Алисия Томпсон – Любовь во времена серийных убийц (страница 14)
Но, несмотря на все это, в данных мемуарах было что-то притягательное, привлекающее мое внимание. Возможно, дело было в том, насколько она разделяла своего отца – убийцу и своего отца – мужчину, с которым выросла и которого любила. Это было объяснимо, учитывая непостижимую тьму, в которой ей приходилось жить, зная о том, что он творил. Одновременно казалось, что поднятый в них вопрос является именно тем, на который вы хотели получить ответ. И именно из-за ответа вы продолжаете читать.
Коннер пролистал глянцевые страницы до середины, сразу перейдя к фотографиям. Я сразу поняла, на какой именно фотографии он остановился – на ней снятые на фоне родника автор и ее отец выглядели как любая другая семья, в своих дурацких панамах и с усталыми улыбками.
– Ты помнишь тот поход?
Ему не нужно было уточнять, какой именно. В детстве мы несколько раз ходили в походы, но самым запоминающимся был последний, перед разводом. Мне было двенадцать, Коннеру – пять.
– Что его тогда вывело из себя? – спросила я.
– Маршмеллоу, – ответил Коннер. – Мы перекусили ими, и их не хватило, чтобы поджарить на огне.
Я закрыла глаза. Конечно, на протяжении тех выходных нам то и дело приходилось выслушивать возмущенное бурчание – никто не помогал ему ставить палатку, никто не знал, как правильно поставить палатку, он был убежден, что кемпинг пытается выманить у него пять долларов скрытым платежом, были двадцать минут, когда он не мог найти ключи от машины. Но в ситуации с маршмеллоу он превзошел себя.
– Там еще оставалось немного, – продолжал Коннер. – Мама сказала, что она все равно наелась за ужином, а я, наверное, к тому времени объелся сладким. Папа мог бы просто предупредить меня, что я не получу десерт, поджарить парочку для себя и тебя и закончить на этом.
Но тогда Коннер расстроился бы и начал плакать, а папа посмотрел бы на маму так, будто она виновата в том, что ее ребенок неуправляем, и это была бы та же проблема, только с другим оттенком. Как бы то ни было, в конце концов он сердито заявил, что идет в магазин купить еще зефир, а потом просто… не вернулся. Я до сих пор помню, как мы пытались собрать свои вещи, как нам пришлось сгрести их в сторону и неловко стоять, пока вновь прибывшая пара размещалась на ночлег. Как эта парочка поглядывала на нас, недоумевая. И как мама прижимала телефон к уху и улыбалась, пытаясь дозвониться до отца снова и снова.
Очевидно, в конце концов, он все-таки приехал. И мы молча погрузили вещи в машину.
– Пока мы ждали, ты играла со мной в камень, ножницы, бумагу, – произнес Коннер. – Я запомнил это, потому что не поверил тебе, что бумага побеждает камень.
– Ты сказал, что камень разорвет бумагу в клочья.
– Разве я был неправ? – поднял брови Коннер. – Камень обладает огромной силой. Он может сломать ножницы, но ни хрена не может сделать с бумагой? Я тебя умоляю!
Он снова опустил взгляд на книгу в своих руках. Как ни странно, я почувствовала облегчение оттого, что, взглянув на нее, он вспомнил о нашем детстве. Это означало, что я была не одинока.
Читая ее, я поняла, что одной из главных причин, по которой меня привлекло это повествование, было то, что оно заставило задуматься о собственном отце. Я вовсе не думала, что мой отец мог быть серийным убийцей или кем-то в этом роде, просто были такие моменты в детстве автора, которые казались слишком знакомыми, чтобы их игнорировать. Как они ходили на цыпочках вокруг отца, когда он был не в настроении. То, что все знали, что нельзя трогать его вещи и задавать какие-либо вопросы. Как много было моментов настоящей привязанности и счастья, но позже, под грузом других воспоминаний, они стали казаться далекими и призрачными.
– Не представляю, как ты спишь, читая подобные книги, – заявил Коннер.
– Это лучше, чем мелатонин.
– Правда?
Я тихонько рассмеялась.
– Нет, не совсем. В настоящее время я мало сплю. Но этого и следовало ожидать, учитывая работу над диссертацией и… – Я обвела рукой гостиную.
– Твои ночные наблюдения?
Я поморщилась, выхватывая у него книгу.
