Алисия Перл – Заноза для Чудовища (страница 3)
И что я должна ответить? Что надралась, проспорила гномам и предложила пожениться красавчику за соседним столиком, от которого так и веяло уровнем силы не меньше трёх сотен пунктов?
– Я приняла это решение спонтанно, под давлением обстоятельств. Мне необходимо было сорвать вашу с мачехой сделку. Она не должна была получить ни медяшки! Я не чья-то собственность, чтоб мной торговать, словно картошкой на базаре по серебрушке за мешок.
– Так в чём разница, если мы всё равно теперь женаты? Не случись этого вчера, поженились бы в самое ближайшее время, по приезду в моё поместье.
– А вы разве её не видите, разницу? Одно дело выйти замуж, выбрав мужчину самостоятельно. Пусть на спор, впопыхах, незнакомого, не любимого. Но выйти за мужчину, которого ты сама выбрала! И совсем другое дело, когда этот выбор сделали за тебя, да ещё и цену назначили, как за племенную кобылу.
– Если вас это хоть немного утешит, столько, сколько я должен был уплатить за вас, не стоит ни одна кобыла самой благородной породы. Я немного в этом разбираюсь. Мачеха оценила вас в пятьдесят раз дороже…
– Это дико и отвратительно!
От слов крокодила настроение резко скатилось ниже плинтуса, даже аппетит пропал.
– Прошу простить меня, – от супруга не укрылись перемены в моём настроении. – Мне стоило промолчать.
– Да забейте, что уж теперь, – отмахнулась от крокодила, вытягиваясь в кресле, не заметив, как перешла на привычную в общежитии Академии манеру разговора.
В Академии примерно половина студентов не имеет титулов, а потому никто не заморачивается с обращениями по этикету. А я продолжила дальше прощупывать допустимые границы в общении с муженьком.
– И давайте перейдём на ты? Всё же не чужие люди. Кстати, я уже сутки ваша жена, но до сих пор не знаю вашего имени. Давайте хоть познакомимся по-человечески, раз с остальным у нас всё через… кхм.
– Моё имя вы… ты уже спрашивала и даже произносила в храме во время принесения брачных клятв, – нахмурился супруг, поглаживая набалдашник трости.
– Ну, прости, дорогой. Я вчера не в том состоянии была, чтоб запоминать несущественные детали.
Я развела руками, а крокодил подпрыгнул на своём кресле от возмущения:
– Серьёзно? Элла, ты назвала брачный ритуал несущественной деталью?
А я что? Я рассматриваю очень интересный узор на занавесочках. Очень увлекательно. В сторону крокодила даже не смотрю.
– Что ещё из вчерашних событий для тебя было не существенным?
Молчу. Ой, какая интересная резная дверка шкафчика! Просто идеальная симметрия линий.
– Элла! – обманчиво спокойным тоном позвал супруг.
Точно знаю – злится. У него резерв фонит на все три с половиной сотни пунктов.
– Брачная ночь у тебя тоже в памяти не отложилась?
«И не надо так растягивать шипящие в словах, словно в твоём роду драконы потоптались!»
Всё ещё молчу, проверяю ноготком на прочность подлокотники кресла. Плохое покрытие, царапки остаются. Крокодил сопит и раздражённо вертит в руках свою трость. Не смотрю на него, но левой пяткой чувствую: сверлит взглядом.
– Ричард, – первым не выдерживает и нарушает молчание крокодил.
– Что?
– Не что, а кто. Моё имя – Ричард. Герцог Ричард Даркан. Запомни, пожалуйста. Будет неловко, если на приёме у короля моя супруга не будет знать, как меня зовут. А если снова забудешь, на твоём обручальном кольце с внутренней стороны шпаргалка.
Кольцо с пальца стягивалось с неохотой. Пришлось мысленно пообещать, что только посмотрю и сразу верну на место. Лишь после этого своенравный артефакт соизволил покинуть мой палец.
С внутренней стороны на нём действительно была гравировка «Герцог Ричард Даркан + Герцогиня Элла Даркан». Думаю, не стоит супругу знать, что я не только его имя не вспомнила, но и забыла, что у самой теперь новое. Спасибо колечку, иначе случился бы конфуз.
Глава 4. Ричард
Глава 4. Ричард
Герцог Ричард Даркан
Первым делом, как прибудем в поместье, уничтожу все запасы того пойла, что Элла вчера употребляла. Оставшееся спиртное соберу и запру далеко в подвале, чтоб у супруги даже соблазна не было до него добраться. Это же надо так напиться, чтоб на следующий день не помнить что творила?
Если на забытое имя и церемонию моя реакция была относительно спокойной, то осознание что Элла не помнит, как мы консумировали брак, весьма ощутимо попрыгало по моей мужской самооценке. И ведь до вчерашнего вечера девушка была абсолютно неопытна в любовных утехах, хоть и отвечала на мои ласки со всей возможной страстью.
