Алиса Веспер – Последняя секунда Вселенной (страница 36)
– Я не собираюсь вас останавливать.
Голос Рии был полон бесконечности грусти.
Айвин осторожно сел рядом с ней на корточки. Она все так же смотрела куда-то перед собой.
– Все заканчивается. Я боюсь, что это будет больно. Мне страшно, Айвин.
В груди Аннабель заныло – ей стало так жаль это бедное существо, созданное и усовершенствованное без любви. Но времени оставалось все меньше.
– Нам пора, – прошептала она.
– Идите, – сказала Рия. – Вам и правда нужно спешить.
Аннабель почувствовала, что в тот миг в мире небо стало другим. Она тронула Айвина за плечо.
– Пойдем.
– Ты не пойдешь с нами? – спросил он у Рии.
– Нет.
– Почему?
– Потому что я хочу что-то изменить.
Все вокруг рябило, очертания деревьев на фоне звезд превращались в акварельный пейзаж. Наконец-то они выберутся отсюда. Наконец-то…
Боковым зрением, где-то на грани восприятия, она увидела Асхеля. Обернулась.
– Вы думаете, я просто так отпущу вас? – спросил тот.
– Ты собираешься драться с нами? – Айвин улыбнулся.
– Зачем? Я думаю, я смогу вас уговорить, – сказал Асхель и, не дожидаясь, пока кто-то из них успеет возразить, продолжил: – Вы думаете, я держу вас здесь из-за своей блажи? Я просто хочу, чтобы вы пожили хоть сколько-то. Сколько тебе лет, Аннабель? Тридцать? Тридцать пять? Ты же еще так молода, а уже рвешься умирать.
Умирать. Дэй, кажется, говорила об этом. Когда-то давно. Жизнь назад или около того.
– А что я делаю здесь? Тоже умираю, только медленнее!
– Нет. Ты познаёшь Вселенную. Ты уже примерно поняла, где мы. Скоро тебе откроется полная картина. Разве ты этого не хочешь? – вкрадчиво спросил Асхель.
Конечно, она хотела. Когда-то давно, в какой-то из прошлых жизней, это было единственным, что ее интересовало. Но сейчас все знания Вселенной не могли при нести ей мир.
Чем больше времени они здесь, тем дольше Саншель остается ведьмой.
– Ты знаешь, сколько времени уже прошло в других мирах? – Он подошел ближе к ним. – Слишком мно…
Айвин ударил его кулаком в челюсть. Так сильно, что Асхель пошатнулся и упал.
Аннабель не сдержала смешка. Но тут же посерьезнела, осмотревшись вокруг.
Творилось что-то странное. Акварельный пейзаж становился масляным, все звезды слились в одну, превратились в ослепительно-белую сверхновую, а мир закручивался вокруг нее.
– Рия! – позвал Асхель, но она не отозвалась. Тогда он заорал громче: – Рия!
И снова остался без ответа.
Айвин наклонился к нему.
– Она больше не будет помогать тебе.
Аннабель схватила Айвина за рукав:
– Уже почти.
Асхель и не думал их задерживать. Судя по его крайне изумленному лицу, он и сам не понимал, что происходит.
А Аннабель изо всех сил пыталась понять, что происходит. Да, она частично знала математические законы Вселенной. Но она не знала Вселенную так хорошо, как Айвин. В конце концов, он
– Эви, ну, ты-то хоть не будь идиотом, – Асхель наконец-то встал и отряхнул штаны от травы. У вас может быть еще так много времени. А ты хочешь все это повторить? Издевательства Дэйрдре, тысячи лет скитаний. Повторяющиеся структуры по имени Аннабель, которые должны спасти тебя от одиночества. Ты же сам знаешь – не спасут. Никогда не спасали.
Айвин улыбнулся, глядя на дом, где осталась Рия. Она больше не была на стороне отца. Она и правда решила все изменить.
– Я не ищу в Аннабель спасения. – Айвин решительно взял Аннабель за руку. – Все в порядке, – прошептал он ей на ухо. – Пойдем.
И они направились навстречу сверхновой. Навстречу Перевременью.
– Теперь мы будем вместе, – сказал Эйрик. – Всегда.
Всегда. Всегда.
…и слова полились, как речная вода, без труда, без надрыва, бездна без дна. И слова полились, как сезонный ручей, пересохший зимою, свободный, ничей. И слова превращаются в летний прилив. В то забытое знанье – ты дышишь, ты жив. Время Планка растянется в замкнутый круг, или, может, в спираль, или в множество дуг. Из пустот и из света рождается мир. Переписанный кем-то, затертый до дыр. Обойти все миры. Нужно больше причин? Самый краткий путь – сумма всех величин. Самый краткий путь – обойти все миры. Если сделаешь это, бери все дары! Все дары той Вселенной, распавшейся в тлен. Ты остался один? Равноценный обмен.
Эйрик раскрыл руки для объятья. Чудовище обняло его в ответ.
И наступило Перевременье.
– Ну вот и все. Началось.
Она улыбнулась и встала на ноги.
Ведьма услышала приближающийся низкий гул. Будто бы разом сходила тысяча лавин. Будто бы тысяча двенадцатибальных штормов бушевали в тысяче миров.
– Перевременье уже почти здесь, – сказала женщина, которая когда-то была ведьмой. – Я больше не совершу этой ошибки. А ты… Надеюсь, однажды ты меня простишь.
– О чем ты?
– Скоро все встанет на свои места. Не бойся. Теперь все будет хорошо.
– Хорошо? – спросила ведьма.
– Конечно. Ты сможешь прожить свою жизнь заново. У тебя еще есть немного времени. Если ты решишь поменяться местами снова, то…
– Тебе нечего мне предложить.
Но теперь это была неправда.
– На пороге новой Вселенной я вспомнила кое-что. И я готова вернуть твое имя. Я все это время носила его с собой.
– Почему? – шепотом спросила ведьма.
– У Айвина было много черновиков до того, как он написал финальный вариант своей книги. Но имя он придумал давно. Саншель Дорн. Это я, это ты. Ты обманула саму себя. Я обманула саму себя. Думаю, тебе пора уходить.
Саншель поняла, что стоит у озера.
Спорит с Эйриком об этичности похищения пикси. Она перестает первой. Говорит, что все будет хорошо. Ругается с Аннабель о разделении обязанностей в комнате общежития. Они обе смеются, потому что это глупо.
Отец за руку тащит ее от матери. На корабль, на большую землю, в темницы бетонных стен, в расписанную по часам жизнь. Саншель вырывается и бежит к маме.
Ненаступившее будущее.
Ненаступившее прошлое.
Ненаступившее настоящее.
Она чувствовала, как ее поглощает Перевременье.
Часть вторая