Алишер Бекет – Сэхсвет (страница 87)
Основная часть Экспедиции, сосредоточенная в облаке Оорта Тау Глиссе, получила приказ немедленно двигаться к Земле. Корабли один за другим покидали чужую звёздную систему, возвращаясь домой.
По крайней мере, полтора века человечество сможет дышать свободно.
Совет обсуждал план дальнейших действий.
– Мы не можем ждать Рэя вечно, – сказал Нори Сато. – Мы рискуем каждую секунду.
– Мы уйдём перед самым концом. Осталось несколько часов.
– Орлана, мы все знаем, какие чувства ты к нему испытываешь, но…
– Мои чувства к Рэю здесь ни при чём, – короткой вспышкой отрезала женщина. – Если понадобится, мы улетим без него. Но нужно дать ему больше времени. Он скоро доберётся, я знаю.
Вскоре на полюсе, в серверных, начали появляться признаки жизни. Совет совместными усилиями посылал короткие телепатические импульсы, наблюдая за происходящим.
Судя по отрывочным образам, взятым из головы Мэйтта и ещё нескольких человек, сумасшедшая сектантка собиралась принести Кросстана в жертву Великому Старцу, а Мэйтт хотел помешать ей. Разум сумасшедшей оказался наглухо задраен – едва коснувшись его, советники испытали чудовищную боль и прекратили попытки. Связь женщины с полем – намного сильнее, чем у Мэйтта, – была просто невероятной, как и вещи, которые она творила.
– Надо помочь ему, – сказал Максим, когда в серверных забушевало пламя. Рэя всё ещё не было.
– Зачем? – спросил Альтера. – Если ей удастся убить Кросстана…
– …то мы всё равно покинем Редим. Экспедиция окончена. Пускай хоть последнее наше деяние можно будет назвать хорошим.
– Единогласно.
Орлана, как обычно, встала на остриё мысленного сигнала, полетевшего через прокол в поле. Когда мысль коснулась разума Мэйтта, вспыхнула боль. После короткого разговора телепатическая связь Совета разорвалась.
Истекали последние минуты, а Рэй так и не появлялся. Когда связь восстановилась, Орлана отдала приказ покинуть систему Тау Глиссе.
Но этому не суждено было случиться. Бушующее поле Редима проявилось в материальном мире, в видимом спектре.
На всех экранах и во всех иллюминаторах вдруг вспыхнула картинка – огненный шар на месте планеты. Впрочем, шаром его назвать было трудно. Поверхность постоянно менялась и деформировалась, появлялись странные фигуры, плоскости и линии, не укладывающиеся ни в какую чёткую структуру.
– Это же… – прошептал Лу Альтера, наблюдая за красочной катастрофой.
– Что?
– Поле двигается в высших измерениях, – сказал Альтера и мысленно нарисовал несколько картинок. – Когда трёхмерный объект проходит через двумерную плоскость, сам объект не виден для населяющих её гипотетических существ. Они видят только проекцию, воспринимая её как деформацию. Примерно то же мы видим сейчас перед собой: четырёхмерное поле – или n-мерное – двигается сквозь наш трёхмерный мир. Если это так, нам лучше…
Договорить он не успел. Сферическое поле начало расти в размерах, заполняя видимое пространство.
– Улетаем, быстро! – отдала команду Орлана в реальном времени. Капитан «Магеллана» запустил двигатели, но слишком поздно: один из протуберанцев уже нёсся к кораблю. Последнее, что увидела Орлана, было крохотное пятнышко «Эльдара-1», который на какие-то километры разминулся с другим протуберанцем и исчез из поля зрения.
А затем огненная волна прошила насквозь «Магеллана» и «Колумба», полностью уничтожив их.
Поле продолжало расти. Правда, теперь оно не было соткано из огня. Сфера захватила все три спутника, потом двух ближайших соседей – газового гиганта и небольшую каменистую планетку, а затем и звезду Тау Глиссе. Остановился рост поля только на самом краю облака Оорта.
Для наблюдателей с Земли исчезновение звёзд с неба – не редкость. Звезда без вспышки может превратиться в чёрную дыру, либо звезда может оказаться и не звездой вовсе, а всего лишь вспышкой сверхновой, которая со временем гаснет и исчезает. Но когда через несколько десятков лет разведывательный корабль человечества решил проверить состояние Редима, экипаж обнаружил, что вся система Тау Глиссе бесследно пропала, оставив после себя только вакуум. Редим стал недосягаем ни для кого.
По крайней мере, ни для кого из этой Вселенной.
Часть 4. Сэх, Сэхсвет
Глава 0
Ему отказали в смерти.
Что-то нарушилось в устройстве странной, но хорошо работающей машины. Рождение – жизнь – смерть, так было всегда. Отрезок между крайними точками мог быть длинным или коротким, это единственная составляющая, которая могла меняться. Но сами крайние точки постоянны. Жизнь не могла начаться без рождения, так же как и не могла не закончиться смертью. Если одна из этих аксиом нарушалась – очевидно, что-то пошло не так.
