Алиса Веспер – Последняя секунда Вселенной (страница 48)

– В любом случае, Айвин больше не пророк.

– Именно. Но мы все еще здесь. Значит, не книга Айвина создала нас всех.

– Или он написал ее до того, как лишился магии, – Эйрик криво улыбнулся.

Если та книга и существовала когда-то, ее давно уже уничтожила семья Айвина.

– Есть что-то, что я должна ему сказать. Но я не помню, что именно. Мне кажется, именно поэтому я все вспомнила.

– А Аннабель? – спросил Эйрик.

– У нее тоже нет магии. Она ничего не помнит о том, что было, и мне кажется, она вполне довольна жизнью.

– Еще бы. Своя обсерватория, жизнь на свежем воздухе, рядом океан. Еще и познакомилась с симпатичным парнем. Неплохо. Я бы тоже так жил.

Саншель захихикала.

– Что смешного?

– Не жил бы. Тебе нужно быть в центре внимания.

– А вот и нет. В этой жизни я вообще особо ни с кем не общаюсь.

– Зато поддерживаешь имидж эксцентричного затворника. Тебе это нравится, не спорь.

Эйрик не стал спорить.

– Знаешь, а в той жизни я сразу подумал, что их знакомство ни к чему хорошему не приведет. Как ты думаешь – я был прав или нет?

– А сам как думаешь?

– Пока не знаю. Давай спать.

Ночью он не мог уснуть.

В последнее время у него была бессонница. Хотя можно ли говорить о последнем времени, когда весь мир оказался перезапущен?

Саншель тоже не спала – лежала на соседней кровати, уставившись в потолок.

Перевременье не прошло даром ни для кого из них.

Магия Аннабель теперь была у Саншель, а вместо Эйрика дара лишили Айвина.

Все окончательно запуталось.

Почему же это случилось здесь? Что ж, понятно почему. Из-за Эйрика. Из-за равновесия сил. В мире не стало больше магии – она нашла себе других носителей.

– Эйрик?

– Да?

Саншель приподнялась на локте.

– У меня тут появилась идея, которая не дает мне покоя. Я пыталась перестать думать об этом, но она засела в моей голове и никак не отпускает. Может, конечно, я и накручиваю.

– Расскажи мне.

Он глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, и произнесла:

– Как ты думаешь, сколько раз запускалось Перевременье?

В первые секунды вопрос ошарашил его. Это ведь было так логично. И почему он сам об этом не подумал? Наверное, боялся.

Ведь если он правильно понял, куда ведет Саншель, то это все меняло. Это значило, что они уже рождались, жили, умирали, а потом снова рождались, жили и умирали? И так бесконечное количество раз.

И сколько уже длилась эта петля? Когда она началась? Когда начала закручиваться так, что стало не распутать?

И этот, последний раз, он ведь отличался от остальных, потому что Саншель и Эйрик все помнили.

– И если так, – продолжила она, – то почему мы вспомнили именно в этот раз? Что произошло в той жизни такого экстраординарного?

Тоже хороший вопрос. И почему они вспомнили только сейчас, всего несколько дней назад. Почему же они не очнулись раньше? Почему именно сейчас?

– А вдруг мы вспоминаем через раз? – В ее голосе прозвучал страх. – Или один раз из десяти? Из ста? Вдруг это все уже было? Ох-х.

Эйрик вдруг понял, что ему совсем не страшно. Наоборот. Разве это не прекрасно?

– Если Вселенная коллапсирует, то ее возвращение к истокам – это хорошо, – сказал Эйрик. – Мы можем жить одну жизнь, две, три, сто. Да сколько угодно. Мне такой расклад по душе.

Но ей нет. Она не хотела жить сто жизней. Она уже их прожила.

– Ладно, давай спать. – Саншель снова легла, повернувшись к нему спиной. – Спокойной ночи.

Но они снова не могли уснуть.

– Оказывается, теперь я могу найти маму, – сказала она, не поворачиваясь. – Но я не знаю, хочу ли. Она была собирательницей моллюсков, даже читать не умела, а потом ее эвакуировали куда-то на материк. Тогда она не была приспособлена к этому миру, и я не представляю, что с ней стало сейчас. Может, она смогла получить хоть какое-то образование и – я не знаю – собирать урожай. Но все может быть гораздо страшнее. Может, я и не хочу знать, что с ней случилось?

– Тебе нужно решать быстрее. Я чувствую, как время уходит. Ты была права. Это не конец, а просто отсрочка.

– Я говорила об этом вслух?

– Тебе не нужно говорить вслух, чтобы я услышал.

Эйрик повернулся к Саншель, протянул руку и замер. Он не знал, насколько ей нужны тактильные дружеские контакты – пока не успел спросить. По одному объятию в лифте судить сложно.

Но после этого Саншель быстро уснула. Эйрик был рад – наконец-то хоть кто-то из них оказался способен на сон.

Но вот он спать не мог. Теперь у него появились другие дела.

Когда Саншель проснулась, он уже ушел. Оставил только записку:

«Увидимся позже.

Э.»

Она чувствовала, что с каждой минутой он все дальше и дальше от нее. От этого мира.

Первый порыв – броситься за ним – быстро исчез, и некоторое время Саншель пыталась просто дозваться. Зов на секунду коснулся его напряженного разума – Эйрик решил отыскать все ответы сам. Один. Как всегда.

Она услышала лишь «Я скоро вернусь».

Это было так типично для Эйрика – исчезнуть, чтобы решить все загадки самому. Даже в этой жизни, когда по идее он должен был стать мудрее и рассудительнее, он даже одну ночь не мог подождать, потому что в одном месте засвербело. Появилась какая-то новая идея – и до свидания.

Она позволила себе немного позлиться на Эйрика, а потом, после душа, направилась на кухню. Пора было запомнить – ее телу нужна еда.

Наскоро запихнув в себя немного салата и овощного рагу, Саншель вышла на улицу.

Айвин сидел в одиночестве в деревянной беседке. Читал диссертацию – она узнала зеленую обложку и стандартный шрифт, который использовали в Аньесхеде. Видимо, взял у Аннабель.

– Доброе утро, – сказала Саншель, сев рядом за стол.

– Добрый день, – вежливо отозвался он. – Как спалось?

– Отлично. А вы не знаете, где Аннабель?

– Они ищут бреши в стенах и прочие следы износа. Чтобы все это передать в университет.

– Для гранта, да. Логично, – задумчиво пробормотала Саншель, и вдруг ее осенило.