Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 29)

Пятеро ребят из новой бригады таращились на меня, приоткрыв рты, и внимали каждому слову. Именно так могло показаться со стороны. А поскольку мне была понятна причина затяжной молчаливой паузы, я попросила парней следовать всем указаниям Женечки. Он хоть и красавчик, но, надеюсь, мальчики его быстрее услышат и поймут.

— Спасибо, Женя, — я разворачиваюсь к нему, когда мы покидаем гостиную.

В синих глазах ожидание, злость и… зависимость. Мою ладонь покалывает от желания прикоснуться к его небритой щеке.

— Если ты сохранил мой телефонный номер, то можешь звонить в случае непредвиденных ситуаций.

Да, только в этом случае, милый.

Он кивает в ответ, не произнеся ни слова. Понимаю. Делаю шаг в сторону выхода…

— Диана, двадцать первого у меня день рождения, — торопливо произносит Женечка.

И я даже не сразу понимаю, что он говорит именно о своем празднике…

— Двадцать первого? — я улыбаюсь и вглядываюсь в его лицо.

Он очень красивый и ему так идет открытая улыбка… И он рожден в один день с моим сыном… Неожиданно эта новость мне приятна.

— Ну, да… надеюсь, ты не проигнорируешь приглашение? — он по-прежнему улыбается, но в его голосе я улавливаю волнение.

Знаю, что Женечка совершенно точно не хочет выглядеть взволнованным передо мной. Он очень сильный парень и очень упрямый.

— Прости, Женечка, но только не в этот день… — мне искренне жаль его разочаровывать и действительно жаль, что не смогу принять приглашение. — Но мне очень приятно, что ты меня пригласил. Спасибо. В этот день меня не будет в стране, но я обязательно вспомню о тебе, я не забуду. — Зачем я все это говорю? — Ты тоже можешь вспомнить обо мне в этот день…

Это не те слова, я хочу, чтобы он вспомнил… Я настолько открыта сейчас, что чувствую себя очень уязвимой под его жестким взглядом. Улыбка пропала с его лица, но я тянусь к нему, не разрывая зрительного контакта, и осторожно прикасаюсь губами к колючей щеке.

Перед тем как покинуть ставшую внезапно холодной квартиру, заставляю себя улыбнуться.

Прости меня, Женечка.

11.3 Диана

В том, что маленький круглый человечек под огромным зонтом это и есть Одиссей, нет никаких сомнений. Во-первых, на парковке, кроме него, никого нет, а во-вторых, рядом с этим смешным гномом гордо возвышается, поражая своей чистотой, новенький и роскошный "Volvo ХС90". Именно о об этой главной примете с номерами "ТП-" Одиссей написал в сообщении, когда подъехал к "Седьмому небу".

— Ди-ди-ди… — маленькие близорукие глазки сквозь толстые линзы очков испуганно смотрят мне прямо в глаза. И это несмотря на то, что на уровне его окуляров находится моя грудь. Его пухлые пальчики так крепко сжимают ручку зонта, словно этот огромный купол способен защитить его не только от непогоды, но и от моего сканирующего взгляда.

— Да, Диана — это я, а Вы, вероятно, Одиссей.

Вместо длинного "да" человечек кивнул и нервно сглотнул. Мне хочется сказать ему, чтобы он немного расслабился — сегодня ему не грозит быть унесенным ветром или испепеленным моим взглядом. Но я вспоминаю, что передо мной один из лучших юристов, а если верить затейнику Петру, то самый лучший.

Несмотря на холод и пронизывающий ветер на висках Одиссея блестят струйки пота, но он отважно выдерживает мой взгляд и даже пытается улыбнуться. Правда, его улыбка больше похожа на гримасу. Весь облик этого малыша вызывает недоумение. На пухлых щечках румянец, волосы гладко зачесаны назад, а над мясистыми оттопыренными ушками выбиваются русые кудряшки. Мне интересно посмотреть, какой длины хвостик на его затылке.

Костюм Одиссея наверняка сшит на заказ, а потому не выглядит на этом бочонке нелепо. И хотя молодому человеку больше подошли бы штанишки с пропеллером, я не могу не отметить аккуратность и стиль. С очередным порывом ветра до моего обоняния доносится аромат парфюма — свежий, притягательный и очень… мужской. Я мысленно накидываю своему новому знакомому еще несколько очков.

— Почему я должна остановить свой выбор на Вас, Одиссей?

Его взгляд лишь на мгновение задерживается на моих губах, но тут же возвращается к глазам. Я знаю, что это сложно. Одиссей снова сглатывает, делает глубокий вдох и без запинки выдает:

— Я самый умный.

Я широко ему улыбаюсь и протягиваю свою ладонь. Уверена, что мы сработаемся.

12.1 Шанхай

2007

— Тина, Тина, мадам не пускает меня гулять, — возбужденный Реми ворвался в кабинет к Демону, куда тот вызвал меня для серьезного разговора. Ничего доброго я от этой беседы не жду и поэтому обрадовалась неожиданной паузе. Мой озорной мальчик всегда знает, где надо появиться.

