Алиса Васильева – Раса значения не имеет (СИ) (страница 46)

— Втихаря! Я вообще думала, что это Тики в каком-нибудь киндере нашел! Странно, да?

— Что именно?

— Ну, что Иван вздумал делать мне такие дорогие подарки.

— Учитывая, как неровно он к тебе дышит, не очень странно, — пожала плечами Мария.

— Ты все неправильно поняла! Это Гвоздик придумал такую фишку для моего образа в клубе, вот они и изображали жаркую страсть ко мне, — принялась объяснять я.

— Ну-ну, — хмыкнула Мария, — бедняга Гвоздик. У него-то вообще нет никаких шансов.

Похоже, ее не переубедить. Она, как и все, решила видеть во мне фам фаталь. Ладно, черт с ним.

— Мне страшно за Одуванчикова, — призналась я.

— А мне нет. Этот прохвост уже утром будет лопать твою кашу. И вообще, мы для него сделали гораздо больше, чем он заслужил.

Несмотря на заверения Марии, мне не стало спокойнее. Перед глазами стоял образ бледного дрожащего Гвоздика.

— Как думаешь, зачем на него навели морок? — спросила я.

— Никак я об этом не думаю. Фейк вернется и все расскажет, — отрезала моя суровая собеседница.

Дома нас ждали. Все мужчины, включая Тики, сидели на кухне. На фоне елки они походили на сказочную новогоднюю открытку.

— Вернулись, — проворчал Урфин.

— Вы должны были предупредить нас, что затеяли такое опасное дело! — выдал вдруг Тики. — Вам не следовало идти на ферму одним!

Я не смогла сдержать улыбки. Мужчина растет.

— В следующий раз обязательно предупредим.

— Как там этот засранец? — поинтересовался Урфин.

— Попал под действие морока, но в целом нормально, — небрежно бросила Мария из ванны, где мыла руки. — Там, похоже, над всей фермой морок, представляете?

— Представляем, ходили такие слухи, — сказал гном.

Иван выглядел как-то странно. Сидел холодный и насупившийся. Нет, он всегда холодный, но сейчас это был агрессивный холод. Что у них тут случилось?

— Тики, тебе пора чистить зубы, — я на всякий случай услала ребенка из кухни.

Как выяснилось, не зря.

— Ну и как вы сняли с фейка морок? — голос Ивана так и искрился льдом.

Да в чем дело-то?

— Гвоздик очнулся благодаря амулету в виде оленя. Оберег пришлось оставить, чтобы фейк смог сбежать, — объяснила я. — Это твой амулет, да?

— Нет. Амулет твой. Я его тебе подарил, — вот теперь от эльфа практически полетели искры.

Это заметила уже не только я. Урфин отгородился от сидящего рядом Ивана бровями, а Мария поспешила мне на помощь.

— Не волнуйся, Гвоздик клялся вернуть амулет, ты получишь его назад к утру. Если Одуванчиков попытается продать эту штуковину, я лично сверну ему шею.

Губы эльфа вытянулись в одну линию.

— Этот амулет невозможно ни продать, ни вернуть, он потеряет свою силу. Но я очень рад, что он помог Драэну, — Иван резко поднялся и, больше не говоря ни слова, вышел из кухни.

— Что это с ним? — спросила Мария у Урфина.

Мне тоже было очень интересно.

— Не знаю, — пожал плечами гном и попытался сбежать.

Его Мария просто так из кухни не выпустила. Ее могучая грудь пятого размера, приходящаяся Урфину как раз на уровне глаз, преградила выход.

— Мне казалось, что между нами установилось доверие. Неужели я ошиблась? — вкрадчиво спросила женщина.

Гном вздохнул.

— Я не разбираюсь в эльфийских эмоциях, так что точно сказать не могу, — попытался увильнуть он.

— А в чем разбираешься? — не сдалась Мария.

Сразу видно хватку опытного миграционщика.

— В амулетах, например, разбираюсь, работа у меня такая. И точно знаю, что есть специфические эльфийские обереги, которые начинают защищать нового хозяина, только если были подарены с любовью.

Лицо Марии вытянулось. Они с Урфином синхронно посмотрели на меня.

— Что? — не поняла я.

— Свободен, — сказала Мария Вандерштутелю, отодвигаясь в сторону.

— Да я в целом не возражал, — прокомментировал гном, правда, с безопасного расстояния почти в конце коридора.

— Ну, раз Гвоздик тебе нравится, дело, конечно, твое, — многозначительно сказала мне Мария, дождавшись, пока Урфин окончательно скроется из вида, — но хочу тебя предупредить, что он мутный, как бутылка самогона.

Здрасьте, приехали.

— Гвоздик мне действительно нравится. Он отличный друг, — поспешила объяснить я, но Мария с сомнением покачала головой.

— Судя по реакции эльфа, амулет не на это срабатывает.

— Ерунда, — отмахнулась я.

Я была совершенно уверена в своих словах. Ну какая еще любовь? Гвоздик — он же, ну… Гвоздик. Друг, клоун и заноза в заднице. Нет, точно нет.

И все-таки я не смогла уснуть. Лежала в темноте, слушая ровное дыхание Тики. А когда на лестничной площадке раздался шорох и в двери повернулся ключ, мгновенно вскочила.

Глава 33

ГЛАВА 33

Гвоздик вернулся. Он не стал включать основной свет, ограничившись стареньким бра, но и этого оказалось достаточно, чтобы понять, что фейк в тех самых серых штанах, рубашке и кедах, что были на нем на ферме! Ну конечно! Ни верхней одежды, ни денег, ни телефона у него не было! Как же мы с Марией не подумали, что Гвоздику придется добираться через весь город в таком виде? Или Мария об этом подумала, но не посчитала важным?

Я бросилась к Гвоздику.

— Как ты? Замерз? — я с трудом удержалась, чтобы не обнять его.

А фейк удерживаться не стал и заключил меня в объятия. Он действительно жутко замерз, потому что даже сейчас продолжал дрожать.

— Спасибо, — прошептал он, — спасибо, спасибо, спасибо.

— Ну это не я, это Мария все сделала.

Гвоздик меня не слушал. И из объятий не выпускал.

— Если бы не ты, я бы там умер. Там никто не протягивает дольше года-двух. Туда и берут только тех, кого никто вытаскивать не будет. Так что я жив благодаря тебе.

У меня по спине пробежал холодок. Что там такое происходит в этом «Огуречном Раю»?

— Почему ты это сделала? — вот теперь Гвоздик отстранился и заглянул мне в глаза.

— Что сделала?