Алия Шакирова – Единственная для верианского принца (страница 16)

– Ладно, понятно. Я не против.

Принц заметно расслабился.

– Это ведь королевский жест? – уточнила, подогреваемая любопытством.

Рэм охотно кивнул.

Я уже склонялась к прогулке по оранжерее, потому что отправляться посреди дня в каюту и впрямь – тоска зеленая.

Но… не прошло и минуты, как прямо в центре холла материализовался… Путник. Я тряхнула головой, проверяя – не брежу ли, не сон ли вижу. Обнаружив, что старый знакомый никуда не делся, едва справилась с порывом немедленно запереться в каюте. Пусть там и скучно, и грустно, зато работать не зовут. Тем временем, куратор сверлил меня очень глубоко посаженными черными глазами. Не у всякого хватало зрения, чтобы разглядеть зрачки на фоне угольной радужки. Помогали только в беспорядке рассыпанные по ней красные пятнышки, словно звезды по ночному небу.

Я недоумевала, почему куратор, который неизменно что-то требовал, небрежно разбрасываясь приказами направо и налево, просто стоит посреди холла и молчит, гипнотизируя меня раздосадованным взглядом.

Рэм же наблюдал за нашей пантомимой с нескрываемым интересом, но ничего не предпринимал. Видимо, ждал моей реакции на появление явно знакомого существа. Поразительно! Материализация Путника прямо из воздуха ничуть не шокировала принца. Я не заметила на лице верианца ни малейшего проблеска удивления.

Слава богу, больше никто не видел «явление» куратора. Он умел точно рассчитать момент прихода так, чтобы не напороться на лишние глаза и уши. Сегодня превзошел сам себя – улучил несколько секунд перерыва между паломничеством обедающих. Мало того, мгновение, когда креанка на входе зачем-то зашла в столовую.

Немая сцена затягивалась. Путник возвышался посреди холла, во весь свой почти трехметровый рост… а я не находила душевных сил ни уйти по добру по здорову, ни поинтересоваться причиной его визита.

Хорошо еще, только ученые из галактических научных центров представляли, как выглядят гуманоиды всех известных планет. Никто из туристов не удивился, обнаружив громадного детину с черно-белой шахматной прической в холле.

– Кто это? – осторожно поинтересовался Рэм. – Тебе нужна помощь?

Я взглянула на верианца. Впервые за наше знакомство он не походил на высокомерного хама или тинейджера в период гормональной бури. Принц выглядел спокойным, собранным. При этом каждая напряженная мышца демонстрировала, что Рэм готов и к очередной драке тоже.

– Путник? – позвала я.

Куратор кивнул.

– Пойдемте, что ли, ко мне в каюту, – тяжело вздохнула, кожей чувствуя, что влипаю в очередную драконью переделку.

Называется, отдохнула! Охохох! Покой нам только снится!

…

В наэлектризованной тишине наша мини-делегация проследовала до моей каюты. Я шла первой, Рэм – вторым, Путник замыкал шествие.

Войдя внутрь и закрыв дверь, присела, жестом предложив мужчинам разместиться по собственному усмотрению.

Рэм сразу занял стул напротив моего, Путник присел на табуретку, ближе к двери.

Хорошо еще в корабле высоченные потолки. Иначе передвигался бы по-пластунски.

Я усмехнулась, представив грозного куратора в позе бойца, что отползает в окопы.

Он хмыкнул.

– Все развлекаешься.

– Говори, зачем пришел, – выпалила, кажется, не слишком-то дружелюбно.

Принц сосредоточился на моем лице.

– Если хочешь, я его выставлю, – сказал очень ровно, расправив плечи. Тот факт, что Путник на голову его выше, Рэма, похоже, совершенно не смущал.

Куратор окинул верианца взглядом, каким удостаивает лев карманную собачку. На принца и это не произвело ни малейшего впечатления. Он ответил Путнику снисходительным смешком.

Никогда бы не подумала, что Рэм, еще недавно больше похожий на подростка, со всеми этими реакциями и дикими выходками, выдержит психологический поединок с могучим наставником полукровок.

Я снова ошиблась в принце.

Даже странно – прожив столько веков ежедневно ошибаться в одном и том же существе, пусть даже инопланетнике, пусть даже только вчера прочла про него в брошюре.

– Ты и впрямь полагаешь, что сумеешь меня выставить? – пренебрежительно бросил в сторону верианца Путник, многозначительно поведя плечами. Сядь он в самом углу, в металле стены осталась бы внушительная вмятина.

Рэм взглянул на куратора даже не презрительно, скорее с эдаким сочувствием. Не вспылил, как с хоррами, спокойно, с достоинством произнес:

– Хочешь проверить меня в деле? Ради бога. Уверяю тебя, Путник, кто бы ты там ни был, араччи, нишати или айшара, уложу на обе лопатки. А заодно поучу хорошим манерам.

Мне показалось или Путник удивился? Растерянность, оцепенение, с которыми наблюдала за пикировкой принца и куратора, медленно проходили.

