Алиса Мейн – Поцелуй меня шёпотом (страница 5)
– Ну, пьяные, возможно, и падали, – ответил Денис, натягивая ремень, чтобы проверить его на прочность. – Ты же не пьяная?
– Нет, – выдохнула я.
– Значит, все будет окей. Тебе не туго? – спросил Кучер.
– Все в порядке, – сказала я, не будучи до конца уверенной, что все действительно в порядке. Затем повернула голову к Егору и Але, находившихся по другую сторону от нас. Исаев уже тоже обвязал их, и Сизова сидела, расслабленно откинувшись на его спину – так, словно не может быть для нее на свете ничего естественнее, чем вот так прижиматься к Егору и чувствовать себя на вершине мира.
Аля была такой уверенной в себе и в том, что именно она заслуживает место в сердце Егора… Может, рядом с ним и должна быть такая? Отчаянная, дерзкая, ревнивая собственница? А может, она была такой только на людях, а наедине с ним становилась нежной и заботливой? Ведь что-то же в ней его зацепило. Не мог же он влюбиться в стерву. Или мог? И влюбился ли?
– Держи. – В реальность меня вернула улыбчивая девушка, в числе нескольких таких же занимавшаяся раздачей шлемов и проверкой сцепки водителя и пассажира.
Пока я надевала шлем, девушка подергала наш с Кучером ремень и подняла вверх большой палец, а затем отошла к следующей паре.
– Денис, если я сегодня умру, знай, что я буду приходить к тебе в ночных кошмарах, – предупредила я своего партнера и почувствовала как от беззвучного смеха затряслась его спина.
– То есть, ты настолько во мне не уверена?
– Нет. – Я устроилась удобнее и вцепилась обеими руками в ремень на животе. – Я не уверена в том, что не получу сердечный приступ.
Спина Кучера затряслась еще сильнее в тот же момент, как по площадке разнесся усиленный стоявшими по бокам на стойках сабвуферами гудок, возвещающий о том, что гонка начнется через полминуты.
Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. В конце концов, сегодня в роли пассажирки я была не единственной, да и Вадим не разрешил бы ни мне, ни Юле участвовать, не будучи уверенным в том, что это безопасно. С другой стороны, Вадим и не боялся гонять по трассе на скорости под двести пятьдесят километров в час…
Зазвучал обратный отсчет.
Мотоциклисты начали подгазовывать, подначивая соперников и вызывая возбужденный рев зрителей.
Я так крепко вжалась бедрами в сидушку байка, что рисковала в нее врасти, но на ближайшие несколько минут это было бы очень даже кстати…
Раздался гудок старта, – и у меня перехватило дыхание не столько оттого, как резко сорвался с места Денис, сколько от того, как сопротивлялся мой непривычный к быстрому движению спиной вперед мозг.
На несколько секунд страх исчез, поскольку я перестала ориентироваться в пространстве и какое-то время потратила на восстановление координации.
Отдать Денису должное, он старался держать мотоцикл ровно и сильно не вилять, помогая мне привыкнуть к ощущениям.
В попытке успокоиться и выровнять дыхание я сконцентрировалась на ехавших позади нас байках. Три мотоцикла. Значит, впереди еще три. Мысленно похвалив Кучера за неплохой старт, я отметила, что Егора и Вадима в числе отстающих не было. Впрочем, это и неудивительно.
Езда спиной вперед неплохо так добавляла переживаний, потому что я была совершенно беспомощна, и оставалось лишь довериться водителю не только в плане езды, но и в плане того, насколько надежно он нас связал. Потому что в случае, если узел разойдется, сам водитель останется на байке, а вот шансы пассажира на вылет стремительно увеличатся.
Стоило мне только прийти в себя, как «Хонда» накренилась, обходя первые препятствия, а я, растерявшись от неожиданности, принялась махать руками, хватаясь за воздух.
Денис, видимо, почувствовав, что позади него все выходит из-под контроля, прокричал:
– Возьмись за меня!
Хвала ветру, что на такой скорости он смог донести до моих ушей эту фразу.
Я увела руки назад и, насколько позволяла моя гибкость, обхватила талию Кучера и вцепилась в ремень у него на животе.
Плечи и шею сводило от неудобной позы, но я готова была пожертвовать комфортом, только бы не свалиться с мотоцикла.
Денис ускорился, и позади остался следующий байк – не Пуля и не Босс. Эти двое точно не дадут их обойти, сконцентрировавшись лишь на том, чтобы обогнать друг друга.
Тут Кучер замедлился, и мы зашли на разворотный круг, служивший серединой пути и выводивший гонщиков обратно к старту, являвшемуся и финишем. Очевидно, Денис сидел прямо на хвосте у Егора с Вадимом, так как при развороте я их не увидела.
Стоило нам только вновь подъехать к участку с препятствиями, как один из отстающих соперников предпринял попытку пойти на обгон, но в последний момент ему пришлось резко вильнуть и сбросить скорость, чтобы уйти от столкновения с перекрывающим половину дороги старым прицепом.
