Alisa Vox – Шёпот лисицы (страница 6)

–И ты тоже.– ответил он. -До завтра.

Он ушёл, а Сон Ми осталась сидеть одна, наблюдая за медленно падающими сумерками. Её взгляд был направлен на горизонт, где уже виднелись очертания будущих строений. Внутри неё что-то менялось. Что-то, что она давно похоронила под толстым слоем цинизма и отстранённости. Дохён, этот наивный, искренний человек, пробивал её защиту, не силой, а чистотой своих намерений и своим пониманием. Он видел в ней не Кумихо, не монстра, не объект. Он видел в ней ту, кто глубоко любила животных, и это было для неё новым, пугающе приятным ощущением.

Глава 6

Строительство приюта продвигалось ударными темпами. Дохён и Сон Ми были буквально неразлучны на объекте, их сотрудничество стало почти телепатическим. Слова иногда были не нужны – достаточно было взгляда, кивка, чтобы понять друг друга. Дохён осознал, что глубоко влюблён в эту загадочную, неприступную женщину, чья душа, как он убедился, была чиста и прекрасна, несмотря на её колючие манеры. Сон Ми, в свою очередь, позволяла себе редкие, но драгоценные моменты искренности, проявляя заботу о нём, делясь своими глубокими знаниями о мире животных, которых не встретишь ни в одной книге. Её цинизм по отношению к людям оставался, но к нему, Дохёну, это не относилось. Между ними выросла хрупкая, но крепкая стена доверия.

Именно в этот период хрупкого счастья и нагрянул шторм.

Юн Сон У, отец Дохёна, был человеком старой закалки. Для него бизнес был религией, прибыль – целью, а семейные традиции – незыблемым законом. Он долго закрывал глаза на “детские увлечения” старшего сына, считая это временной блажью. Но когда масштабы проекта “Надежда” перестали быть “копеечными пожертвованиями” и стали требовать серьёзных активов, а Дохён всё больше времени проводил не в офисе компании, а на какой-то “строительной площадке для бродячих собак”, терпение патриарха лопнуло.

Утро началось с резких звонков от отца, которые Дохён игнорировал. В конце концов, он получил гневное сообщение: “Приезжай в офис. Немедленно. Или я сам приеду в твой рассадник бездомных зверей.” Дохён знал, что шутки кончились.

Когда Дохён вошёл в кабинет отца, тот был уже багровым от гнева, а его младший брат Доджин сидел напротив, с притворной заботой на лице, но с торжествующими искорками в глазах. Он определённо “помог” отцу раскрыть все детали проекта “Надежда”, предоставив выписки со счетов и фотографии со стройки, что подчёркивало его роль в “срыве покровов”.

–Ты что, совсем из ума выжил, Юн Дохён?! – голос отца прогремел по кабинету, разносясь эхом по полированным стенам с инкрустациями. – Приют?! Для бездомных животных?! Ты тратишь десятки миллиардов вон на… на собак и кошек?! На то, что не принесёт ни единой прибыли, ни одной акции, ни одного клиента?! Мы живём в условиях жесточайшей конкуренции, каждый вон должен работать!

–Отец, это не вопрос прибыли, это вопрос… – попытался Дохён, его голос был поразительно спокоен, учитывая внутреннюю бурю.

–Это вопрос здравого смысла, которого у тебя, по-видимому, нет! – перебил Юн Сон У, ударив кулаком по столу из красного дерева. – Ты – старший сын и наследник этого конгломерата! Твоё место здесь, за этим столом, а не на какой-то грязной стройке! Я приказываю тебе, немедленно сверни эту бессмысленную деятельность! Иначе я сам этим займусь. И поверь мне, мне не составит труда прикрыть твой приют еще до открытия. Мы владеем всей землёй в том районе, и мы можем отозвать все разрешения. Это будет груда разбитого бетона и сломанной арматуры. Куча металлолома и снесённых стен. И ни одной лающей собаки!

Дохён почувствовал, как внутри него всё сжимается. Угрожать ему было одно, но приюту… его надежде… это было невыносимо. Он годами боролся за это, за свою самостоятельность.

–Папа, ты не можешь так поступить! Это навредит репутации компании!

–Репутация компании зависит от её финансовых показателей, а не от приютов для бездомных тварей! – отрезал отец. -Твоя мать места себе не находит – позор для семьи, что её старший сын тратит время на что-то столь никчемное!

На лице Доджина появилась ехидная ухмылка. Он наслаждался происходящим, потягивая свой кофе, словно это был театральный спектакль.

–И это ещё не всё. – голос отца понизился, став ледяным, а интонации угрожающими, почти шипящими. Он наклонился вперёд, глядя Дохёну прямо в глаза. – Я кое-что узнал о твоей… партнёрше по проекту. Сон Ми, не так ли? Очень скрытная особа. Ни истории, ни родни. Будто из воздуха взялась, не так ли? Наша служба безопасности нарыла кое-что интересное, хотя и очень мало. Таких людей не бывает, Дохён. Чистый лист. Это настораживает. Если ты хочешь ей добра… Если дорожишь этой женщиной, а я вижу, что ты к ней слишком привязался, больше, чем дозволено наследнику, то тебе стоит быть предельно осторожным. Очень предельно. С нашей властью, с нашими связями в государственных структурах, в прокуратуре, в СМИ… если мы начнём “копать” по-настоящему, поверь мне, ей не останется на земле ни одного спокойного уголка. Думаю, ей было бы крайне неприятно, если бы начали распространяться слухи… о её прошлом, о её происхождении. Или о внезапных трудностях с законом: со счетами, с арендой, с налоговой. Мы можем сделать её жизнь невыносимой, Дохён. Без каких-либо явных улик, просто дав понять, что она нежелательна. Подумай, Дохён. Подумай, что ты готов рискнуть ради своих капризов и этой… странной женщины. Или вернись в семью, займись своим делом, и тогда никто не будет копать под твою загадочную подружку. Никто не узнает, кто или что она есть на самом деле.

Эти слова ударили Дохёна сильнее, чем любой удар. Угроза в адрес Сон Ми была невыносима. Отец знал его слабости. Он знал, что Дохён не допустит, чтобы она пострадала. Это был шантаж. Холодный, рассчитанный, безжалостный. И это было лишь предупреждение. Отец не блефовал.

Дохён посмотрел на отца, затем на довольного Доджина. Всё его естество кричало от негодования. Он чувствовал, как гнев поднимается в нём, обжигая горло. Он мог потерять приют. Мог смириться с ненавистным будущим в бизнесе. Но Сон Ми… Он не мог позволить ей стать целью этой жестокой игры. В его голове пронеслись образы: её мягкая улыбка, её заботливый взгляд, её хрупкость, которую он интуитивно чувствовал под маской отстранённости. Как она говорила о том, что “животные не предают”. И в этот момент он понял, что не может предать её. Он не мог рассказать ей об угрозе. Зная её характер, её гордость, она бы тут же разорвала все связи, исчезла бы навсегда, чтобы не подвергать его опасности, или, что ещё хуже, попыталась бы противостоять его семье. А это было бы безумием. Против такого мощного конгломерата и сетей влияния она была бы бессильна. Её “загадочность” для них была лишь поводом, а не преградой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.