Алиса Пожидаева – Игры порочной крови (страница 30)
Оставшиеся два дня до столицы мы ехали уже относительно неспешно, но оставив обоз догонять нас.
Тарита встретила проливным дождём. Тяжелые дождевые облака, собиравшиеся над морем, щедро поливали город холодной водой. По обесцвеченным потоками ливня и несколько обезлюдевшим улицам мы буквально пролетели до богатой части города. Поскольку столица лежала на холмах то ярко выраженного центра, которым обычно является дворец, здесь не было, но это придавало всему окружающему определенное очарование.
Особняк Витта был скорее дворцом. Про него мне немало рассказывал Никлас, но увидеть своими глазами – это совсем другое. Трапециевидный в плане, трёхэтажный дом выходил коротким фасадом на площадь, в этой части располагались гостиные для официальных визитов, какие-то гостевые комнаты, залы. Боковые крылья дворца были поделены оригинально: правое женское и левое мужское – для противоположного пола они являлись почти табу. А вот территория свободная от условностей и предрассудков находилась в дальней длинной стороне, замыкающей большой зеленый двор с бассейном.
Я была уверена, что мы подъедем к отделанному розовым камнем фасаду, но значительно поредевшая после въезда в город группа миновала центральный вход и углубилась в одну из улочек. В результате лошади оказались пристроены на местную конюшню, а мы с сопровождением и поклажей вступили в тёплый зал. Впрочем, в таверне задержаться не довелось. Короткий подземный ход привел нас непосредственно в особняк.
– Вот мы и прибыли, – Дайтон Витт вёл меня всё это время едва ли не под ручку.
– Чудно, я ужасно продрогла, – даже в тепле холла мокрая одежда доставляла массу неприятных ощущений.
– Женская половина слева, а справа свободная территория, – не знаю, как герцог успел вызвать слуг, но появившиеся девушки в форме подхватили мои сумки, – Вас проводят. В покоях ждёт горячая ванна и ужин.
Распрощавшись и поймав напряженный взгляд младшего Витта, я поспешила воспользоваться предложением и осмотреть место проживания.
Глава 8
Со дня прибытия события понеслись вскачь. Уже на следующее утро я подкатила с извозчиком к своему будущему дому. Дождь кончился, и в саду копошились люди, убирая сухие деревья, листья и мусор. У парадного крыльца парочка рабочих отскабливала поросшие мхом ступени и колонны портика. На вопрос об их начальнике они неопределенно кивнули куда-то на угол дома.
За углом обнаружилась терраса соединяющая дом и небольшой пруд, из которого сейчас сетью вылавливали палые листья. Тролль самого пройдошливого вида стоял на подоконнике и пытался не то разработать, не то оторвать жалобно скрипящую оконную раму.
– Почтенный Шалт Болтан? – раму тут же оставили в покое до лучших времён.
– Он самый. А вы, сталбыть, хозяйка? – мне достался цепкий изучающий взгляд.
– Документы предоставить? – я изучала его не менее пристально.
Немолодой, хотя по троллям вообще трудно судить, живут они несколько дольше обычных людей, не высокий, немарко по-рабочему одетый – он выглядел совершенно заурядным. Только вот взгляд был острым и проницательным, да голос – громким, в его работе с иным никак.
– Документы изучим в более подходящем месте, – он спрыгнул с окна на дощатый настил террасы и открыл одну из ведущих в дом стеклянных дверей.
Часа четыре мы спорили до хрипоты, то носясь по дому, то заседая в одном из помещений опознанных как кабинет. Портили бумагу и грифели, делая пометки и наброски. Утомившись, послали одного из рабочих в трактир за горячим морсом и пирогами. Как почтенный Болтан собирался разбираться во всем этом ворохе эскизов меня интересовало мало, видно было, что предо мной профессионал. Когда дошли до крыши, утихший, было, спор разгорелся с новой силой.
– Обязательно заговорить крышу, тут, поди, дожди и ветры в приморье, мы работаем с проверенным чародеем водником…
– Не нужно ничего заговаривать, – повторяла я уже не в первый раз.
– Да как же так, год и весь ремонт насмарку, – сердился тролль. – И сейчас уже чердак заливает.
– У меня есть свой чародей.
– Мы сделаем хорошую скидку!
– Сама заговорю!
– Тут любой заговор не подойдет, водные чары нужны, – мне попросту не поверили, хотя не удивительно, женщин с моим даром было исчезающее мало.
Устав спорить, я протянула руку к стеклу, жгут грязной дождевой воды из лужи под окном поднялся на уровень подоконника, повторил очертания руки и постучал в стекло. Тролль обернулся на звук и замер, округлив глаза, перевел недоуменный взгляд на меня. Постепенно выражение его лица изменилось.
– Уж простите мне моё предложение, но не нужные ли леди лишние деньги? – похоже расчетливый делец уже что-то просчитывал.
–Деньги лишними не бывают, но куда тратить резерв у меня пока есть, и прошу мои таланты не афишировать, – последнее я проговорила с нажимом. Болтан кивнул.
