Алисия Дэй – Вампир в Атлантиде (страница 40)

– Звучит жутковато, но только из-за того, насколько ты легкомысленно к этому относишься, – ответил Дэниел, насмехаясь над тем, каким идиотом он все же оказался. Придумывает себе красивые оправдания, собираясь совершить отвратительную, просто чудовищную вещь.

– Дэниел, у нас с тобой на двоих одно задание, мы – две части целого, несправедливо разлученные так много лет назад. Наша судьба – быть вместе, а не поодиночке. Разве это плохо, если ты можешь сделать сильнее меня, а я – тебя?

Серай наклонилась к Дэниелу и прижалась губами к его губам, словно пытаясь убедить вампира в истинности своих слов. Он не мог позволить себе поверить… но все же в ее доводах был смысл.

– Обычно я не настолько слаб, – сказал Дэниел, отстраняясь. – Но Джастис попал мечом как раз туда, куда прошлой ночью меня ранил вампир. Думаю, мои внутренние органы еще не успели полностью восстановиться.

– И ты не пил кровь с того момента, как нашел меня?

– Только однажды, – признался Дэниел.

Глаза Серай сузились.

– Она была красивой?

Несмотря на критическое положение, Дэниел рассмеялся.

– Он был большим, обгоревшим на солнце туристом с надписью «Аризона создана для любовников» на футболке. И я взял совсем немного крови.

Серай наклонила голову и перекинула волосы на одно плечо, открыв для него шею. Жест был настолько чувственным и соблазнительным, словно принцесса разделась перед любимым, и дыхание вампира участилось, несмотря на всю его решимость не совершать чудовищного поступка.

– Пожалуйста, Дэниел. Пожалуйста, помоги мне спасти сестер, – прошептала она, и вся стойкость вампира обратилась в прах, как и хрупкие останки давным-давно позабытых принципов.

Клыки Дэниела удлинились. Он изо всех сил сдерживал жажду, кричавшую в нем, требовавшую выпить кровь Серай, всю, до последней капли, овладеть ею, забрать все.

– Я возьму немного. Только чтобы залечить рану.

– И чтобы набраться сил перед тем, что ждет нас впереди. Наверняка встретится еще кто-нибудь, кто попытается остановить нас, – произнесла Серай, посмотрев на вампира своими невообразимо прекрасными глазами. – Я доверяю тебе, Дэниел. Может быть, даже больше, чем ты доверяешь себе сам.

– Это не так уж сложно. – Он все еще не мог поверить, что собирается укусить ее, но принцесса была права. Если они не наберутся сил, их миссия обречена, и Серай умрет.

Или же он просто обманывает себя. Впрочем, это уже не имело значения. Дэниел не мог сопротивляться и себе, и Серай. Он собирался уступить.

Вампир наклонился ближе к любимой и добавил во взгляд слабую волну принуждения, обращаясь к магии ночных странников, чтобы вместо боли Серай почувствовала удовольствие, когда его зубы проткнут кожу на ее шее.

Теряя над собой контроль, принцесса вздохнула, мечтательно улыбнувшись вампиру.

– О, Дэниел, я снова хочу почувствовать себя живой, с тобой, прямо сейчас. Это нормально?

Ее улыбка снесла последние бастионы защиты его сердца, и Дэниел сдался – душой и телом. Он принадлежал ей, а она ему. Разве есть лучший способ укрепить эту связь?

Нежно поцеловав Серай в шею, вампир вонзил клыки прямо над точкой, где бился пульс. Ее кровь невозможно было сравнить ни с чем, что Дэниел когда-либо пробовал, а вкус просто не поддавался описанию. Пряный,

бодрящий, освежающий. Словно фонтан чистой магии вливался в тело вампира. Приходилось изо всех сил бороться с жаждой крови и собственными чудовищными инстинктами, чтобы пить понемногу, ровно столько, сколько требовалось организму для лечения и восстановления.

Дэниел аккуратно зализал ранки на шее Серай и прислонился лбом к ее лбу.

– Спасибо, ми амара. Ты оживила меня, красавица моя.

Атлантийка обессилено привалилась к его плечу, и сердце Дэниела подскочило в груди от страха, что даже небольшое количество крови, которое он выпил, могло стать для нее фатальным, учитывая, насколько Серай уже была слаба.

– Счас моя очредь? – невнятно спросила она. – Я, кажтся, ч-чуточку опьянела.

– Да, теперь твоя очередь. Подожди секунду. – Дэниел лихорадочно разорвал рукав рубашки, спеша добраться до кожи, и впился в свое запястье. Он приподнял голову Серай, чтобы она не подавилась, и осторожно прижал руку к ее рту.

Секунду Серай колебалась, но не стала сопротивляться и, прижавшись к порезу губами, начала пить. Дэниел смотрел на любимую и видел, как морщинки, появившиеся на прекрасном лице от напряжения и усталости, разглаживаются и исчезают. Меньше минуты Серай пила его кровь, но Дэниел уже почти сошел с ума от чувственности происходящего. Он и прежде отдавал свою кровь, но такого восторга не испытывал никогда. Сильнейшие афродизиаки не сравнились бы с ощущением губ Серай, прижимавшихся к его коже, с тем, какой вид открывался на ее горло, когда она пила. Каждый нерв в теле вампира звенел, когда он чувствовал, как кровь переливается из его запястья ей в рот.

