Алиса Пожидаева – Игры порочной крови (страница 22)
– Мдааа… Можешь одеться. Чьих же это рук дело?
– Я не знаю, госпожа Алира, – она неловко натягивала белье, пряча глаза и теперь отчаянно краснея. – Не помню. Я была уже сонная, зажигала свечи в покоях гостей и всё, утром это… уже было.
Она разрыдалась, закрыв лицо.
– Прекрати реветь! – я понимала, что излишне жестко обращаюсь с ней, но истерику
нужно было пресекать. – Ты была девушкой?
Я думала, покраснеть сильнее она не сможет.
– Н-нет, – почти не слышно, – У меня жених в деревне. Но…
– Не бойся, прикроем, – я поняла её опасения. – Мазь тебе передаст Карина. Настойку возьмешь тоже у неё, выпьешь дважды. Доктор тебя осмотрит. Не реви, говорю! Тайно. Сегодня у тебя выходной.
– Спасибо…
Я поймала её за подбородок, заставляя поднять глаза. Выглядели мы на один возраст, больше восемнадцати мне не давали до сих пор, но чувствовала я сейчас себя несоизмеримо старше этой испуганной девчонки.
– Я не позволю безнаказанно обижать своих людей.
И я ушла искать экономку и дворецкого.
– Садитесь, – я металась по кабинету, выстукивая каблучками дробь, – Что вчера было за представление?
– Простите моё неподобающее поведение, – поклонился седой дворецкий.
– Да сядьте уже! – поднявшаяся, было, Карина хлопнулась обратно в кресло. Грегор на мой рык среагировал спокойнее. Поклонился снова и с достоинством опустился на сиденье. – Вы всеми правдами и неправдами не позволяли мне остаться наедине с гостями. Девочек горничных заменили поварятами. От чего вы меня охраняли?
Заговорщики переглянулись.
– Франциск Витт кичится тем, что ему не отказывают, – начала Карина, – По слухам в его постели оказываются даже те, кто прямо заявлял о своей неприязни.
– Когда начались его визиты к нам – мы поняли, что у него появился новый объект вожделения, – продолжил Грегор, – Вы. Вероятнее всего, это свойство его дара. С ним нельзя оставаться наедине, хотя мы и не знаем, сколько ему нужно времени.
– Спасибо что защитили, – наконец нашла слова я. – Но у нас двое пострадавших.
В числе я была почти уверена, под разными предлогами обратилась к остальным домочадцам, следя за их поведением, пока ждала этих двоих.
– Кто? – впервые я видела, как невозмутимый старик злится.
Обсудив как обставить визит врача и как гарантировать его молчание, я всё-таки сбежала в сад. Нацепила самую счастливую свою улыбку и буквально полетела отдыхать душой.
И продумывать месть.
Глава 3
Визитка на столике в холе появилась через два дня. И подписана была инициалами «Д.Р.Витт», а значит, приглашение было отправлено самим герцогом. Я почти собралась выбраться на обед в конце недели, но судьба распорядилась иначе.
Взмыленный старший управляющий земель ди Фаран прискакал рано утром. Выехал он, похоже, в ночь и выглядел довольно потрепано.
– Госпожа Алира, – немолодой уже, но подтянутый мужчина скатился с коня и поклонился. – Не откажите!
Мы завтракали на террасе, но это веселое мероприятие пришлось оставить и пригласить его в кабинет. Туда же подали кувшин лимонада.
– Итак, я вас слушаю…
– Дуглас, Дуглас Блинт. Простите, что помешал, я ведь понимаю, вы женщина занятая, да я и сам… – он явно сбился и не знал, как начать. Налил прохладного напитка, выпил залпом. – Но очень нужна ваша помощь. Видите сами, жара стоит какая. Винограду хоть бы что, а апельсины страдают. Да и кукуруза вот-вот погорит.
– Так выписывали бы Саретского водника. Там их даже двое, вроде.
– Мастера Ката вызвали в столицу по весне еще, по делам магуправления, – я припомнила пожилого надменного водника, отказавшего в обучении «сопливой девчонке» обосновав это указанием единственного предназначения женщин, сидеть дома и рожать детей.
– А Вистер… – Блинт потупился, сомневаясь говорить ли, из чего я сделала свой вывод. – Снова запил?
– Месяц скоро как без дара, – пожаловался управляющий, – А наши земли за холмами, даже влажный морской ветер не доходит, и воздушник не справляется.
Странный, но действенный механизм включался фактически у всех чародеев, потерявших надолго ясность сознания. Стихия просто переставала отвечать, не давая дурной голове вредить окружающим.
– Мои расценки выше, чем у городского мага, – напомнила я.
– Десять процентов за срочность, – среагировал Блинт.
– Мне послышалось двадцать пять? – невинно заметила я, незаметно отчищая пятнышки овсянки, попавшие на подол.
– Именно пятнадцать, – кивнул мужчина.