По крайней мере, Кросс был уверен, что когда-то родился. Да, о факте собственного рождения он знал только с чужих слов, но они хотя бы подкреплялись документально: ультразвуковые исследования, медицинские записи, детские фотографии… всё это, конечно, легко подделывается, но это путь в никуда. Так можно дойти до того, что не существует вообще ничего. Пусть этой проблемой занимаются философы.
После того как умер Мэйтт, а вместе с ним и все остальные люди в мире, Кросс долго сидел без движения, прислонившись к холодной перекладине. В голову лезли отстранённые мысли, которые он обычно прогонял прочь, не давая им надолго укорениться в сознании. Но теперь, когда торопиться некуда, можно и поразмышлять о разном.
Нет, конечно же, Кросс не был бессмертным. Наверное. Одно усилие уставшего тела, рывок через стальной поручень – и притяжение сделает свою работу, расплескав тушку по металлическому полу. Или взять парализатор законника, приставить к глазнице и нажать на спуск?
Мгновение Кросс раздумывал, поглядывая через плечо. Он не собирался прыгать, но изо всех сил убеждал себя, что вот-вот сделает это. Тело отреагировало – горло пересохло, конечности стали ватными и почти перестали слушаться. Добившись чего хотел, Кросс вновь откинулся на перекладину. У него не было суицидального комплекса, и даже в этой ситуации он не собирался заканчивать жизнь так. Успеет ещё, время есть.
Кросс захотел пить. Жажда атаковала неожиданно и с таким напором, что ему пришлось подчиниться позыву. Кросс схватился рукой за поручень и зашипел – культя пальца взорвалась болью. Вот чем он займётся в ближайшее время – сделает себе искусственный мизинец. Если уж умирать, то целым.
Здоровой рукой Кросс коснулся плеча Мэйтта:
– Спасибо. Надеюсь, ты сейчас с ними.
Кросс доковылял по скрежещущему мостику до лестничного пролёта и начал медленный спуск. С каждым поворотом воздух становился холоднее, и Кросс активировал термоимплант. Индикатор в уголке глаза показывал, что тепла обеспечено только на пару часов. Вполне достаточно, чтобы добраться до вокзала.
Но сначала – пить.
Оказавшись на первом этаже, Кросс через дверной проём увидел стоящий напротив выхода ТМП. Там просто обязано быть что-то наподобие мини-бара. Он избегал смотреть на изломанное тело Инес. Всё-таки, невзирая на то, что она хотела с ним сделать, Кросс помнил это тело живым и полным страсти. Видеть Инес в таком состоянии было просто… неприятно.
Через несколько минут Кросс уже обыскивал вагон. Перед входом в кабину машиниста он обнаружил панель в стене. Несколько сильных ударов ни к чему не привели. Только потом Кросс заметил серый кружок.
Панель сдвинулась в сторону, за ней обнаружилось несколько бутылок с водой, горка энергетических батончиков и россыпь освежающих леденцов, каждый в отдельной обёртке. Кросс залпом осушил одну бутылку и до половины – вторую. Никогда ещё обычная вода не была такой вкусной. Схватив пару батончиков и неначатую бутыль с водой, Кросс прошёл в середину вагона, выбрал кресло с бо́льшим количеством обивки и рухнул в него. И тут же вскочил:
– Твою мать!
Сердце бешено заколотилось в грудной клетке, в голове словно зашумел насос.
В кресле напротив сидела Сюзи.
Она выглядела в точности так же, как в самых ярких его воспоминаниях – чёрные волосы, аккуратно собранные в пучок, вечная смешинка в глазах и забавная треугольная ямочка на подбородке. Обычно с таким выражением лица Сюзи рассказывала ему об очередном эксперименте, который требовалось провести «вот прямо сейчас». Она говорила, а он слушал, любуясь её мимикой. Больше всего в мире Кросс любил эти моменты.
– Сюзи? – прошептал Кросс. В сердце нехорошо кольнуло. – Что… как…
– Я не Сюзи, – покачала головой девушка. Именно девушка – она выглядела лет на десять моложе, чем должна была быть сейчас. – Я всего лишь образ из твоего сознания, самое сильное воспоминание о дорогом тебе человеке. Не материя – идея.
Кросс потянулся, чтобы коснуться рукой щеки Сюзи и убрать выбившуюся прядь волос за ухо. Пальцы прошли насквозь. Девушка улыбнулась и поправила волосы сама.
Он просто сошёл с ума. Возможно, мир в порядке, конец света не наступил, а он сейчас лежит безобразным куском на столе, в убежище Большого Босса. И строит мир в своём разуме так же, как сделала настоящая Сюзи. Это многое бы объяснило.