Алиса Жданова – Сияние полуночи (страница 3)
– Дружище! – завопил тот из них, кто шёл первым. – Давай знакомиться! Я И Мин, а это, – он ткнул пальцем в запыхавшегося полноватого паренька за спиной, – Ю Шин.
У И Мина было живое, подвижное лицо и раскосые блестящие глаза, и он разительно отличался от своего товарища, смущённо топтавшегося на пороге.
– Лин, – осторожно сказала я и добавила: – Бэй Лин.
– Что за клан – Бэй[4]? Вы что, с севера? – требовательно осведомился И Мин и окинул беглым взглядом мою комнату, задержавшись на полупустом вещевом мешке на полу. Его нос внезапно зашевелился, как у лиса, в голосе послышалось восхищение:
– Сливовое вино! Да это никак «Нектар небожителей»?
Я проследила за его взглядом – действительно, в полуразвязанном нутре мешка виднелся белый бок керамического сосуда. Мне необходимо было выглядеть мужчиной, вот я припасла пару бутылок вина.
– Да, – осторожно отозвалась я. – Никуда без него не хожу, вдруг внезапно захочется… выпить. А потом – подраться.
И Мин почему-то посмотрел на меня с некоторой опаской – может, всё-таки не все мужчины любят драться? – но всё же уверенно заявил, хлопая меня по плечу, от чего я страдальчески поморщилась:
– Ну тогда мы придём к тебе и отметим начало учебы у воздушников, ты же не против, дружище Бэй Лин?
Я была против – вино было куплено только для отвода глаз и пить мне его не хотелось: вдруг влипну в неприятности и привлеку к себе внимание. Но возразить я не решилась, чтобы не вызывать подозрений, и только кивнула.
– Вот это щедрость и гостеприимство, подобающие благородному человеку! – похвалил меня И Мин. – Сегодня первый день, могут быть проверки, спят адепты в своих комнатах или шастают там, где не следует, тогда, когда не следует. Поэтому отметим завтра, когда уже начнётся учёба и всё будет поспокойнее.
Подхватив одной рукой под локоть меня, а второй – своего менее шустрого друга, И Мин поволок нас в столовую, по дороге непрестанно болтая. Как я поняла, они с Ю Шином прибыли сюда сегодня, как и я, однако И Мин уже успел откуда-то разузнать, где что было расположено, и тоном гостеприимного хозяина проводил экскурсию:
– Вон там библиотека, – И Мин волок нас, как на буксире, и показывал на здания подбородком за неимением свободных рук. – Вот храм предков, вот гигантский веер…
– Что за веер? – перебила я. Мы как раз проходили мимо белого каменного изваяния, изображавшего раскрытый веер, снизу доверху покрытый письменами. Что там написано, отсюда было не разглядеть.
– Символ воздушного клана, – паренёк махал рукой и, как таран, пёр дальше, увлекая нас за собой. – Вообще-то символ называется Господин всех ветров, но все прозвали его Гигантский веер. Когда пройдём начальное обучение, нам всем выдадут по вееру, и будем учиться им махать.
Я, оторопев, представила себе толпу грозных заклинателей воздуха с мечами, которых учат обмахиваться веером, как благородных дам.
– Да боевой это веер, металлический и острый, а ещё им можно кидать заклинания, – увидев моё недоумевающее выражение, сжалился И Мин и объяснил поподробнее: – Только нужно выучить специальные движения. Ты что там, на своём севере, в лесу жил? Как ты не слышал про оружие воздушного клана?
– Ну, вообще-то да, – отозвалась я. – Наша… деревня прямо в лесу. К нам и пумы заходят, и даже медведи иногда забредают.
– Здорово! – в голосе И Мина послышалась зависть. – А мы в городе росли, у нас скучно.
Ю Шин только согласно кивнул, хотя не думаю, что он бы сильно обрадовался соседству диких зверей. Скорее, просто по привычке соглашался со всем, что говорил его товарищ.
Целеустремлённый И Мин наконец-то доставил нас в столовую и снова по-лисьи задёргал носом.
– Пахнет вкусно, – объявил он и пошёл искать свободные места. Найдя свободный столик, он мигом плюхнулся на пол и замахал нам рукой, как ветряная мельница лопастями. Мы потопали к нему, Ю Шин – блаженно жмурясь от витающих в воздухе ароматов, я – радуясь, что с кем-то познакомилась и сейчас мне не нужно мучительно искать свободное место и напрашиваться в сложившиеся компании. И ещё – оттого, что меня ещё не заподозрили.
На столе уже были расставлены чашки с рисом, тарелки с печёным бататом, кукурузой и картошкой и тушённая с мясом капуста. Всё это было щедро сдобрено специями, до которых южане были большие любители, и издавало умопомрачительные ароматы. Запивать трапезу полагалось водой – чай считался слишком тонизирующим напитком для вечерней трапезы.
