Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 76)
— Малыш, что этот козлоногий плясун тебе обещал? Я же ему переломаю все конечности!
— Ничего, Хосе, честное слово, — я смотрю прямо в глаза Странника, чтобы он не сомневался в моей искренности. — Он даже о любви не говорил мне.
— Долбоеб! — выдает Странник, что совершенно не вяжется с логикой.
— Хосе, может, ты не поверишь мне, но человеку обязательно нужно, чтобы его хоть кто-то любил…
— Тебя невозможно не любить, принцесса…
— Это другое, — перебиваю я. — Я помню, как меня любила мама, и я знаю как люблю Реми. Эта любовь безусловная и она живет вопреки всему. Ты должен знать, что тебя я тоже люблю. И всегда так будет. Я, может, потом не захочу тебе говорить об этом, но ты не должен забывать.
— Спасибо, малышка, — Странник очень крепко прижимает меня к себе. — Вы с Реми — лучшее, что случилось в моей жизни.
Надеюсь, что лучшее у тебя впереди, Странник.
— Поехали скорее к Реми, — шепчу я, стараясь абстрагироваться от других, совсем ненужных мыслей. — Пожалуйста, Хосе.
*****
Наш грозный замок, освещенный уличными фонарями, выглядит сейчас родным и милым. Клод уже выпустил собак, и эти разбойники, повизгивая, носятся вокруг машины. Я торопливо покидаю салон, и два огромных волкодава едва не сбивают меня с ног, норовя лизнуть в лицо. Узнали, мои хорошие, не забыли.
— Мадемуазель… Диана… деточка моя, — голоса моих домочадцев смешиваются в общий радостно-приветственный гул, но я уже не различаю звуков и ищу глазами своего мальчика. Где же он? Неужели уже спит?
Я трусливо размышляю, что это даже к лучшему. Боюсь, мое сердце лопнет от волнения. А если Реми уже спит, я смогу тихо побыть с ним рядом — рассказать сказку, погладить, разгоняя плохие сны. Я могла бы…
Топот детских ножек не позволяет мне развить свою кривую фантазию. Реми вылетает из столовой и, увидев нас, резко тормозит посреди гостиной. Господи, какой же он стал большой… И какой красивый! Ни фотографии, ни видео не смогли передать мне, насколько мой ребенок взрослый.
— Сыночек, — шепчу очень тихо, не позволяя ни одной слезинке смутить или испугать моего мальчика.
Странник сжимает мою руку, напоминая, чтобы я не путалась в словах. Я отхожу от него на пару шагов, присаживаюсь на корточки и улыбаюсь.
— Привет, мой Мышонок, я очень соскучилась, — протягиваю навстречу руки.
Реми смотрит на меня настороженно и неуверенно улыбается. Моя душа, не выдержав бесконечного напряжения, забилась в истерике и грохнулась в обморок. А я, бездушная и улыбчивая, продолжаю сидеть на корточках и протягивать одеревеневшие руки к своему малышу.
— Мышонок, — зову я снова.
Возможно, мой охрипший голос звучит иначе, чем привык слышать мой мальчик, или я выгляжу по-другому, или моя улыбка не гармонирует с растерянным взглядом… Я не знаю… Но мой малыш срывается с места и, промчавшись мимо меня бросается к Страннику.
Мой мозг не сразу осознает, что случилось и не успевает дать рукам команду "отбой". Навстречу моим протянутым рукам спешит Мейли. Она заставляет меня подняться и заключает в свои объятия. Я позволяю себя обнимать, но не слышу слов, которые она произносит.
Странник держит Реми на руках и что-то шепчет ему на ушко. Мой мальчик очень серьезно кивает и тоже шепчет в ответ. И все мои прежние переживания кажутся сейчас такими неприлично мелкими и недостойными внимания, потому что так страшно, как сейчас, мне было лишь несколько раз в жизни.
Странник делает пару шагов в мою сторону, продолжая инструктировать Реми, и ободряюще мне улыбается. Малыш несмело протягивает ко мне ручки и выпаливает, пока не забыл:
— Я очень скучал, когда тебя не было… Я тебя люблю.
— А по правде? — спрашиваю игриво и смеюсь, как простуженная ворона. — Ты ведь меня немножко забыл — да, Мышонок?
Я целую по очереди протянутые ладошки и глажу ими себя по щекам, но не забираю Реми из надежных рук Странника.
— А хочешь посмотреть, как я по тебе скучала и что я тебе привезла? Я сама для тебя сделала, но это будет наш с тобой секрет…
— Хочу, — кивает Реми и вырывается из рук Странника.
Мой малыш доверчиво протягивает мне ладошку, и мы идем в его комнату раскрывать секреты.
