Алиса Веспер – Последняя секунда Вселенной (страница 40)
– Я знаю. Факультет филологии.
Она не стала возмущаться, что Эйрик лезет в ее частную жизнь. Она вообще никак не отреагировала. А вот он смутился.
– Я ничего больше не узнавал, правда. Я не знал о том, что у тебя кто-то есть.
– Ага, – Саншель безучастно кивнула.
– Ешь, пожалуйста.
Она осторожно поднесла ложку ко рту. Попробовала.
– Вкусно? – спросил Эйрик.
– Наверное.
Наверное. А что еще она могла сказать после всех этих лет, проведенных в том замке? Если бы он только мог что-то сделать. Нет, в этот раз он не позволит Саншель повторить тот путь. Это слишком.
– А ты будешь есть? – Саншель кивнула на плиту, где стояла кастрюля с супом.
– Да, конечно, – ответил Эйрик.
Но меньше всего сейчас ему хотелось есть.
На следующий день Эйрик, как и планировал, пошел в музей естественной истории, а Саншель увязалась за ним. Ей не хотелось оставаться в одиночестве. Слишком долго она была одна.
Они прогуливались по залу иномирных млекопитающих. Экспозиция должна была открыться только через две недели, и поэтому полным ходом шли приготовления. Работники музея и студенты-практиканты устанавливали экспонаты, проверяли таблички. Эйрик начал планировать эту выставку задолго до того, как все вспомнил. Саншель нравилось, что даже сейчас он смог продолжить повседневные дела.
Что ж, у них обоих в этой жизни были свои обязательства. Может, и она так сможет однажды?
Она подошла к одной из витрин, за которой стоял восстановленный скелет, похожий на скелет детеныша шимпанзе – только зубы поменьше, а черепная коробка побольше. Таблички с описанием пока не было.
В другой витрине побольше находился скелет русалки. Череп выглядел почти человеческим, только глазницы располагались шире обычного, а зубы были мелкими и острыми. Хищник? Возможно. Или все же всеядное?
Грудная клетка тоже выглядела вполне человеческой, а вот руки и пальцы были намного длиннее человеческих. Саншель удивилась, что у русалки все-таки был крестец[24], а под ним еще около ста позвонков. На нижней части скелета расположились тонкие длинные косточки хвоста, состоящие из четырех или пяти фаланг.
– Syreni syreni[25], – прочитала она. – Класс Млекопитающие, отряд Китообразные, семейство Русалочьи.
В прошлой жизни они точно так же прогуливались по музею естественной истории перед выставками, обсуждали скелеты разных существ, разговаривали про другие миры. Спорили про биологию, происхождение, эволюцию, раздражали друг друга и много-много смеялись.
На этот раз Эйрик просто проверил, все ли идет по графику, а потом взял Саншель за руку и потянул из зала. Когда они вышли на улицу, шел дождь. Как и в ту ночь два дня назад, когда Саншель пришла к нему. Но сейчас они оба взяли с собой зонты.
Мир стал серым: здания, дороги, тучи, люди. Лишь зеленые деревца, посаженные на тротуарах, казались невозможно яркими. Но скоро пожелтеют и они.
Некоторое время они смотрели на людей, которые шли мимо по ратушной площади. На людей, которые двигались по своим привычным траекториям.
Осень только началась.
Они направились в ближайшее кафе через дорогу, которое в
– Как все изменилось, – проговорил Эйрик, провожая взглядом стаю птиц. – Сам пока не могу привыкнуть. С первого взгляда вроде похоже на тот мир, но на самом деле все совсем другое. Другие названия, другие люди. Я не знаю, как теперь ко всему привыкнуть.
Саншель не успела ответить. Они зашли внутрь, и в нос ударил непривычный запах. В этой жизни здесь готовили стейки. В этой жизни она иногда ела мясо. Что ж, в позапрошлой тоже. Будучи странницей, она не особо перебирала. Иногда ягоды, иногда плоды, иногда она сама охотилась. Убивала животных, когда была голодна.
