Алиса Валдес-Родригес – Охота на зверя (страница 19)

– Принести вам что‑нибудь выпить? – спросил ветеринар. – Я пока толком не закупился, но газировка есть, несладкая, со вкусом… забыл чего. То ли лайма, то ли лимона. Еще есть кофе и холодный чай со льдом.

– Я бы не отказалась от кофе, – призналась Джоди, устраиваясь в одном из кресел.

– Со сливками и сахаром?

– Нет, спасибо, просто черный.

Через минуту хозяин вручил ей толстую глиняную кружку без ручки с дымящимся кофе и пообещал скоро вернуться.

– Чувствуйте себя как дома, – предложил он, – и простите за беспорядок.

Никакого беспорядка не было. Джоди действительно повела себя как дома, использовав свободное время для разглядывания фотографий в рамочках, стоявших на пианино. Их было много, и на всех Хенли был с дикими животными, главным образом с волками. Еще несколько снимков запечатлели, по-видимому, его родителей, выпускной курс колледжа и семейные сборища. Ни подруги, ни жены на фотографиях не попалось. Впрочем, Джоди особо и не высматривала.

Пока она вела автомобиль к началу тропы, у них с ветеринаром завязалась светская беседа. Хенли расспрашивал о здешних местах, о том, каково было тут расти, и Луна рассказала о хороших моментах: дружное общество, крепкие семьи, вечные ценности, на которые не слишком повлиял внешний мир. Многие обитатели округа обладали богатыми угодьями, хоть и не могли похвастаться обилием денег; они выращивали на своих землях все необходимое и делились излишками. Джоди упомянула, что заметила дипломы Хенли, выданные университетами Беркли и Стэнфорда, и он признался, что все академические знания мира значат для него меньше, чем год, прожитый со стаей волков в Канаде, где он вел полевые исследования. Его собеседница зачарованно слушала, как молодой ветеринар бросил всё, чтобы в буквальном смысле поселиться в волчьем логове; как альфа-пара, самец и самка, приносили ему пищу; как он ел то же, что и они, то есть в основном сырую оленину и лосятину да изредка фрукты. Хенли помогал взрослым зверям растить волчат. Джоди забросала его вопросами о том, как ему удалось заслужить доверие хищников, и узнала, что это было легко. Хенли пояснил, что волки не такие, как люди. Если довольно долго находиться поблизости от них и не пакостить, они примут человека в стаю и станут о нем заботиться.

Разговор продолжился, пока Джоди вела Хенли по тропе мимо горячих источников, вначале на вершину горы, потом вниз по другому склону, к лугу, где Лайл Даггетт иногда пас свое стадо.

– Ого, – протянул доктор Бетл, любуясь великолепным видом первозданного уголка дикой природы. – Не говорите мне, где логово. Попробую догадаться.

– Хорошо.

Ветеринар не спешил, окидывая взглядом окружающую красоту. Солнце все еще стояло довольно высоко в небе.

– Может, нам лучше немного посидеть и дождаться подходящего времени?

– В каком смысле подходящего?

– Мне хотелось бы понаблюдать за волчатами, когда они будут без родителей, – раздалось в ответ. – Пусть щенки ко мне привыкнут. А время охоты для взрослых животных вроде бы еще не пришло. Спорю на собственное имущество, что в логове сейчас вся семья.

– Ясно, – сказала Джоди.

Хенли сел, скрестив ноги, прямо на тропе, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Кажется, он медитировал. Инспектор осталась стоять, настороженная и готовая к любым неприятным неожиданностям. Через минуту-другую ветеринар вытащил из рюкзака бинокль и продолжил поиски логова.

– Там, – заявил он через некоторое время, показывая в сторону большой поваленной осины перед скалистым выступом на вершине поднимающегося из долины утеса.

– Поразительно! – восхитилась Джоди. – Как вы узнали?

– Думаю, за год жизни с волками у меня появилось их чутье, – объяснил ее спутник. – Я просто высматривал лучшее место с волчьей точки зрения. Хищники предпочитают забираться довольно высоко, чтобы видеть приближение врага. Упавшее дерево – естественный вход, защита. Волк сможет под него проскользнуть, а вот медведь – нет. Неподалеку река, то есть сколько угодно свежей воды. На равнине пасется потенциальная добыча. На самом деле тут просто рай.