Если они однажды обменяются кровью во время занятий любовью, Дэниел, наверное, просто умрет от чистого удовольствия.

Серай оторвалась от его запястья, и вампир зализал ранку быстрым движением языка. Принцесса улыбнулась, и это была улыбка женщины, хорошо удовлетворенной своим мужчиной. Улыбка настолько чувственная и соблазнительная, что вампиру потребовалась вся сила воли, чтобы не сорвать с любимой одежду и не заняться с ней сексом прямо здесь, на голой земле.

– Я себя чувствую намного-намного лучше, – заявила Серай, все еще улыбаясь. – Все еще будто немного пьяна, но в хорошем смысле. Я словно могу пройти тысячу миль и победить тысячу врагов.

– Да, кровь вампира иногда оказывает такой эффект, – объяснил Дэниел, улыбаясь в ответ.

– А в остальном? Это всегда настолько… сексуально? – Серай прикусила губу, словно боясь услышать ответ.

– Нет, никогда, – твердо заверил вампир. – Я никогда не испытывал ничего подобного, пробуя чужую кровь или отдавая свою собственную. Обычно ощущения такие же, как если бы ты выпил стакан сока.

Она захихикала – действительно захихикала, и Дэниел возблагодарил всех богов, которые его слышали, за то, что бредовый план сработал. Но Серай быстро пришла в себя и серьезно сказала:

– Мы должны идти, Дэниел. Прямо сейчас. Я чувствую «Императора» сильнее, чем когда-либо прежде. Его сила возрастает, словно… это странно, я знаю, но словно камень начинает злиться из-за того, что его используют не по назначению. Как думаешь, в этом вообще есть смысл?

– Эта вещь принадлежит богу, Серай. Ни одну возможность нельзя исключать. Думаю, чем страшнее вариант, тем вероятнее.

Дэниел помог ей подняться и поцеловал – страстно и долго, потому что удержаться оказалось настолько же тяжело, как не дышать. В нем бурлила энергия ее крови – мощная и яркая, и вампиру казалось, что теперь он мог бы сразиться за этот камень с самим Посейдоном.

– Ты слышишь? – Серай осмотрелась с чистым благоговением на лице. – Звуки ночи. Теперь они такие четкие. Это потому что я пила твою кровь? Тебе всегда кажется, что они настолько прекрасны, словно сами твои мечты превратились в музыку?

– Я помню, как когда-то давным-давно обостренные чувства ночного странника казались мне волшебными, – ответил Дэниел. – Но никогда они не были настолько сказочными, как теперь, когда ты здесь и можешь разделить их со мной.

– Мы можем узнать мир вместе, Дэниел. Когда это приключение закончится, и мои сестры окажутся в безопасности. – Как легкомысленная девчонка, Серай рассмеялась и закружилась, раскинув руки широко в стороны. – Весь мир! Что скажешь?

– Как пожелаешь, – ответил вампир и улыбнулся, вспомнив другую принцессу – из фильма, который они как-то смотрели с Вэном. – Я могу быть ужасным пиратом Дэниелом.

Серай перестала вертеться и недоуменно посмотрела на спутника.

– Что? Пиратом?

Дэниел рассмеялся.

– Длинная история, расскажу как-нибудь в другой раз. А теперь, может, ты свяжешься с Конланом и Вэном, чтобы они уже поторопились и…

– Нет! Я не стану звать их и не отвечу на их зов. Я им не доверяю. – Серай подхватила с земли рюкзак и пошла прочь так быстро, что казалось, будто она вот-вот побежит.

Вампир бросился за ней.

– Как это – не доверяешь?

– Они, вероятно, подозревали, что лорд Джастис собирается на нас напасть. Может, даже приказали ему так поступить. Я им не доверяю. Откуда нам знать, какие еще у них тайные планы? Если мои сестры умрут из-за каких-то политических маневров или из-за чего там еще за нами втихую послали Джастиса, то Конлан и Вэн заплатят за это. Я обрушу на них всю магию, какая у меня только осталась.

– Но мы же не знаем, вдруг Джастис действовал по собственной инициативе. Кроме того, нам нужна любая помощь, на которую мы можем рассчитывать. Я не буду рисковать твоей жизнью, Серай. – Еще только произнося это, Дэниел уже понимал, что его слова бесполезны. Принцесса даже не слушала – но он все-таки должен был попытаться.

Атлантийка окинула его раздраженным взглядом, и он понял, что не ошибся – Серай решительно вздернула подбородок, как бывало каждый раз, когда она что-то для себя окончательно решила.

– А я не буду рисковать твоей. Рана, нанесенная этим мечом, могла стать для тебя смертельной, и я виню в этом Верховного Принца Морских удобрений. Мы продолжим путь сами. Теперь, когда я настолько сильнее, я смогу магией скрывать наши следы и свое присутствие от других атлантийцев даже на ментальном уровне. – Серай ненадолго замолчала и взяла спутника за руку. – Я чувствую, Дэниел, все идет именно так, как и должно. Пожалуйста, мне нужна твоя помощь.