Алиса Верди – Развод. Я вас не отпущу (страница 12)

— Язычок прикуси! Мои отношения с женой тебя не касаются, поняла? — рявкает он.

— Поняла, — смиренно отвечает она.

— Ну, раз поняла, то присылай. И лучше без белья.

Господи!..

Все внутри сжимается в тугой болезненный узел. Даже дыхание перехватывает.

Мне так плохо, что хочется орать.

Если у меня и были еще хоть малейшие сомнения в том, что он мне изменяет, и все это было какой-то ошибкой, то теперь они развеялись окончательно.

Мне бы записать этот разговор на телефон, но он был разряжен, и я оставила его на тумбочке в спальне… Как назло!

Вот дура! И как я так опростоволосилась?..

Разговор окончен, и я спешу покинуть балкончик прежде чем Артем обнаружит, что я его подслушивала. Быстро закрыв дверь, направляюсь в спальню.

Лежу с закрытыми глазами, делая вид, что сплю, когда Артем заходит в комнату.

Он не включает свет. Просто тихонько подходит к кровати и ложится рядом.

Тело на матрасе слегка пружинит под его весом.

Он пахнет мятой и дорогим парфюмом. Всегда пах.

А я всегда с ума сходила от его аромата. Утыкалась носом в шею и с наслаждением вдыхала.

Я дышу ровно. Не шевелюсь.

Он не трогает меня. Даже не поворачивается в мою сторону. Наоборот, сразу же отворачивается от меня.

Раньше у нас была традиция — перед сном он всегда гладил меня по спине. Неважно, ссорились мы или нет. Просто — касание ладони.

Но теперь он не прикасается. Наверное, боится, что я почувствую его вину на кончиках пальцев.

А может, у него теперь другая традиция?

Я еще долго лежу и смотрю в темноту.

Утро начинается с того, что Миша устраивает концерт прямо в кровати.

Включается без предупреждения — полный голос, с надрывом, как будто его бросили в лесу.

Я вскакиваю почти с пола, на бегу натягивая футболку, и уже через минуту подхватываю его на руки.

— Мишут, ну-ну, мамино солнышко, мамина птичка, все-все…

Он плачет и хнычет, сучит ножками, голова слегка горячая.

Зубы? Опять зубы?..

Заглядываю в рот, который как раз открыт на полную. Ну точно, десна припухла.

Все, завтрак отменяется. Чай отменяется. Жизнь отменяется. Есть только маленький капризный зайчик, у которого болит ротик.

Я таскаю его по дому на руках, разговариваю, успокаиваю, пою, грею бутылочку, глотаю обезболивающее сама, потому что башка уже гудит, еще и спина отваливается.

Спала я в итоге всего ничего. Впрочем, я уже привыкла.

Первые полгода после рождения Миши я вообще не помню. Они прошли как в тумане.

Все же бессонные ночи в двадцать и в тридцать восемь переносятся очень по-разному.