— Реми, ты разве не помнишь, что должен постучать и спросить разрешения прежде, чем войти? — Демон нахмурил брови, стараясь принять грозный вид. Но с Шеро-младшим у него это плохо получается.

Малыш удивленно округлил глазенки, словно никак не ожидал увидеть Демона в его кабинете. Но тут же вспомнил, зачем прибежал, и снова обратился ко мне: — Тина, скажи ей.

— Реми, сколько раз повторять — не Тина, а Дина, — снова возник старый зануда с нравоучением.

Я лишь закатила глаза.

— Иди ко мне, Мышонок, — я протянула к Реми руки, и он тут же взобрался ко мне на колени.

— Скажи ей, — упрямо повторил малыш и капризно надул пухлые губки.

Наверняка Же-Же снова мучает ребенка своим этикетом и не желает прерывать занятия ради его капризов. Готова поспорить, что Демон, наблюдая сейчас за огорченным Реми, готов уже казнить мадам. Как бы он не шифровался, но все домочадцы знают, что босс в маленьком сынишке души не чает. И откуда в этом чудовище взялось столько любви?

Я обняла своего сладкого мальчика и доверительно сообщила:

— Послушай, милый, я сейчас очень занята, но ты и сам можешь легко поговорить с мадам. Просто подойди к ней и скажи: "Бабулечка Жаклин, ты же хорошая и добрая, отпусти меня, пожалуйста, погулять".

Надутые губки растянулись в счастливой улыбке. Реми расцеловал меня в обе щеки, а я, прижав его к себе, прошептала в маленькое ушко: "И не забудь поцеловать папочку".

Малыш тут же вывернулся из моих объятий и, как вихрь, помчался целовать задумчивого Демона.

— Пора бы уже перестать потакать всем его капризам, иначе мой сын вырастет избалованным бездельником, — хмуро проворчал Демон, когда Реми умчался договариваться с Же-же.

— Демиан, ему три года, и не стоит лепить из мальчика универсального солдата, у тебя уже есть я. И хочу тебе напомнить, что по факту ты прадедушка Реми, а не отец. — Я заметила, как помрачнел Демон, но отважно продолжила: — А дедушки обычно бывают добрыми. Совсем ни к чему омрачать ребенку детство. К тому же, с такими няньками ему не грозит остаться неучем. Реми и так опережает своих сверстников в развитии.

Вопреки паршивым прогнозам бездарных эскулапов, это было правдой. После перелета в Шанхай Демон сразу устроил Реми в детский сад, который малыш посещал четыре дня в неделю. Это явно было ему на пользу — он прекрасно влился в коллектив азиатских карапузов и даже пытался ими командовать. Языковой барьер у Реми напрочь отсутствовал благодаря нашей замечательной няньке.

С Мейли нам несказанно повезло — она была универсальной суперняней, к тому же искренне любила своего подопечного. С большой любовью к Реми относилась и Же-Же. Правда, она пыталась быть строгой и требовательной, но с Реми ей это отвратительно удавалось.

Благодаря своим наставницам Реми одинаково прекрасно изъяснялся на французском и китайском языках. Правда, малыш частенько их смешивал, что было неизбежно и очень забавно. Демон собирался навязать ему еще и английский, но Же-Же вместе с Мейли рискнули возражать. Они смогли убедить Демона, что от такой нагрузки вреда будет гораздо больше, чем пользы. Конечно, вряд ли бы им это удалось, если бы их работодатель не заботился прежде всего о благе ребенка.

Удивительно, но Демон никогда не наказывал Реми и даже ни разу его не отругал за бесконечные проказы. Наверное, всю свою нерастраченную любовь он решил подарить этому ребенку. Запреты для Реми распространялись лишь на то, что представляло опасность для жизни и здоровья. Его игровая комната была битком завалена самыми дорогими современными игрушками, а в просторном дворе нашей роскошной виллы были припаркованы три крутых электромобиля разных моделей и мотоцикл с педалями.

Могла ли я когда-нибудь подумать, что мой ребенок станет центром вселенной для такого могущественного и страшного человека, как мой дед? К тому же, Реми являлся главным наследником его многомиллионного состояния. И, говоря о многих миллионах, я очень сильно преуменьшаю.

Полгода назад я узнала, что мой дед владеет не только теми двумя роскошными отелями, в которых мне уже посчастливилось отдыхать. Оказалось, что таких отелей по всему миру у него пятьдесят два. В один из них Демон повез меня восстанавливаться после Феникса. Вместе с Реми, Мейли и Жаком мы отправились в солнечную Доминикану. Для меня казалось необычным нырнуть из февральской промозглости в жаркое лето — к белым песчаным пляжам, пальмам и бескрайнему синему океану.

Тогда Демон и решил, что пришло время раскрыть мне глаза на часть его владений. И, конечно, не преминул подчеркнуть, что я вовсе не являюсь наследницей его многочисленной недвижимости, а могу лишь пользоваться льготами, при условии, что буду послушной девочкой. А золотой наследник у нас Реми. Такое решение меня очень даже устраивало. Повода для огорчения у меня не было, и я уже была готова беззастенчиво пользоваться своими льготами.