– Ребята, – чисто по инерции выдала неуместный для обоих эпитет. – Давайте ближе к делу. Путник? Зачем ты пришел? Я ведь предупреждала, что буду в отпуске!

– Только меня удивляет его осведомленность о потомках аджагар? – вместо ответа на мой вопрос куратор небрежно кивнул в сторону верианца. – Или тебе плевать?

– Не стоит сразу так паниковать, – в голосе Рэма промелькнула прежняя смесь снисхождения и сочувствия. Так академик отвечает студенту, вступившему в спор на тему, о которой имеет представление лишь на уровне университетской программы. – Моя раса давно изучала аджагар и даже общалась с ними. Просто ты не в курсе. Потому что у тебя односторонние обязанности и в большинство дел создателей тебя не посвящают.

Ожидаемого превосходства в голосе Рэма не было, скорее некая наставительность. Я снова поразилась. Кажется, гормоны созревания сильно исказили личность принца в первые часы нашего общения. Теперь же я начинала узнавать его настоящего.

– Не собираюсь терпеть оскорбления от всяких… – куратор вдохнул, и застыл, видимо, подбирая слова.

Вот это да! Чтобы Путник не находил что сказать! С таким я еще не сталкивалась!

Их с Рэмом словестная дуэль все сильнее раздражала. К тому же, для меня куда важнее было понять – что нужно куратору.

– Могу все же узнать, какого черта ты меня беспокоишь? – не выдержала, наконец.

Рэм резко повернулся ко мне, осторожно накрыл ладонь своей рукой и ободряюще пожал.

– Милена, пока я с тобой, он не сможет командовать, – выдал все тем же спокойным тоном. – Если не понравится то, с чем пришел, выставлю на раз. Учитель не должен преследовать учеников.

– Милена! – возмутился Путник, но я прервала его, кажется, впервые за наше знакомство.

– Чего тебе надо? – почти взвизгнула. – Предупредила, чтобы ты меня не бес-по-ко-ил! Прекрасно ведь знаешь, я свое на благо Вселенной и аджагар отработала! Могу вообще уйти, так сказать, на заслуженный отдых.

Впервые за многие годы я дала Путнику отпор. До сего момента, всегда повиновалась. Делала то, о чем просил, пусть «через не могу», пусть переступая через собственные желания и галактическую усталость…

Брови куратора поползли на лоб. Но он быстро взял себя в руки.

– Милена, – начал примирительно, отчасти даже проникновенно. – У нас неприятность. В том секторе, куда летишь, пропала айшара. Девушка. Она недавно начала практиковать путешествия… хм… пространственными коридорами. Я прошу абсолютно всех подопечных, по возможности, попытаться ощутить ее и помочь, если в беде.

Путник выдохнул. Я ненадолго задумалась, прикидывая, стоит ли соглашаться. С одной стороны, айшару и впрямь ужасно жаль. Мало ли куда ее занесло? Может там хищников без счету, может враждебные расы, которые поджаривают инопланетников на костре и едят. А почему нет?

Земля не со всеми известными народами поддерживает отношения. С некоторыми встречались лишь ученые, и то мельком. Иных не видели даже полукровки, только аджагары.

С другой стороны – ну почему опять я? Разве мало отдала себя создателям и их делу? Вроде бы полукровок, оттрубивших на всеобщее благо больше трехсот лет, отпускали на все четыре стороны. Меня же привлекали по-прежнему – регулярно и часто. Даром, что дважды перемахнула озвученный предел.

Рэм неотрывно следил за моим лицом.

Путник тоже.

– Я подумаю, – выдавила из себя.

– Милена! – вспыхнул Путник.

И вот я снова поразилась. Куратор, конечно, не самый уравновешенный гуманоид и, уж точно, не самый терпимый. Но столь сильные эмоции при мне до сих пор не проявлял.

Вроде бы кто-то из полукровок красочно повествовал о Путнике, который в ярости рвал и метал. Мне ничего подобного видеть не доводилось. Ну скуксится, ну швырнет нам раздраженную реплику, не более того. С чего бы вдруг такая экспрессия?

У меня в голове вертелись три версии.

Первая сводилась к противостоянию куратора с Рэмом, которое он проиграл, будучи намного старше и мудрее принца.

Вторая зиждилась на том, что аджагары жестко отслеживали всех талантливых полукровок, и за утрату одной из них Путник мог здорово поплатиться. Например, лишиться места куратора. Куда ему тогда деваться? Раса гуманоида уничтожила себя, а, заодно, и собственную планету. У Путника не было иного дома, кроме земли создателей, и иной возможности почувствовать себя кому-то нужным, кроме обучения полукровок.

Третья, самая для меня невероятная, гипотеза вытекала из предположения, будто куратор неравнодушен к пропавшей девушке. Я старательно отметала этот вариант, убеждая саму себя, что он и в голову-то пришел лишь из-за встречи с Рэмом. Но версия навязчиво будоражила воображение.

– Я подумаю, – отчеканила еще раз, в упор глядя на Путника. – Если будешь настаивать, откажусь. А теперь давай подробности.