За ужином И Мин беспрестанно болтал, при этом не переставая уничтожать содержимое своего подноса, но не издал ни одного неприятного уху звука, на которые был мастер тот господин в зелёном из гостиницы. «Наверное, недостаточно мужественный», – решила я и тоже не стала демонстрировать ему свою мужественность, чтобы он вдруг не почувствовал себя ущербно. Ю Шин изредка поддакивал, когда И Мин оборачивался и тыкал его в бок:
– Скажи же, братец? Так и было?
– Да, – послушно кивал тот и возвращался к своей тарелке.
Я же хмыкала и говорила только тогда, когда требовалось, – было страшно с непривычки сбиться или сморозить что-то ненужное, поэтому я старалась больше помалкивать.
Внезапно негромкие разговоры затихли, и на зал, словно одеяло снега на землю зимой, упала непроницаемая тишина, среди которой отчётливо прозвучали негромкие шаги и лёгкий шелест одежд. Обернувшись, я увидела с достоинством идущего по проходу молодого заклинателя в светло-голубом, почти белом ханьфу. Черты его лица, классически правильного и не лишённого привлекательности, были наполнены такой строгостью, что ученики, мимо которых он проходил, забывали, как дышать, и только молча пялились в пол, молясь, чтобы он их не заметил. Верхние пряди волос заклинателя были забраны в пучок на макушке и украшены кольцом из лунного серебра, вторая же половина свободным пепельно-серебристым потоком стекала на спину. Я невольно затаила дыхание – сколько же в нём воздуха, если его волосы полностью окрасились в светлый цвет от мощи текущей в теле энергии? У меня вроде бы тоже немалый дар, если верить заклинателю, который проверял меня сегодня – но мои волосы тёмные, цвета свежезаваренного пуэра[5], от корней и до самых кончиков, без единой светлой прядки.
Тут незнакомец вдруг поднял на меня взгляд, и я замерла – настолько его глаза были тёмными и бесстрастными. Как глубокие озера, подёрнутые отражающей лунный свет коркой льда – обманешься, потянешься к этому серебристому сиянию и провалишься с головой в ледяную воду.
Тут я наконец сообразила, что невежливо пялюсь на незнакомого человека, и перевела взгляд в тарелку. Заклинатель неторопливо прошёл мимо и скрылся в противоположных дверях, за которыми находился обеденный зал для особо важных персон.
И Мин рядом со мной выдохнул.
– Кто это? – шёпотом спросила я.
– Фэн Хай, пример для подражания и гроза всех учеников, – еле слышно ответил тот. – У них мороз по коже от одного звука его имени! Брат главы клана, учится на последней ступени. Ты видел, он уже носит светлые одежды? А он ведь всего на несколько лет старше нас!
В клане воздушников всё было не так, как в других кланах – если в кланах земли и воды адепты низших ступеней обучения носили светло-зелёные и светло-серые одежды, а старшие ученики и наставники – яркие, то в клане Фэн начинающие ученики, вроде меня, носили одеяния насыщенного цвета цин, и только тем, кто достиг вершин мастерства, дозволялось надевать бледно-голубые и белые одежды.
Я подумала, что, для того чтобы удостоиться чести носить бледно-голубое, Фэн Хай должен был сделать что-то выдающееся: стать лучшим учеником, победить в конкурсе кланов или даже всё сразу, и невольно преисполнилась благоговением. Мне, с моими слабенькими боевыми навыками, не видать голубых одежд, даже если я задержусь в клане Фэн на пару десятков лет.
– Лучше держись от него подальше, – неожиданно добавил И Мин, и я подняла на него удивлённый взгляд – он же только что им восхищался. – Он целыми днями только и делает, что тренируется и учится, себе спуску не дает и от других требует того же. Книжный мешок[6].
В голосе И Мина восхищение странным образом мешалось с лёгким презрением: вероятно, сам он не считал учебу стоящим занятием. Я хмыкнула, пряча улыбку, – почему-то это прозвучало настолько ребячливо, что я не смогла сдержаться. В голове всплыло то, как нас муштровали в клане Белого Лотоса, где невыученный урок мог стоить жизни будущему пациенту – нещадно и безжалостно, так, что все нужные знания отлетали от зубов. Я училась не на лекаря, но мои наставницы придерживались общепринятых в клане правил – и поэтому учить мне приходилось всё и помногу.
Остаток трапезы И Мин молчал, словно воды в рот набрал, как и все остальные адепты, которые со страхом поглядывали на открытую дверь, за которой скрылся Фэн Хай, и не решались шуметь. Выражения их лиц были разными: у младших адептов – раздражение оттого, что пришлось замолчать, у старших же на лицах читалось благоговение. Интересно, что такого совершил старший адепт Фэн Хай, если те, кто его долго знает, смотрят на него, как на случайно спустившегося с небес и зашедшего на огонёк небожителя?
Пожав плечами, я быстро доела и поспешила покинуть столовую, попрощавшись с соучениками и договорившись встретиться на следующий день возле дверей общежития.