Кучер, очевидно, осознавал, что Егора и Вадима обогнать ему не удастся, но ускорился, чтобы не позволить никому обойти его самого.
Когда препятствия кончились, я поняла, что финиш уже близко и, стиснув зубы, из последних сил держалась за ремень, хотя уже почти не чувствовала рук.
Рев мотора постепенно уступал приближающемуся шуму толпы болельщиков.
Когда Кучер затормозил, я даже не сразу поняла, что мы уже приехали, и еще несколько секунд продолжала держаться за него. Спина моего напарника мелко задрожала от смеха.
– Янчик, приехали, можешь расслабиться!
Только после этого я отпустила его и посмотрела на свои покрасневшие и покрытые вмятинами от врезавшегося ремня ладони.
Денис позади заелозил, отвязывая нас друг от друга, и через пару мгновений я оказалась на свободе. Вокруг стоял ужасный шум, и после темной трассы, попав на освещенную прожекторами площадку старта, я оказалась дезориентирована, поэтому Кучер слез с мотоцикла первым и помог мне.
– Ты как? – Я только заметила, что парень снял шлем и сейчас поддерживал меня, улыбаясь. Ноги не слушались, и я была признательна Денису за то, что он был моей опорой.
Кое-как справившись с трясущимися руками, я стянула свой шлем и, поправив волосы, улыбнулась ему:
– Знаешь, я сама не верю, что это говорю, но супер!
Улыбка Кучера стала еще шире.
Нас отвлекла радостно заулюлюкавшая толпа, и мы повернули головы в ту же сторону, куда смотрели все присутствующие.
В эту самую минуту Егор прижал Алю к Боссу и впился в ее губы, одной рукой прижимая девушку к себе за талию, а вторую положив ей на ягодицу. Их поцелуй был горячим, страстным… Сколько раз и со сколькими девушками он делал это у меня на глазах? И каждый раз одно и то же. Я никогда к этому не привыкну…
Я отвернулась от них, сглатывая подкативший к горлу ком и пытаясь вновь сосредоточить внимание на Денисе. Но тот продолжал смотреть на пару победителей каким-то нечитаемым взглядом. Едва я открыла рот, чтобы поинтересоваться у него, все ли в норме, как со спины на меня налетел кто-то здоровый и едва не уронил на землю. Мне даже не пришлось угадывать, кто это мог быть, так как на ухо мне заорали:
– Вот это я понимаю! Ну, Ден! Ну, красавчик!
Брат отпустил меня и пошел жать руку Кучеру, наконец отвлекшемуся от целующейся парочки и криво улыбнувшемуся моему брату.
– Третье место для первого раза – очень даже ничего! Да еще и в «дабле»! – похлопал его по плечу Вадим и повернулся ко мне. – Ты-то хоть живая?
– А ты надеялся на обратное? – с язвительной усмешкой поинтересовалась я.
– Ну что ты, Янчик, – протянул Вадим и, приблизившись, закинул руку мне на плечо, привлек к себе и поцеловал в висок. – Я тобой горжусь.
Я приобняла его за талию в ответ:
– И я тобой.
Глава 2. Егор
Пожалуй, я был слишком самовлюбленным, потому что прошло уже два дня с момента моей победы на «дабле», а я все еще чувствовал себя настоящей рок-звездой. Несмотря на то, что это была далеко не первая моя победа, и в целом мало кому удавалось меня обойти, я ликовал как в первый раз.
Вместе с Макаровым и Кучером мы выбрались в спортзал. В последнее время нам удавалось это нечасто, потому что Ден пропадал по учебе, да и у нас с Вадькой на носу были ГОСы. К тому же, Макаров у нас теперь весь в любви, даром что сердечки вокруг головы не летали.
А если серьезно, я рад за друга. Светлова – клевая девчонка. Во всяком случае, она, в отличие от его предыдущих подружек, не жаждала его внимания только потому что он был
Макаров применял самые разнообразные и порой даже странные методы, чтобы завоевать сердце Юли. И серенады под окнами ее учебной аудитории в университете, за которые он потом получал выговоры; и многочисленные видео с дикими танцами и кривляниями, к участию в которых он неоднократно привлекал даже меня, а я просто не мог отказать лучшему другу; и бесконечные попытки устроить ей сюрприз то в виде ожидания с цветами на крыльце вуза, то падая перед ней на колени, если замечал ее в кафе или в магазине… Ну и, как видно, все не зря.
До того, как Макаров так серьезно втрескался, я даже и не догадывался, что он может быть настолько чокнутым. Поэтому я попросил Мелкую присматривать за ним, так как боялся, что одна незначительная ссора со Светловой – и от Вадима можно ожидать чего угодно.
Пока поводов для переживаний вроде не было, так как и сам Макаров стал спокойнее, и Юля явно от него без ума.