Алиса Мейн – Поцелуй меня шёпотом (страница 2)

***

– По-о-о-одъе-е-е-ем! – не то, что хотелось бы услышать утром в единственный выходной на неделе, но если у вас есть старший брат, которому что-то от вас нужно, вероятность того, что именно он станет вашим будильником – крайне велика.

К счастью, за семнадцать лет совместной жизни под одной крышей у меня уже выработался иммунитет.

Не открывая глаз, я потерла ухо, в котором все еще звенело от ора Вадима, и попыталась натянуть на голову одеяло, но брат не позволил.

Я сдавленно охнула, когда он с размаху уселся на меня сверху.

– Я сказал: рота, подъе-е-е-ем! – снова завопил он, обхватил мои щеки ладонями и принялся их яростно мять.

– Ва-а-а-ди-и-и-м, – невнятно протянула я, наконец открыв глаза и недовольно глядя снизу вверх на парня, выпятившего губы, передразнивая меня. – Ну ты и каба-а-ан. Слезь с меня!

– Не слезу пока не встанешь! – Он склонился надо мной, не отпуская щек, которым после такого массажа еще неделю не понадобится никакой фейс-фитнес.

Я принялась отталкивать его ладони от лица и брыкаться:

– Да как я встану, когда ты, слонина, меня придавил?

Вадим наконец оставил в покое мои щеки, но вместо этого приспустил одеяло и начал меня щекотать.

– Вадим! – завизжала я, принявшись истерично хохотать и еще более активно елозить под ним. Но он мало того, что благодаря походам в тренажерный зал весил гораздо больше меня, так еще и был в разы сильнее, поэтому все попытки его скинуть оказались бесплодными.

Моим спасением от этого изувера стала заглянувшая в комнату мама.

– Господи! – закатила она глаза, едва увидев, чем мы занимаемся. – Я уж подумала, тут кого-то режут. Вадька, хватит мучить сестру, дай ей проснуться нормально.

– Именно это я и делаю! – довольно засмеялся он, убрал руки с моих ребер и напоследок, прежде чем слезть, стянул с волос резинку и растрепал их так, что теперь я потрачу еще минут десять на то, чтобы вычесать колтуны.

Мама цокнула языком и скрылась за дверью.

– Вот тебе как что-нибудь приспичит… – пробурчала я, скидывая одеяло и садясь на кровати. После чего начала сдувать и убирать с лица наэлектризовавшиеся и налипшие пряди. – Сам теперь езжай за своим подарком, чокнутый.

– Бу-бу-бу, бу-бу-бу. Еще восемнадцати нет, а уже бухтишь как бабка. – Вадим потянулся.

– Да иди ты. – Я встала следом и влезла ногами в тапочки.

Когда я проходила мимо брата, он снова схватил меня за голову и взъерошил волосы:

– А теперь еще и выглядишь как Баба Яга, – со смешком в голосе проговорил он.

Я недовольно зашипела, извернулась и ткнула его под ребра. К слову, если бы он успел среагировать и напрячь живот, я рисковала вывихнуть себе палец об его пресс. Но мне повезло, и Вадим отпустил меня и сложился пополам, болезненно ойкнув.

Прекрасно зная брата и понимая, что так просто он это не оставит, я, едва заметив его сверкнувшие азартом глаза, тут же с диким визгом выскочила из спальни, чтобы успеть убежать и запереться от него в ванной.

***

Спустя час взаимных подтруниваний и тычков мы с Вадимом наконец вышли из дома. На парковке возле подъезда, как всегда, на почетном месте, стояли три мотоцикла: белая «Хонда» брата, черный «Кавасаки» Егора и «Хонда» цвета мокрого асфальта – Дениса Кучера – еще одного члена этой мотокомпашки, жившего в соседнем с нами подъезде.

Прямо сейчас Егор и Денис крутились возле мотоцикла последнего и что-то горячо обсуждали.

– Что за шум, а драки нет? – Вадим приблизился к парням и обменялся с ними рукопожатиями.

Я осталась стоять чуть поодаль, предпочитая не лезть в их разговоры. Денис и Егор обернулись на меня и оба приветственно помахали, а я с улыбкой кивнула им в ответ. Темно-серые глаза Кучера чуть дольше обычного задержались на мне, а когда я вопросительно приподняла брови, решив, что он хочет что-то сказать, парень лишь хитро улыбнулся и переключил внимание на беседующих Егора и Вадима.

– Да он хочет неонку ставить на фары, а я ему говорю, что это пустая трата денег, – рассказывал Исаев.

– Зато все девчонки будут мои, – со смешком вставил Денис.

Вадим фыркнул:

– Можно подумать, их сейчас у тебя мало.

– Может, и мало. – Я снова поймала на себе его неоднозначный взгляд и даже немного смутилась.

С Кучером мы были знакомы меньше, чем с Исаевым.

