Алисия Эванс – Под защитой Темного императора (страница 8)
– Но я могу дать тебе намного больше, чем просто оставить жить посреди леса! – с чувством воскликнул Лан, раскинув руки, как бы показывая размах своих возможностей. – Со мной ты не будешь ни в чем нуждаться. Я заберу тебя в столицу и буду полностью обеспечивать. Вот чего ты хочешь? Учиться? Я найду лучших учителей! Хочешь наряды? У тебя будет несколько комнат, заполненных платьями! Я дам тебе гору драгоценностей. Мы изучим твой дар, ты будешь посещать лечебницы, помогать людям…
– Нет! – закричала я, вскакивая с кровати. Слова мага напугали меня до смерти. Он нарисовал именно ту жизнь, которой опасались все нимфы. Сил у меня было ещё меньше прежнего, и я едва не упала. Пришлось схватиться за полочку у стены, чтобы снова не осесть на пол. – Никогда! Ни за что! Ты убьешь меня, как не понимаешь?
– Убью? – непонимающе нахмурился Лан и встал, направившись ко мне.
– Не подходи! – злой кошкой прошипела я. Маг замер. При виде его массивной и крепкой фигуры я почувствовала себя неуютно, ощутив свою слабость и беззащитность перед ним. Высокий, широкоплечий, с узкими бедрами и крепкими, рельефными мышцами. Он явно не сидит на одном месте и заработал такое тело в результате постоянных физических нагрузок.
– Да с чего ты это взяла?! – раздраженно спросил Лан. – Зачем мне убивать ту, которая способная вытащить меня с того света?! Я защищу тебя так, как не сможет никто в этом мире! За малейшую царапину буду сносить голову без разбирательств!
– Ты что, император, чтобы сносить головы? – буркнула я, грустно усмехнувшись. Он готов пообещать мне луну с неба, лишь бы заполучить мой дар. – Ты не понимаешь, – вздохнула я и, опершись о стену, опустилась, прижав колени к груди. Стоять очень сложно. – Мы, нимфы, как наркотик для вас, магов. Особенно для темных. Гейнэ манит вас, притягивает. Вы стремитесь получить её как можно больше, но нимфы не могут давать её слишком много. В итоге, маг в погоне за жизненной энергией убивает нимфу. Всегда.
– Не понимаю, – помотал головой Лан и встал на одно колено, сложив руки на бедре. – Если ты сама можешь контролировать поток энергии, как ее можно из тебя вырвать?!
– Сексом! – рявкнула я, не выдержав. – Смесь магии и возбуждения открывает магу полный доступ к потоку Гейнэ, и он впитывает её полностью, не оставляя ничего для самой нимфы. Ты можешь оградить меня от всего мира и завалить подарками, но тебе самому будет хотеться всё чаще питаться Гейнэ. Однажды ты возьмешь слишком много. Тогда я умру.
– Гретта, а что будет, если ты просто излечишь мага? – прищурился Лан. – То есть, дашь ему свою энергию, без провоцирования возбуждения?
Я наградила мужчину злым взглядом. Что значит «без провоцирования»? Я никого никогда не провоцировала! Хотя… Что толку ему доказывать? Он явно принадлежит к высшей аристократии. Для него такая нищенка, как я – не женщина.
– Один раз вкусив Гейнэ, маг уже не отвяжется, – грустно сказала я скорей самой себе, чем ему. – Выследит, найдет и будет просить ещё.
– Я не ощущаю никакой жажды, – пожал плечами Лан. – Я хочу забрать тебя, чтобы изучить и защитить. Ты можешь принести огромную пользу народу. Я могу сделать так, что ты будешь излечивать людей, как диктуют тебе инстинкты, и пусть хоть кто-то попробует хотя бы посмотреть на тебя с вожделением. Лучшие маги обследуют твой дар. Неужели ты хочешь всю жизнь провести в этой глуши, в нищете и постоянному страху, что тебя найдут?
– Я просто хочу жить, – мой голос дрожал. – Ещё ни одна нимфа не смогла жить сколь-нибудь долго в мире магов. Оставь меня! Уйди из моего дома! – устав объяснять ему то, что для меня являлось очевидной истиной, я повысила голос. Лану это явно не понравилось. Я заметила, как на его лице промелькнула тень, выдавшая внутреннее негодование. Явно не привык, чтобы женщина смела дерзить. Раньше я никогда не грубила людям, и даже если меня обвешивали на рынке, всегда общалась вежливо, а тут…сорвалась.
– Послезавтра утром мы отправляемся в путь, – отрезал маг с каменным лицом. – Я боюсь перемещать тебя через портал. Бездна его знает, как ты на это отреагируешь. Поедем в столицу. И это не обсуждается! – осадил меня он, вставая на ноги. – Ты сама не понимаешь, каким богатством наделила тебя природа, а потакать суевериям необразованной девчонки я не намерен! – с этими словами Лан решительно приблизился и, наклонившись, без малейшего напряжения поднял меня с пола. Я была так слаба, что не могла сопротивляться. Маг уложил меня на кровать и накрыл теплым покрывалом. – Советую тебе как можно больше отдыхать и спать. До ближайшего города на лошади будем добираться долго, – эта фраза прозвучала гораздо более мягко. Лан поубавил агрессивности и вновь начал проявлять доброту. Мне это совсем не нравилось. Находиться с ним в одном помещении мне крайне некомфортно. – Есть хочешь? – вздохнул Лан, изобразив нечто вроде слабой улыбки.