– Хочешь пойти в другое место? – спросил Эйрик.
– Все в порядке.
Они сели за столик в углу рядом с окном, как делали раньше.
– Ты уверена, что готова увидеть Аннабель? – спросил Эйрик.
– Да. Если она не вспомнит, значит, не вспомнит. Наверное, это даже к лучшему. Ты прав, что мы не должны лезть в ее жизнь и все такое.
– Да, – проговорил Эйрик безнадежно. – Но потом она все равно познакомится с Айвином, и все повторится. В прошлый раз никто из нас ничего не помнил, но мы сделали все, что нужно.
– Айвин помнил. По крайней мере, частично.
Им принесли меню, и Саншель сделала вид, что изучает блюда. На самом деле, ей было все равно. Раньше она любила вкусно поесть. Теперь ее приоритеты изменились.
– Аннабель тоже вспомнила. Там, на озере, – сказал Эйрик.
Саншель уставилась на него.
– Почему ты сразу не сказал?
– Я и сам не помнил об этом до того, как ты сказала про Айвина. Та поездка как в тумане. Но когда ты подходила к воде, Аннабель вдруг сказала, что мы должны уйти. Она говорила, что еще слишком рано. И что-то про Перевременье.
– Так, может, в прошлый раз все было не так? А сейчас все правильно?
– Или она просто знала, что тебя ждет. В любом случае, все это… – он сделал сложное лицо, и Саншель не поняла этого выражения.
Они оба углубилась в меню и молчали, пока у них не приняли заказ. Она выбрала какой-то салат и травяной чай наугад.
Есть уже не хотелось. Но человеческий организм без еды быстро слабеет. Она помнила об этом.
– Интересно, в этот раз я тоже буду годами бродить по разным мирам? – задумчиво проговорила Саншель. – Я тогда думала, что меня кто-то проклял, поэтому я все забыла. Но сейчас я думаю, что мой человеческий мозг просто не выдержал. Слишком много впечатлений. Слишком мало понимания. Я не представляю, сколько времени я ходила по мирам, пока не стала ведьмой.
– Не обязательно все будет как в прошлый раз.
Саншель кивнула. Не зря же она все помнит. Возможно, в этот раз получится избежать прошлых ошибок.
Возможно, это было неправильно, но Эйрик давал ей надежду. Всегда. Даже сейчас.
– Хотелось бы выйти из этого круга, – сказал он. – Как ты думаешь, это возможно?
– Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Если это все повторяется…
– Нам нужно найти тех, кто это все сделал. И зачем.
– Ты еще не понял, зачем? – Саншель усмехнулась.
Эйрик пожал плечами. Он был слишком молод, чтобы понять.
– Они не хотели умирать.
Услышав это, он разочарованно хмыкнул.
– И все? Это их большой план?
– Это не большой план, а большая цель, – терпеливо сказала Саншель. – Не стоит путать.
– Ты встречала кого-то из них?
– Да. Она приходила ко мне много раз. И была еще вторая… – она нахмурилась. – То ли Рея, то ли Рия. Она хотела вернуть Айвина в свой мир. Но она приходила не за этим. И она отдала… что она отдала? Я не помню. Совсем не помню.
– Однажды мы даже соберем эту головоломку, – Эйрик тепло улыбнулся, но этого тепла не хватило, чтобы согреть ее.
Им принесли еду.
Салат казался пресным, травяной чай – безвкусным.
Теперь ничего не приносило удовлетворения.
Она застряла между этой жизнью, между той, между жизнью безымянной странницы, между жизнью ведьмы. Кем она стала? Раньше имя казалось таким важным. А теперь?
Что бы она ни думала раньше, Саншель Дорн – это просто имя. Саншель Дорн – это оболочка.
– Ты знаешь, что я преподаю, – Саншель прищурилась. – А ты чем занимаешься?