрука, который прошёл мимо, волоча за руку дочь. Ну, как бы дочь. Вид у Шилы был понурый, и хотя я знал, что она не человек, и ей происходящее до лампочки, сердце у меня сжалось.

– Я могу остаться, – робко сказала она.

– Смотреть и надеяться, что любимому папочке снесут башку секирой? – усмехнулся Гарри. – Нет, спасибо, обойдусь без твоей поддержки. Подождёшь в комнате. И мы с тобой ещё раз поговорим о твоём поведении.

Вслед за ними молча прошагали двое зомби-солдат.

– Вот ублюдок, – вырвалось у меня.

– Мразь, – подтвердил Рю.

Мы с ним молча переглянулись и что-то такое общее поняли, что сделало нас если не друзьями, то как минимум союзниками.

Однако ничего предпринять мы не успели. Довольно скоро Вестбрук протопал обратно, что-то бормоча и поправляя манжеты. Проходя мимо нас, он вытащил из личного пространства меч и сделал несколько взмахов, разминаясь. Никак сражаться собрался. С кем только, интересно...

– Без охраны, – заметил Рю.

– Ты ведь знаешь, где...

– Пошли.

И мы пошли.

Комната лорда Вестбрука оказалась рядом. По обе стороны двери застыли мёртвые стражи. Всё-таки зомби – это немного хорошо. Да, их вроде как не убить, не подкупить. Но зато молчат. Живые уже обязательно начали бы: «Э, вы кто такие, чего тут надо?!». А эти ничего. Стоят себе молча. Дверь стерегут.

Рю достал топор и посмотрел на меня.

– Ну? – сказал он.

– Что «ну»? – удивился я.

– Ну? Ты же с этим...

Он покрутил пальцем у виска, видимо, имея в виду интерфейс. Ну и что я должен был, по его мнению, делать? Стражу перебить? Да не уверен, что это у меня получится. А если не получится, у всех будет очень много вопросов к моим кишкам, распростёршимся у комнаты лорда Вестбрука.

К тому же у Рю тоже интерфейс есть, но недавно. Он, видимо, тоже трезво оценивает свои способности и на рожон лезть не хочет.

Тут я заметил одну деталь, на которую раньше не обратил внимания. Дверь была приоткрыта. Буквально на ладонь. И из комнаты выбивался свет. Я мог разглядеть край антикварного комода.

– Бетани! – позвал я. – Это... Это я, Лин. Ты там как?

Несколько секунд Шила, видимо, переваривала информацию и пыталась сообразить, как ей реагировать. Потом откликнулась:

– Всё нормально. Уходи!

– Мы можем поговорить?

– Нет!

– Почему?

– Потому, что нет, Лин! Иди к себе.

– Даже не спросишь, как я после падения?