– Хочу, – буркнула я, прикусив язык, чтобы не сказать, что принимать еду из его рук мне противно. Прикосновения, случайные касания, вообще какие-либо физические взаимодействия были мне крайне неприятны. Хотелось отгородиться, избавиться от внимания мага. Меня не покидало ощущение испорченности и оскверненности, словно меня облили грязью.
– Держи, – к моему изумлению, Лан протянул мне…сдобную булочку. Настоящую сдобную булку! Свежую, румяную, мягкую, как вата. Я неуверенно приняла её, смотря на сладость как на настоящую драгоценность. Я даже не помню, когда последний раз ела булочки. Кажется, позапрошлой весной. В основном я питаюсь тем, что выращиваю сама или дарами леса. Иногда покупаю что-то на базаре в деревне. Мука слишком дорогая, соответственно, и выпечка из неё тоже. Я очень редко пеку лепешки, в основном на праздники, а уж о том, чтобы замешивать сдобу, и речи быть не может. Это могут позволить себе лишь зажиточные крестьяне. После смерти мамы Кайл купил для меня булочку, и вместе с ним мы разделили её на сороковой день.
– Благодарю, – прошептала я, не в силах отказаться. После того, как я съедаю мучные изделия, всегда ощущаю прилив сил. Это то, что мне сейчас нужно.
Отвернувшись к стене, я накрылась одеялом и тихо уплетала булочку. Я откусывала маленькие кусочки и тщательно разжевывала каждый, чтобы прочувствовать вкус и растянуть удовольствие. Это помогло. Постепенно у меня прошло головокружение, притупилась слабость, и я смогла поспать.
Глава 7
Разговор с нимфой расстроил императора. Он начал обустраивать себе спальное место на печи, то и дело недовольно косясь на кровать. Гретта укрылась покрывалом почти полностью, отвернувшись к стене. Над подушкой едва виднелась макушка головы, которая вздрагивала в такт жевательным движениям.
«Хомяк» – про себя обозвал её Лан, но вторую булочку положил на стол. Всё же одной она вряд ли наестся, а силы нужно восстанавливать.
Когда император залез на печь, нимфа уже спала, покрывало мерно вздымалось над кроватью. Лан поймал себя на том, что вместо размышлений об удивительном даре нимфы испытывает необъяснимое раздражение. И причина этого ясна и понятна – отсутствие справедливости! Именно это всегда бесило его больше всего. Разве можно, обладая столь ценным даром, жить в глуши и прятаться от общества? Эта девочка может спасать сотни жизней, излечивать тех, кому не в состоянии помочь даже лучшие целители. И при этом она прячется…
Лан обнаружил в себе ещё одно несвойственное ему чувство – вину. Глубоко внутри он понимал, что обидел нимфу. То, как она смотрела на него, просила не прикасаться, то и дело пытаясь отдалиться, говорит об одном – девушка боится Лана. Хоть она и старалась это скрыть, но он почти физически ощущал страх Гретты и её беззащитность перед ним. Однако, император не спешил раскаиваться и просить прощения. Слишком часто женщины пытались обмануть его и сыграть на чувстве вины и жалости. Извиниться он всегда успеет.
Закрыв глаза, Лан прислонился спиной к стене и медленно вдохнул воздух. Самые неприятные мысли лезли в голову, и скрыться от них невозможно. Да и не нужно. Пора посмотреть правде в глаза: всё указывает на то, что нападение зверя нижнего мира было организовано кем-то из его приближенных. Такое существо не могло само проникнуть в верхний мир и оказаться в том самом месте в то самое время. Лан даже подозревал, что монстра специально натравили на него. Остается главный вопрос: кто? На такое способны человек десять-пятнадцать, и в верности каждого императору не приходилось сомневаться до этого дня.
Лан потер переносицу, ощущая знакомое чувство горечи где-то в глубине грудной клетки. Его вновь предали, на этот раз самым жестоким образом. Провести зверя на территорию поместья мог только свой, приближенный. Если бы не божественное вмешательство и появление в его жизни нимфы, император был бы мертв. План предателей оказался безупречным. Вызов зверя из нижнего мира требует прорву энергии, так что, возможно, действовал не один, а группа высших темных магов.
Тем ценнее для него эта девочка. Нужно как можно скорее доставить её во дворец, окружить самой надежной охраной и доверить изучение необычного дара лучшим магистрам, предварительно взяв с них клятву о неразглашении. Лан улыбнулся, представив, какие перспективы открываются перед ним. Безупречное здоровье. Полностью наполненный резерв магии. Сила. Он укрепит свою власть так, как не удавалось ещё никому из предков. Назло предателям.