– Здорово у вас получается, – похвалила Луна.

Хенли продолжал смотреть на вход в логово, пока не увидел то, чего ждал.

– А вот и они!

Джоди тоже достала бинокль и действительно увидела пару волков-альф и трех более молодых взрослых особей, которые выбрались из своего жилища.

– Вы уже дали им имена? – спросил ветеринар.

– Нет, только пронумеровали. И двоим навесили бирки.

– Значит, я сам их назову. Папа, самый крупный и темный, будет Амадей. А мама, она почти самая мелкая, станет Вирджинией.

– Вольфганг и Вулф? – догадалась Джоди.

– Разумеется. Второй самке дадим имя Наоми, а ее братьям – Блитцер и Том ^[21].

– У вас всегда такой буквальный подход?

– Вовсе нет. Время от времени меня пробивает на иносказательность. Идемте?

Стоило им двинуться по краю долины, как рация инспектора затрещала и ожила. Раздался голос Бекки:

– Джоди, подруга, привет. Ты тут?

– Ага, – как можно тише ответила та.

– Жаль тревожить тебя во время волчьего свидания, но только что звонил Аким Хафиз. Подумала, ты захочешь узнать его новости.

– Хорошо. Между прочим, ты на громкой связи. – Джоди хотела, чтобы Бекки уж точно не сболтнула лишнего.

– Привет, доктор Бетл.

– Привет, Бекки.

– Он теперь член нашей семьи, Джодс, так что пусть слушает на здоровье. Я знаю, ребята, вам хочется на волчат посмотреть, поэтому скажу кратко. В общем, Хафизу позвонили из офиса шерифа Гуэрела. Его помощница Ромеро – тоже новенькая, вроде вас, – похоже, поехала на вызов к ясновидящей, у которой не все дома. Мадам Эмеральда.

– Эсмеральда, – поправила Джоди.

– Да неважно. Видели идиотскую рекламу на щитах по всему шоссе? Это ее. Если вкратце, психованная тетка заявила, что ее покойный бывшенький залез к ней в сарай, украл несколько банок кукурузы и взамен оставил подарочек. Готова услышать какой?

– А у меня есть выбор?

– Нет. Ты сидишь?

– Нет.

– Тебе же хуже… Так вот, подарочек – отрубленная нога. От щиколотки и ниже.

Джоди выругалась и почти инстинктивно слегка отвернулась от Хенли.

– Но знаешь, откуда у этой истории ноги растут? Между прочим, ты заметила, как я сказала? Про ноги.

– Заметила.

– Не ты одна умеешь словами играть, подруга.

– Очень жаль.

Бекки засмеялась.

– В общем, на ноге все тот же символ. Выжжен на коже. Хафиз сказал, что это клеймо.

– Клеймо?

– Оно самое. Хафиз думает, что ссадины на руке, возможно, тоже оставлены тавром. А еще судмедэксперт сказал, что рука и нога принадлежали разным людям. ДНК не имеют ничего общего.

– Жуть какая. Мы уже знаем, чья это нога?

– Пока нет: Аким еще проводит исследования. Когда ты там закончишь, я устрою тебе встречу с помощником шерифа Ромеро. Сможете обменяться наблюдениями за ужином.

– Ладно.

– Не знаю, что ты почерпнула из своей стажировки, но любезничанье с шерифом и полицией штата во многом и делают егерскую работу такой отстойной.

– Да, я в курсе.

– Эта Ромеро тоже девка ершистая. Любит рассказывать, что была крутым детективом в полицейском отделении.

– Замечательно.

– А я ей и говорю: «Если ты такая крутышка, девочка моя, почему работаешь под Лоренцо Гуэрелом в Рио-Трухасе?»

– Могу поспорить, ей это понравилось.

– Короче, теперь она вся твоя. Встретишься с ней у Голди. Позвони, когда выдвинешься, и я предупрежу Ромеро.

Джоди убрала рацию в чехол и покосилась на Хенли, который старался сдержать потрясение. «Такие вот дела», – читалось в ее взгляде.