— …И тогда мышиная принцесса сказала: "Полцарства тому, кто развеселит моего Мышонка!" И что уж только гости и придворные не делали…
— Что не делали? — сонным голосочком лепечет Реми.
— А вот что… — я прижимаю к сердцу свое сокровище, не прекращая гладить по темным волосикам, и рассказываю все тише и тише. — И тогда одна умная мышка, которую тоже звали Ди, вдруг сказала…
Я прислушиваюсь к дыханию Реми и понимаю, что малыш уснул. Я еще долго смотрю на него спящего и без конца целую, и шепчу, как я сильно его люблю. А потом завершаю свою сказку:
— И сказала мышка Ди: "Будет скоро и в нашем замке зажигательное танго!"
27.3 ТЁМНЫЙ АНГЕЛ
Мне мало лет, но прожито так много… Господь решил — я в силах пережить.
У всех его детей своя дорога…
В ней каждым мигом нужно дорожить.
Где мало слез — там очень много боли. Там Ангел шепчет: "Дочка, не греши!" Мне-девочке, танцующей в неволе, Тесны оковы раненой души.
Я — порожденье тьмы в лучах рассвета, Блудница я… И каяться спешу. Спасибо, Боже!.. И прости за это…
Еще за то, что снова согрешу.
Я в танце не погасну от бессилья…
Я — самка, продолжающая род!
Я вырвала из мрака свои крылья, Чтобы продолжить огненный полет.
Я — Феникс, возродившийся из пепла!
Я — Ангел, искупавшийся в крови…
Я в этой тьме достаточно окрепла Для ненависти!.. Или… для любви?..
27.4 2008-2009
Всю ночь я целовала и поливала слезами своего спящего Мышонка, и сама уснула лишь под утро.
На следующий день нас с Реми невозможно оттащить друг от друга. Я с такой жадностью его рассматриваю и не могу насмотреться. Пока купала, обнаружила два новых шрамика… Родненький мой человечек, плакал, наверное, — больно ведь было, а я даже пожалеть не могла…
— Да отпусти ты его, надорвешься! — недовольно ворчит Странник. — Он взрослый парень и весит уже почти, как ты.
— Мне не тяжело, — вру я, потому что Реми нравятся висеть на мне. Но какой же малыш стал тяжелый!
Поверить не могу — моему сыну уже пять лет. Он такой взрослый, умный, интересный! А я столько всего пропустила! И два дня рождения мой любимый мальчик встречал без меня. Этих потерь уже никогда не наверстать…
Утром меня снова встречали очень бурно, ведь вчера теплые приветствия моих домочадцев не достигли своей цели. Лурдес меня чуть не задушила в своих объятиях и все старалась впихнуть в меня побольше еды, сетуя, как же я, бедненькая и изможденная, отощала на чужбине.
После завтрака мы со Странником и Реми отправились принимать мой запоздалый подарок к совершеннолетию. Уже подходя к гаражу, я представляю, что меня ждет. Но новенькая белоснежная спортивная Honda превзошла мои ожидания. И конечно я, не скрывая восторга, бросилась на шею своему щедрому дядюшке. И как этот человек может быть настолько разным… Как он сам с собой-то уживается?
— Но это еще не все, — Странник, заговорщически подмигнув Реми, извлек из кармана портмоне для документов.
Внутри, в первом вкладыше, красуется новенькое водительское удостоверение. На мое имя! Я недоверчиво смотрю на Странника… Вряд ли я захочу кому-то похвастаться, что права мне подарили.
— То есть вот так — да? Отличный пример подаем ребенку.
— Даже не мечтай! — возражает Странник, — это подарок с препятствием, потому что принимать экзамен у тебя буду лично я.
— Ох, вот теперь реально страшно, лучше бы я, как все.
— Но ты ведь не как все, — Странник обнял меня за плечи. — С наступающим Рождеством, Принцесса!
После обеда к замку подкатил огромный, как самосвал, черный Ford. Никаких сомнений, что пожаловал Его Темнейшество. Я в этот момент осматривала огромный котлован, вырытый для будущего бассейна. Реми, заметив машину, сорвался с места и побежал вприпрыжку встречать папочку, я же решила не отвлекаться по пустякам. Но, когда распахнулась водительская дверь и показался Жак, я с радостным визгом помчалась к нему. Пролетев мимо Демона, я запрыгнула на бывшего телохранителя, обхватив его руками и ногами.
— Тощая, как глиста, а весишь, как бегемот, — проворчал Жак, придерживая меня одной рукой и уворачиваясь от моих поцелуев.
— А ты такой же старый зануда, — смеюсь я. — Дочек еще не выдал замуж?
— Вот давно тебе следовало язык укоротить, — Жак попытался отцепить меня, но, не справившись, подхватил второй рукой Реми и понес нас в дом.