Расстались мы вполне довольные друг другом, договорившись об основных работах и о том, что экипаж, который прибудет с обозом, примут и разгрузят со всей тщательностью и осторожностью.
После обеда меня ждали в Академии Магии.
Честно говоря, в подобных заведениях я не бывала, в Илирии их попросту не существовало. Так что было не ясно, чего ожидать. Утром Витт прислал записку, что меня встретят, потому, перекусив в кофейне на той же площади, куда выходил фасад академии, я решительно вошла в здание.
В холе обнаружился скучающий секретарь. Он то и указал, в какой кабинет пройти и даже предлагал проводить, но я отказалась и под заинтересованным взглядом поднялась по лестнице.
– Вот это подарочек для старичка, – оказалось первым, что я услышала, войдя в указанную дверь.
Первой мыслью было, что кабинетом я всё-таки ошиблась, однако табличка сообщающая, что это кабинет профессора Кронкера Капелли висела именно на этой двери. Признаться, собираясь на первую встречу с человеком, взявшимся обучать меня магии, я готовилась едва ли не тщательнее чем на свидание. Легкая небрежность прически, вместо приличествующего платья – широкая юбка-брюки, корсаж, прижимающий блузу с довольно откровенным вырезом и рукавами, не стесняющими движений, короткая куртка – всё это было практичным, в духе магов, чуть свысока глядящих на условности общества, но, в то же время, подчеркивающим женственность. Всё-таки подавляющее число одаренных – мужчины. Седовласый маг, восседающий за столом в просторном кресле, свою первую сотню разменял уже довольно давно, изрезанное морщинами, лицо озаряла улыбка. Зато взгляд выцветших глаз, неожиданно внимательный и цепкий, впечатление благообразности сводил на нет.
– Я не подарочек, – я спокойно прошла, села на стул напротив, – Но подушечку могу поправить.
Кабинет был примечательный. Темные панели отделки, несколько очень подробных карт, застекленные шкафы и открытые стеллажи, заваленные книгами, вперемешку с какими-то вещицами, амулетами и безделушками, оромная меловая доска в пол стены.
– Ишь какая, – старый маг качнул головой, лукаво прищурился, – А как же смутиться и мило покраснеть, как то приличествует молодой леди? Возмущенно пролепетать что-нибудь о приличиях?
– Подождите, – я всплеснула руками, села ровнее, – Отвернитесь и не подглядывайте.
Дожидаться пока мою просьбу исполнят, не стала. Демонстративно пощипала щечки, добиваясь румянца, заломила руки и с негодованием выдохнула:
– Да что вы себе позволяете?!
В этот момент дверь без стука распахнулась.
– Кронкер, пень ты трухлявый, – вошедший даже присвистнул, – Ты вгоняешь в краску эту очаровательную юную леди, – я обернулась, рассматривая посетителя.
Если он и был моложе хозяина кабинета, то не намного. Такой же седой, смуглый, чуть полноватый.
– А она не вгоняется, – заявил профессор, хотя румянец на моих щечках держался, и губка была трогательно закушена.
– Почему не позвал меня? – притворно возмутился новоприбывший, проходя и располагаясь на диване, изрядно заваленном рулончиками свитков.
– А нужен ты мне больно, в кои веки такая красотка ко мне забрела…
Пока старые профессора абсолютно невежливо позабыв о гостье препирались, я с интересом и удовольствием разглядывала их.
Сухощавый хозяин кабинета, и чуть полноватый гость явно находились уже на спаде силы по причине почтенного возраста, однако талантливые теоретики, как я слышала, становились наставниками для молодых магов и вели научную работу. Совершенно неожиданный азарт и предвкушение всё сильнее охватывали меня. Похоже, слухи, что в магической среде царят совсем иные, нежели в свете нравы, оказались правдивы. Что такая своеобразная манера общения принята только у этих двоих, я узнала несколько позже, прочие маги были куда более сдержаны.
– Дедушки, а давайте я схожу, травок вам заварю, память улучшающих?
– Зачем это? – на меня обратили внимание.
– А чтоб про гостей не забывали, – никуда идти я разумеется не собиралась.
Оба мага заговорщицки переглянулись, видно было, что знакомство их давнее и друг друга они понимали без слов.
– Сработаемся, пожалуй, – постановил профессор Капелли, огладив аккуратную бородку. – А то нежные все такие стали, нервные.
Судя по всему, старый профессор без зазрений совести доводил адептов до истерики.
В результате оба мне представились вполне официально. Кронкер Капелли был водником, а вот на дар второго мага – Винера Хинча – отзывались сразу три стихии. Сейчас оба находились на кабинетной работе. Начиная с какой-то черты, знаменующей старость мага, дар начинал постепенно истощаться. На нет не сходил, но изрядно ослабевал. Феномен этот был чем-то сродни потери контроля над даром при алкогольном или наркотическом опьянении. Исследования способов отсрочить угасание велись, но существенных подвижек не было. Так что к глубокой старости колдовать способны были только истинные виртуозы, владеющие потоками на ювелирном уровне.