Алиса Миро – Развод, дракон и сковородка 80 уровня (страница 53)
Я смотрела на него снизу вверх. Передо мной стоял воин в чёрной коже, с мечом за спиной. Но сейчас я видела за этим аватаром кого-то другого. Кого-то очень сильного. Очень богатого. И очень опасного.
И этот «кто-то» использовал всю свою власть, чтобы защитить… меня?
— Ты купил его долги? — прошептала я. — Двадцать миллионов?
— Мелочи, — отмахнулся он. — Считай это инвестицией в наш будущий бизнес. Мы же собирались купить замок? Ну вот. Теперь у нас есть рычаг.
Я сползла по камню, закрыв лицо руками. Слёзы брызнули из глаз. Не от горя. От невероятного, оглушительного облегчения. Дверь цела. Меня не выдернут. Я в безопасности. Рэй сел рядом и просто обнял меня за плечи, давая выплакаться.
— Всё, — тихо говорил он, гладя меня по волосам. — Всё закончилось. В реале война окончена. Он проиграл.
— Спасибо… — всхлипывала я. — Спасибо…
— Не за что, Хранительница. Ты кормила меня малиной. Я плачу по счетам.
Он подождал, пока я успокоюсь.
— А теперь, — сказал он, протягивая мне платок, — вытирай нос. У нас осталось одно незаконченное дело.
Я подняла голову.
— Какое?
Рэй кивнул в сторону тёмного силуэта замка, над которым больше не было купола.
— В реале он мой должник. Но здесь, в игре, он всё ещё Лорд. И он всё ещё думает, что замок его.
Глаза Рэя сверкнули золотом.
— Пора объяснить ему, что его кредитный лимит исчерпан. Окончательно.
32. Я больше не чайник
Я хотела рассмеяться, обнять Рэя, закричать от восторга. Но внезапно мир вокруг моргнул.
Краски поблекли, словно кто-то убавил яркость. Звук ветра стал глухим, как через вату. Изображение задрожало по краям, как старая видеозапись.
Перед глазами всплыла не золотая награда за квест, а тревожная табличка, пульсирующая серым маревом:
[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ!]
[Уровень истощения организма: 15 %]
[Уровень глюкозы: Критический]
[Обезвоживание: 2 стадия]
[Время непрерывного погружения: 47 часов 12 минут]
[РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННЫЙ ВЫХОД ВО ИЗБЕЖАНИЕ НЕОБРАТИМЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ]
Ноги подкосились. Сковородка выпала из ослабевших пальцев и со звоном ударилась о камень, откатившись в сторону.
— Лена? — Рэй подхватил меня, не давая упасть в снег.
Я попыталась посмотреть на него, но лицо его расплывалось, как будто я смотрела сквозь мутное стекло.
— Я… я не хочу, — пробормотала я, чувствуя, как язык заплетается, как будто я пьяная. — Там холодно. Там пустая квартира. А здесь ты…
Голос мой звучал странно — далёко, эхом.
— Если ты не выйдешь сейчас, начнётся интоксикация, — жёстко сказал Рэй.
Его голос вибрировал от тревоги — я слышала это даже сквозь туман в голове.
— Твой мозг работал на износ всё это время. Тебе нужно пить, есть и спать. В реале.
— Но я не могу выйти! — паника снова кольнула сердце. — Ошибка 418! Я чайник, помнишь? У меня капсула старая, там шлейф отходит! Если я попробую разорвать соединение сейчас, пока контакт нестабилен…
Рэй покачал головой. Он смотрел на меня с теплотой и лёгкой усталостью — как смотрят на человека, о котором заботились всю ночь.
— Шлейф больше не отходит, Лена.
— Что? — я опешила. — Откуда ты знаешь? Ты же здесь, в пикселях.
— Я здесь. А моя бригада техподдержки — у тебя дома.
Я замерла, пытаясь осознать его слова сквозь туман в голове.
— В смысле… у меня дома?
— Та охрана, что пыталась остановить Олега, — объяснил Рэй, поддерживая меня. — Там были не только они. С ними приехала бригада медиков и сертифицированный инженер нейросетей из «CyberLife».
Он улыбнулся.
— Пока мы летали на драконе, они вошли в квартиру. Врачи проверили твои показатели — пульс, давление, уровень гидратации. Ты в норме, только устала. А техник заменил сгоревший контроллер на твоей капсуле. Он подключил внешнюю диагностику и стабилизировал канал.
Я слушала его, открыв рот. Пока я тут кидалась помидорами и боялась, что стану овощем, он… Он прислал ко мне домой врачей? И мастера по ремонту?
— Они… они починили меня? В реале?
— Они устранили «Ошибку 418», — кивнул Рэй. — Система больше не считает тебя чайником. Канал чист. Ты можешь выйти безопасно. Тебя там ждут. Тебе помогут встать, дадут воды и не дадут упасть.
У меня перехватило дыхание. Вот это — забота. Не красивые слова про замки. Не полёты в небесах.
А то, что он подумал о том, что мне будет страшно просыпаться одной в сломанной железяке и прислал людей, чтобы подержать меня за руку.
— Ты… — у меня на глазах снова навернулись слёзы, но теперь счастливые. — Ты сумасшедший. Это же куча денег. Вызов спецбригады, ремонт…
— Ты кормила меня малиной, — просто повторил он свой любимый аргумент. — А я починил тебе розетку. По-моему, честный обмен.
Он шагнул ко мне и коснулся лба своим лбом — тепло, нежно.
— Иди, Хранительница. Возвращайся в реальный мир. Выспись. Поешь нормальной еды, а не пиксельного торта. А завтра…
Его глаза сверкнули золотом.
— Завтра мы встретимся на аукционе. И закончим начатое.
Я кивнула, не в силах говорить. Закрыла глаза и мысленно потянулась к кнопке «Выход». В этот раз она не была серой и заблокированной. Она горела зелёным.
[СИСТЕМА: Соединение стабильно. Внешний модуль исправен. Выход разрешён.]
— До завтра, Дракон, — прошептала я.
Мир Арканума растворился в белом свете. Темнота. Шипение пневматики. Крышка капсулы поехала вверх — плавно, без скрипа и заеданий. В лицо ударил прохладный, настоящий воздух квартиры.
Пахло лекарствами. Немного — чужим одеколоном. И ещё чем-то химическим, техническим.
— Просыпается, — услышала я незнакомый мужской голос. — Давление в норме. Зрачки реагируют.
Я с трудом разлепила глаза. Свет бил прямо в лицо. Я зажмурилась, поморщившись. Надо мной склонились двое. Мужчина в белом халате — врач, лет сорока, с усталым, но добрым лицом и парень в комбинезоне с логотипом техслужбы — молодой, в очках, с планшетом в руках. А чуть дальше, в дверях спальни, стоял огромный, похожий на шкаф охранник в чёрном костюме.
— Елена Викторовна? — мягко спросил врач, помогая мне приподняться. — Не делайте резких движений. Голова кружится?
— Немного… — прохрипела я пересохшим горлом.
Язык прилип к нёбу. Во рту был вкус металла.