Егор четыре года назад переехал в наш город, чтобы учиться в вузе на программиста по направлению. Так совпало, что его родители сняли ему пустующую однушку рядом с нами. Они познакомились и задружились с Вадимом из-за любви к мотоциклам. У брата тогда уже была старенькая отцовская «Ямаха», а за отличное окончание школы и поступление на бюджет родители ее продали, добавили денег и подарили ему Пулю. Ну, так он называет ее при парнях, но я все время подкалываю его с тем, что это сокращение от Лапули – настолько он любовно и трепетно носится со своим железным товарищем.

Как выяснилось, Исаев тоже всегда мечтал о мотоцикле и, насмотревшись на Вадима и покатавшись с ним, набрал себе подработки, чтобы впоследствии взять в кредит старенького, но надежного Босса. Кредит Егор выплатил быстро, поскольку неплохо разбирался в создании сайтов и получил несколько выгодных заказов для крупных компаний, названий которых не раскрывал даже нам.

В университете Исаев познакомился и начал общаться с Кучером – Денис учился на его факультете, но на год младше. До этого я видела Кучера мельком во дворе, но мы с ним никогда не обращали друг на друга внимания, а тут выяснилось, что он мало того, что жил рядом, так теперь еще и сдружился с Егором.

Так и собралась их небольшая компания.

Мы с Вадимом всегда были не разлей вода, поэтому он часто брал меня с собой на тусовки с парнями. А чем старше я становилась, тем чаще удостаивалась чести прокатиться с ним на Пуле.

Хоть у меня пока и не было прав, но я умела водить мотоцикл: это несложно, когда твой старший брат и его лучшие друзья помешаны на этой теме. Единственное – мое умение пока еще держалось в секрете от родителей. Отец, хоть и был в свое время так же фанатично увлечен байками, вряд ли бы это одобрил. А мама… Маму бы, наверное, просто-напросто хватил инфаркт.

Парни были замечательными. Никогда не обижали меня, а при необходимости даже заступались.

И все было бы чудесно, если бы не одно «но»: моя безответная влюбленность в Егора Исаева продолжительностью эти самые четыре года.

В Егоре идеально все – начиная от пронзительных темно-карих глаз, пухлых губ, густых вьющихся русых волос, которые он никогда не отстригал коротко, и они вечно лохматились и падали ему на лоб, почти закрывая глаза. Продолжая древесно-яблочным ароматом его одеколона и дерзким стилем в одежде и заканчивая его чувством юмора и бесконечным обаянием.

Можно было бы сказать, что из-за своей слепой влюбленности я его слишком идеализирую, потому что таких совершенных людей просто не бывает.

Нет, я его не идеализировала. У Исаева были недостатки. И один из самых явных – слишком частая смена девушек.

Впрочем, такими же были и Вадим с Денисом. Без ложной скромности – все трое – супер-горячие красавцы, знающие себе цену и умеющие грамотно пользоваться своими преимуществами.

Благодаря внешности и увлечению парней мотоциклами проблем с выбором партнерш у них никогда не возникало. И, чего греха таить, многие девушки мечтали заполучить сразу троих.

Девчонки из моей школы завидовали тому, что я почти постоянно вместе с ними, отказываясь принимать тот факт, что один из них – мой брат, второй никогда не рассматривал меня как девушку, а третий… Мне нравился Кучер, но он всегда словно сам по себе. Если Вадима и Егора почти никогда нельзя было застать по отдельности, то Денис часто пропадал по своим делам.

Ну а я, соответственно, проводила больше времени с братом и с Исаевым, при котором чувствовала себя то порхающей над облаками, когда его внимание было приковано ко мне, то разбитой и сломленной, когда он приводил в нашу компанию очередную подружку.

Возможно, за столько лет я и могла бы дать понять ему, что он мне нравится, но я знала, что мои чувства не взаимны, и получить в ответ на признание отказ означало бы конец нашим дружеским отношениям, которыми я очень дорожила.

Безусловно, я нравилась Егору, но только лишь как подруга.

Я для него была… Мелкой. С самой нашей первой встречи, когда мне было четырнадцать лет, и я в самом деле была похожа на гномиху. Лишь за последние два года я заметно вытянулась и хотя бы начала доставать парням макушкой до плеча. Мамины гены. Она у нас тоже миниатюрная.

Первой фразой, произнесенной Исаевым при встрече со мной, тогда было:

– Вадька, а ты чего сеструху-то не кормишь? Она вон у тебя какая мелкая, так и не вырастет! – и с теплой улыбкой, пока совершенно меня не зная, крепко обнял.

А я, доверяя брату и зная, что он не позволил бы ко мне приблизиться кому-то, кто мог причинить мне вред, уткнулась носом в футболку Егору, вдохнула полной грудью его запах и так до сих пор и не смогла ни выдохнуть, ни выбросить из головы.

Исаеву тогда было восемнадцать, и поначалу я смотрела на него как на божество, боясь сказать лишнее слово или сделать лишнее действие, из-за которого буду выглядеть в его глазах глупо.

Но даже если в его присутствии со мной и происходили какие-то казусы, Егор либо делал вид, что не заметил, либо по-доброму подтрунивал надо мной, скрашивая своими шутками мою неловкость. Позже я привыкла и стала вести себя более уверенно, а время от времени и подкалывала его в ответ.