– В основном, они уже закончились, спасибо тебе большое, – буркнула я. – По крайней мере, Сэм в последнее время не занимался ничем интересным. Больше никаких подозрительных звуков или таинственных предметов, перемещаемых из его грузовика в гараж поздно ночью. На самом деле, после вечеринки в соседнем доме стало довольно тихо, за исключением единственного всплеска, который я слышала прошлой ночью около одиннадцати, как если бы Сэм допоздна купался в своем бассейне.
Коннер собрал коробку с вещами, которые собирался увезти с собой домой, и перед выходом еще раз ненадолго задержался у двери.
– Единственное, что я хочу сказать: возможно, пришло время вызвать криминалистов, если ты думаешь, что твой сосед замышляет что-то очень плохое.
Было так заманчиво запустить книгой в Коннера, но это была собственность библиотеки, и я хотела иметь возможность вернуть ее в целости и сохранности.
– Не собираюсь я этого делать, – возмутилась я. – Просто на мгновение поддалась паранойе, которая является моим врожденным эволюционным правом на выживание. Теперь ты спокойно можешь забыть об этом. Я уже забыла.
– М-м-м, – промычал Коннер. – Жаль.
– Это еще почему?
Коннер одарил меня раздражающей ухмылкой.
– Потому что, – произнес он, – я случайно узнал от Джоуи, что Сэм тоже находит тебя очень интересной.
Восемь
Когда я пришла в библиотеку во второй раз, Элисон снова работала за стойкой. К счастью, она была занята другим посетителем, поэтому я сунула мемуары дочери серийного убийцы в ячейку для возврата книг и ушла наверх, прежде чем она меня заметила.
Я не искала ничего особенного в разделе тру-крайма – просто хотела вдохновения. Мне следовало бы писать о «Хладнокровном убийстве», но по непонятной мне самой причине я откладывала это. Пожалуй, именно эта книга больше других вдохновила меня писать о жанре. Возможно, в этом и заключалась проблема – я начала ощущать давление.
На полке стояла еще одна книга об Утреннем Убийце. Она выглядела более похожей на тру-крайм: черная обложка с матово-красными буквами в названии, коллаж из восьми картинок. Напоминает нечто среднее между романом Стивена Кинга 1980-х годов и ежегодной антологией ужастиков. Я схватила ее и спустилась, направляясь к одному из киосков самообслуживания в центре первого этажа.
Я постояла с минуту, просто глядя на офисную бумагу, приклеенную скотчем к передней панели каждого аппарата, на сообщение, напечатанное шрифтом
Я хотела прочитать книгу. Но не хотела разговаривать с Элисон. Неразрешимая головоломка.
Поэтому, естественно, я поднялась наверх, уселась за стол в читальном зале и принялась читать.
Странно, что при всем моем интересе к тру-крайму я ничего не читала о серийном убийце, который совершал преступления так близко от моего собственного дома. Свое прозвище он заслужил в основном за то, что нападал на женщин во время их утренних пробежек – конечно, именно по этой причине вы никогда не увидите, как я топаю по тротуару, а в наушниках у меня так громко гремит
Настоящим сюрпризом для меня стало описание, как его поймали. Его подозревали в течение десяти лет, вплоть до середины девяностых, потому что он жил неподалеку и однажды был остановлен полицейским за то, что подглядывал в окна. В результате все закончилось тем, что дочь случайно предоставила важную улику, позволившую собрать все воедино.
Ее дом ограбили, и она составила отчет, в котором перечислила все украденные предметы. Среди них было обычное ювелирное изделие – тонкая золотая цепочка с кулоном в виде птицы. Она описала птицу как ласточку с распростертыми крыльями. Один из сотрудников недавно проводил повторную проверку нераскрытых дел и зацепился за это описание. Похожая подвеска, как полагали, была снята с жертвы Утреннего Убийцы почти пятнадцать лет назад.
После прочтения этого отрывка мне пришлось откинуться на спинку стула. В мемуарах нет ни одного слова об этом. Огромная недоработка. Дочь серийного убийцы получила самый жуткий подарок из всех возможных, и, дав описание этого подарка, она помогла посадить собственного отца.
Я уже прочитала в Википедии историю Утреннего Убийцы и знала, что он умер в тюрьме несколько лет назад в возрасте шестидесяти семи лет. И мне было интересно, живет ли его дочь по-прежнему в этом районе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.