Воспоминания о вкусе губ Эллы и сладких стонах, срывавшихся с них, до сих пор будоражат кровь и вызывают желание схватить и овладеть чертовкой прямо на этих креслах. Чтоб в этот раз точно на всю жизнь запомнила нашу близость.
А ведь я чуть было не решил, что вынужденное почти пятилетнее воздержание от плотских утех посрамило мою репутацию опытного любовника. Раньше ни одна красотка не оставалась неудовлетворённой в моих объятьях.
Несомненно, сейчас моя внешность далека от той, что была пять лет назад и вызывает отвращение даже у меня самого. В те времена женщины с большим энтузиазмом согревали мою постель, а теперь не найдётся желающих добровольно приласкать старое хромое чудовище, как меня часто называют за спиной.
Можно было бы посетить публичный дом, где за хорошую сумму закроют глаза на любое уродство, но всё моё нутро противилось подобному досугу. Я на дух не переношу продажных женщин. Не важно, кто они: прелестницы из публичных домов, продающие тело за звонкие монеты, или же высокородные леди, что продают себя за статус и покровительство. Обе категории мне одинаково противны.
А ведь сегодня я собирался купить себе жену! Оправдывает ли меня отсутствие альтернативы? Однозначно нет. Но я не в том положении, чтоб ослушаться приказа короля.
Герцог Ричард Даркан.
– Рад, что ты так быстро прибыл, Ричард. Присаживайся!
Мужчина, в одиночестве расположившийся во главе заставленного изысканными блюдами стола, указал мне на место по правую руку от себя и жестом приказал слугам удалиться.
– Давай пообедаем, прежде чем говорить о делах. Я ужасно голоден, а повар сегодня постарался на славу.
Королю Виттара Годрику III на днях исполнилось сорок три года. Всего лишь. Но выглядел он не властным правителем в полном расцвете сил, а уставшим и потрёпанным стариком с растраченным резервом. Что удивительно, ведь у его величества самый большой официально зафиксированный уровень магии в королевстве за последние сто лет – триста восемьдесят девять пунктов. Это безумно много, учитывая, что сильными считаются маги с резервом выше двухсот пунктов.
Магов, имеющих уровень от ста до двухсот, у нас принято называть способными. В большинстве своём это отпрыски знатных родов. Их способности позволяют занимать неплохие должности, даже если они не развивали свой дар в академиях.
Те же, кто имеет уровень ниже ста пунктов, зовутся слабосилками. Они почти не отличаются от простых людей, не обладающих магией, по уровню здоровья и долголетию. И мало кто из слабосилков способен пользоваться заклинаниями, за исключением простейших бытовых.
Считается, что чем выше резерв у мага, тем прочнее его здоровье и больше продолжительность жизни.
Обычно магия пробуждается у детей с пяти до восьми лет. К восемнадцати годам она постепенно развивается до максимального заложенного природой уровня.
Следующие три года – идеальное время для дополнительного развития резерва в специальных учебных заведениях. Потому, если у обычных людей без магических способностей совершеннолетие начинается с восемнадцати лет, у магически одарённых оно наступает в двадцать один год.
Я не был голоден, но приглашение короля поддержал. За трапезой неотрывно наблюдал, как король с усилием разрезает и без того мягкое мясо на мелкие кусочки и тщательно пережёвывает дольше, чем это требуется. При этом казалось, что каждое движение челюстью ему даётся с трудом, словно у него болят разом все зубы.
Решительно отложив в сторону приборы, осмелился задать мучивший на протяжении всей трапезы вопрос:
– Годрик, что с тобой происходит? Я не узнаю тебя! – Хоть я и пытался сдерживать рвущийся наружу гнев и негодование, сделать это было сложно. – Из пышущего здоровьем и силой мужчины ты превратился в какого-то заморённого слабосилка!
Так и не притронувшись к какому-то странному протёртому через сито супу, король с тяжёлым вздохом отставил в сторону тарелку.
– Ричард, ты должен жениться и обзавестись наследником. Это приказ.
В воздухе вспыхнул магический знак, обозначающий приказ короля, надлежащий к обязательному исполнению. Это был первый раз, когда кто-либо использовал его на мне.
– Что, прости? – сначала решил, что ослышался. – Это какая-то шутка?
– Нет, это не шутка, это приказ твоего короля. Мне нужен наследник. Твой сын.
Новость настолько шокировала меня, что я взял со стола бокал, даже не посмотрев, что в нём налито и залпом опустошил, не чувствуя ни вкуса, ни крепости напитка, ни его запаха. Будь в том бокале яд, и его бы не заметил.
– Объяснишь зачем? У тебя уже есть наследник – принц Патрик. И если мне не изменяет память, он уже должен был вступить в силу. Сколько ему сейчас? Лет девятнадцать? – немного успокоившись, решил всё-таки выяснить подробности столь внезапного стремления меня женить.