– Ну что же, остановимся на этом, – я встала, протянула руку, Дуглас Блинт поднялся тоже. – Двадцать процентов – хороший стимул поспешить.
– С вами интересно иметь дело, – наконец улыбнулся Блинт, скрепляя уговор, и я подумала, что он согласился бы и на тридцать.
– Отдохните, поешьте, а я пойду собираться в дорогу.
– Не переживай, – увещевала тетушка, которая так удачно загостилась у нас на всю эту неделю, – Я за всеми присмотрю.
Она поцеловала меня и подтолкнула к лошадке.
– Чувствую себя каждый раз ужасно, и уже скучаю, – легко вскарабкалась в седло, поправила шляпу, проверила седельную суму.
И мы выехали за ворота.
Первые часы скакали молча, легкая ткань, приколотая к шляпе прикрывала лицо от пыли, юбкой я себя стеснять не стала, остановила выбор на льняной блузе и брюках, решив однажды и навсегда, что когда я выполняю магические заказы – могу себе позволить одеваться удобно.
Разговорились после небольшой остановки, когда миновали Сарету и решили перекусить в таверне на берегу. Местечко называлось «Под задумчивым драконом» и славилось своей ухой.
– Почему вообще возникла такая срочность?
Блинт понурился.
– Моя вина. Жена третьего дня как родила. Пятого, – он с гордостью добавил, – Сын, наконец.
– Поздравляю, – новоиспечённый папаша совсем просиял, да продолжил.
– Маялась долго, родная, – я вполне посочувствовала женщине, – В общем попустил я, а жара всё шибче. Сначала Вистера пытались в себя привести, потом воздушника, мастера Реса позвали, да всё без толку.
– Но спешка-то такая почему? – я выловила из наваристого бульона какую-то улиточку, попробовала. Оторваться не смогла.
– Слух пошел, что хозяин на днях прибудет. А место управляющего мне дорого, – признался, – Не могу я жене такую свинью подложить. Она мне сына подарила, поднимать надо.
Подумалось, что и на тридцать-пять он согласился бы, но ничего не сказала, отдавая дань потрясающе вкусной ухе.
Я окинула взглядом поля, стройные ряды деревьев, запруду на реке, позволяющую брать больше воды, оросительные пруды на возвышенности из которых по каналам и желобкам живительная влага должна была растечься по всем полям.
– Кресло мне вон под те деревья, указала я на окраину рощи. Лошадку поблизости держать, не хочу потом по грязи шлепать, с мостков женщин погнать, из реки ребятню достать, течение будет и водовороты, затянет еще, – кажется, все указания раздала, – Жду.
Позади перекликались Блинт с помощниками, а я по сухой растрескавшейся земле поднималась вдоль рядов апельсиновых деревьев. Здесь с краю урожай еще не собрали и на ветвях перемежаясь с тёмно-зелеными завязями этого года висели спелые рыжие плоды. Не удержалась, сорвала один и, срезав кинжалом тонкую кожуру, стала разбирать пальцами дольки, отправляя в рот по одной и жмурясь от брызг кислого сока.
Кресло, вернее лёгкий шезлонг, мне притащили очень оперативно. Управляющий помог мне в него опуститься, поинтересовался, не нужно ли чего еще, шикнул на кого-то и отошел. В реке действительно уже никого не оказалось, небольшая группка ребятни жалась в траве неподалеку, ожидая представления. Да и взрослые, хоть и отступили подальше, глядели с любопытством. Что ж, загородная жизнь действительно скупа на разнообразие.
Прикрыв глаза, потянулась к стихии. Река вилась упругой лентой, вяло переплетая подводные течения и быстро нагревающиеся на солнце поверхностные слои воды. Со стороны, наверно, казалось, что я задремала, но пальцы постепенно вплетались в самые мощные потоки, подводя их к устью лежащего у моих ног канала. В конце концов я впервые обращалась к силе не по мелочи с тех пор, как последний раз посетила Храм. Наконец решив, что пойманных течений будет достаточно, я приложила силу, заворачивая, заводя в узкие выложенные камнем стены. Вода сразу запенилась, забурлила, и стала мутной от покрывавшего канал слоя взбаламученной грязи. Закручивая штопором, так мне почему-то было легче, я погнала воду вверх по склону. Дальше была только монотонная работа, дозированное давление силы. Наверху суетились, перекрикивались люди, поднимали и опускали заслонки ответвлённых запруд. По самым широким оросительным каналам уже пенились бурые потоки, несущие грязь, солому и ветки. В жарком воздухе запахло прелью и размокшим навозом, шедшим на удобрения. Когда, наконец, я почувствовала, что мой контроль ослабевает, и сила на исходе вся цепочка верхних прудов была полна. Пожалуй, свой немалый гонорар я вполне отработала, даже с лихвой.
– Леди Алира, – я открыла глаза, услыхав обеспокоенный зов Дугласа Блинта. – С вами всё в порядке?
– Да, не стоит беспокойства.