Алисия Дэй – Вампир в Атлантиде (страница 49)
Она сдвинула их с дороги, наклонилась над капсулой и приготовилась делать Брандацее искусственное дыхание.
– Райли, подойди и приготовься делать дыхание рот в рот, если она перестанет дышать.
Брандацея издала ужасный стон и вновь выгнулась дугой. Свет, окутывавший тело несчастной, исчез. Лицо, более не освещенное магическим сиянием, приобрело мертвенный серо-голубой оттенок, словно у трупа, отошедшего в мир иной несколько дней назад.
Райли на секунду отшатнулась при виде Брандацеи, а затем припомнила порядок действий и приступила к искусственному дыханию, в то время как Кили ритмично надавливала на грудную клетку девы. Минута шла за минутой, и Райли потеряла счет времени, как вдруг раздался голос Эрин:
– Райли! Райли, хватит. Надежды больше нет. Слишком много времени прошло. Остановись, Райли.
Райли подняла голову и увидела, что все смотрят на нее. Кили прекратила реанимацию. Все, включая Гораса, плакали. Еще ничего не понимая, Райли взглянула на Брандацею и увидела мертвый взгляд ее широко раскрытых глаз, вперившихся в пустоту.
Принцесса покачала головой, словно пытаясь изменить реальность своим неприятием.
– Нет. Нет, нет, нет! Не верю, что она мертва. Только не из-за меня. Нет.
Эрин взяла подругу за руку и попыталась оттащить от капсулы, но Райли грубо ее оттолкнула.
– Нет! Мы должны попытаться еще раз! Попробовать что-то другое. Эрин, достань побольше изумрудов, алмазов или чего там еще. Пой громче. Кили, начинай реанимацию. Она еще не мертва, она…
– Ее больше нет, ми амара, – раздался голос Конлана, и сильные руки мужа обняли Райли, увлекая прочь от ложа Брандацеи.
Супруга сопротивлялась ему изо всех сил.
– Нет! Пусти меня. Я справлюсь. Это все моя вина, я велела открыть крышку, лишила ее защиты. Мы должны были попытаться, но вина целиком на мне. И я должна все исправить. Должна спасти ее. Я должна…
– Ты не можешь, любовь моя. Есть вещи, которые не исправишь.
На мрачном лице Конлана застыло грозное выражение скорби и отчаяния. События прошлой ночи прочертили глубокие морщины вокруг его глаз, и в какой-то момент Райли осознала, что обязанности Верховного принца попросту убивают мужа.
– Ее больше нет. Все, что нам осталось – это найти «Император» и спасти остальных.
Райли захотелось прижаться к нему и разрыдаться, но она заставила себя стоять прямо. То, что произошло, – ее рук дело. И вся ответственность лежит на ней. Это ее ошибка.
– Мы должны ей помочь. Похороним ее достойно. – Райли произнесла это твердо, голос почти не дрожал. Разве что чуть-чуть.
– Нет, принцесса, – мягко возразил Горас, – посмотрите.
Она опустила взгляд на хрустальную капсулу и увидела, что Брандацея исчезла. Растворилась, как будто ее тут и не было.
– Без укрепляющей магии все прошедшие столетия разом отразились в ней, и дева исчезла, превратившись в прах, как было бы, живи она и умри много веков назад, – пояснил Горас.
Райли подошла к капсуле, стоящей рядом с саркофагом Брандацеи, и взглянула на покоящуюся в ней золотоволосую женщину. Мерлина.
– Мы не потеряем тебя, Мерлина. Ни тебя, ни Гвен, ни Хелену. И неважно, какой будет цена.
Конлан взял жену за руку.
– Клянусь, мы сделаем всё, что в наших силах.
– Знаю, потому что иду с тобой, – ответила Райли.
Конлан покачал головой, но Райли, подняв руку, предупредила дальнейшие возражения.
– Вэн говорил, что не может выйти на след Серай, а я – эмпат, поэтому могу почувствовать ее эмоции даже в том случае, если все ваши усилия окажутся тщетными. Мы должны найти ее и «Император», Конлан, и я собираюсь помочь.
Конлан так сжал челюсти, что на скулах заиграли желваки, но в конце концов кивнул.
– Может, ты и права. Что ж, приступим, не откладывая. Посмотрим, сможем ли отыскать ее след. А потом я вернусь к Вэну и воинам.
Он воззвал к порталу, затем повернулся к остальным.
– Мари, Эрин, Кили, Горас, не вините себя за то, что произошло. Предпринять что-то было необходимо, и лишь у вас четверых хватило мужества попытаться.
– Спасибо за добрые слова, Конлан, но Брандацее ими не поможешь, – сказала Мари с бледным печальным заплаканным лицом. – Ответственность за все эти смерти целиком лежит на нас.
Эрин и Кили кивнули, а Райли захотелось закричать.
– Да какая сейчас разница, кто виноват? Важно лишь одно: мы должны прекратить это прежде, чем умрет кто-нибудь еще. Пошли. Вызывай портал, Конлан!
Муж повернулся к ней, сдвинув брови:
– Я уже вызвал. Он должен вот-вот…
Они одновременно посмотрели туда, где должен бы уже мерцать овальный вход в портал. Там ничего не было.
– Да ладно, – медленно начал Конлан, – неужели опять…нет. Только не сейчас.
Он вновь позвал портал, на этот раз громче.
– Портал, внемли моему призыву. Откликнись на зов принца Атлантиды.
Заклубился серебристый туман, и Райли вздохнула с облегчением.
Затем из туманного овала раздался женский голос:
– Определенно принц, однако ты так несведущ в вопросах собственного наследия. Да будет тебе известно: я не нуждаюсь ни в каких призывах и появляюсь лишь тогда, когда считаю необходимым.
– Что-то рановато я расслабилась, – произнесла Райли, уперев руки в бока. – Да можем мы хоть день прожить без того, чтобы что-то не шло наперекосяк? Слушай, портал: здесь умирают женщины. А ты решила покапризничать? Я что, должна ругаться с хваленым лифтом?
Райли сознавала, что срывается на истерику, но ничего не могла с собой поделать. Только что она послужила причиной гибели женщины, а теперь вынуждена препираться с каким-то паршивой дверью?
– Я не хотела причинить вам страдания, принцесса Атлантиды, но боюсь, вы не совсем понимаете наши законы, – ответил портал, очертания которого изменились: теперь это была стройная женщина, чуть выше самой Райли. – Меня создали сами боги, и назначение мое – проверять, достоин ли человек возложенной на него задачи. Когда Атлантида исчезла в морской пучине, Посейдон подчинил меня своей воле, и долгие годы я копила в себе горечь и раздражение и все же смирилась с ролью портала, или «хваленого лифта», как вы меня назвали.
И тут Райли сделала то, чего никогда не думала сделать. Она извинилась перед дверью.
– Простите. Я не понимала… Мы все так подавлены, после смерти Брандацеи…
– Не утруждайтесь, поскольку я не извиню и не пощажу вас, – ответил портал, или женщина, или адское отродье – как ее еще назвать.
Райли бросила взгляд на Эрин, в надежде, что ведьма хоть что-то понимает, но та лишь пожала плечами.
– Моя магия здесь бессильна. Прости, – прошептала Эрин.
– Ты мудро поступаешь, не пытаясь препятствовать мне, ведьма, – сказал портал, указывая на Эрин. – Меня забавляет твое присутствие, и уничтожать тебя было бы жаль. Правда, теперь мое сожаление, как и другие эмоции – не более чем слабое эхо прежних чувств.
Конлан выступил вперед, встав между порталом и Райли, и низко поклонился.
– Сударыня, мы ценим честь, оказанную нам вашим посещением, и стыдимся того, что ничего не знали о вашем существовании и целях.
В ответ раздался смех портала. Резкий, серебристый смех, похожий на звон стеклянных колокольчиков. Райли аж передернуло.
– Как хороши твои учтивые слова, Конлан из Атлантиды, особенно в сочетании с таким приятным лицом. Но очаровать меня не удастся. Я не дам тебе пройти, пока испытание, назначенное Серай, не закончится, каким бы ни был результат.
Райли оттолкнула Конлана.
– От того, найдем ли мы «Император», зависят жизни. И все равно, кто ты и сколько тебе лет – ты не имеешь права обрекать этих женщин на смерть по собственной прихоти.
Свет портала заколебался, фигура склонила голову.
– Я ответственна за их смерти не более, чем вы. Решение этой задачи предоставлено Серай. Ее успех или поражение зависят лишь от нее самой. То же относится к Аларику из Атлантиды и Джеку из почти исчезнувшего племени тигров-оборотней. Каждому предстоит свое испытание. Близится время последнего противостояния, Конлан, и боги назначат меня определять, достойны ли те, кто поддерживает тебя в твоих усилиях по подъему Атлантиду на поверхность, возложенной на них миссии.
– Что? Что там насчет Джека? Ты видела мою сестру? – Райли сомневалась, разумно ли задавать вопросы древней твари, состоящей исключительно из света и паршивого характера, но ее это мало волновало.
– Пока прощайте, лорды и леди Атлантиды. Я должна следовать по другому маршруту: некий тигр оставил часть души в моих владениях. На время своего отсутствия я оставляю вам магию портала, но он не отзовется на ваш зов, пока Серай не закончит свое испытание.
– Остановись! Ты не можешь вот так уйти. Нам необходимо…
Но портал не интересовали нужды Райли, равно как и всех остальных. Только что эта световая женщина несла какой-то вздор про тигриную душу, и вот ее уже нет. Исчезла. Перегорела, как дешевая лампочка.