Алиса Марсо – Предатель. Собрать себя по частям (страница 7)

– Извините, если помешала, – кивнула я на урну и поспешила отвернуться.

Проходя мимо шефа, я мельком вскинула взгляд и натолкнулась на внимательные, темные глаза. По телу прошла дрожь, и я сглотнула – лишь бы ничего не заметил. Но я зря надеялась. Руку сжала железная хватка и меня потянули назад.

– Что… – я посмотрела на сомкнутые длинные пальцы на моем запястье и вскинула голову.

– Что с тобой произошло?

Максим, не моргая, смотрел в глаза, слегка наклонив голову набок.

– Ничего! Отпустите!

– Орлова, я задал вопрос, – руку сжали сильнее.

Да, что такое! Почему все решили, что могут обращаться со мной, как им вздумается?

– Требовать ответы на свои вопросы вы можете в рабочее время. Сейчас…

– Лиза!

Максим дернул меня на себя, и я впечаталась ему в грудь. Такая близость меня обезоружила. Я слышала теплое дыхание, которое смешалось с запахом свежей туалетной воды и нотками шампанского, видела поджатые губы, которые нетерпеливо ждали ответа. Подняла взгляд выше и потерялась в сумраке требовательных глаз. Я громко сглотнула и попыталась освободиться.

– Я жду, – его тон смягчился, но выбора все равно не оставлял. – Почему ты в мокрой одежде?

Свободной рукой он вынул заколку из моих волос, и они рассыпались по спине влажным каскадом. Снова перевел взгляд на меня.

– Только не говори, что снова попала в передрягу и очередному незнакомцу стала что-то должна? – попытался пошутить мужчина, и его губ коснулась легкая ухмылка.

На этих словах я потеряла терпение. Он надавил на открытую рану и даже не понял этого.

Я резко выдернула руку и отпрыгнула назад, пакет сорвался с пальцев, а коньяк издал громкий всплеск. Брови Максима поползли вверх.

– Ты пьяна?

Это была последняя капля.

– Да, пьяна и что? – закричала я. – Это моя жизнь и мое свободное время, что хочу, то и делаю!

Я попятилась назад, подальше от этого идеального мужчины.

– Что вам всем от меня надо!? Смотрю, я всем что-то должна, только мне никто ничего. Становись в очередь! – я поставила бутылку на пол и полезла в сумку. – Тебе денег от меня надо, за рубашку? На, возьми! Это все, что у меня есть! Остальные удержи из зарплаты.

Я нащупала в кармашке несколько сложенных купюр, взяла руку Максима и положила деньги ему в ладонь.

На лице мужчины не дрогнул ни один мускул, только активно задвигались желваки, а я почувствовала, как устала, весь запал пропал, и я безжизненно опустила руки.

Молчание стало угнетать и давить тяжелым камнем. Снова наговорила своему шефу гадостей. Не найдя ничего лучше, я решила сбежать. Наклонившись за пакетом, я почувствовала, как закружилась голова, а в ушах зазвенело. Я опустилась на пол и облокотилась о ножку стола. Хотелось напиться и забыться. Стереть из памяти сегодняшний вечер. Я потянулась за коньяком, но сделать глоток мне не дали.

– На сегодня хватит. Хорошо? – Максим мягко забрал из моих рук бутылку, кинул в ближайшую урну и опустился передо мной на корточках.

Он медленно протянул руку к моему лицу и, еле касаясь кожи, вытер застывшую слезу.

– Давай я отвезу тебя домой?

Я закачала головой. Только не домой.

– Куда тебя отвезти?

Я молчала, плотно сжав губы. Мне бы по-хорошему добраться до гостиницы, но уходить от этого мужчины сейчас не хотелось. Странным образом, но он действовал, как успокоительное, окутывал аурой защищенности. И, главное, я понимала, что играю с огнем. Только час назад представитель его вида растоптал мое сердце, а я, напившись, тону в глазах другого. Я, видимо, схожу с ума.

– Просто на воздух. На улице хорошо.

Максим помог подняться с пола, и мы вышли из здания.

В лицо подуло ночным прохладным ветерком. Я остановилась и глубоко вдохнула запах другой жизни. С этого вечера вся моя жизнь перевернулась с ног на голову. Все изменилось, ничего не будет прежним. И я поменялась, но еще не решила, кем стала. Хочется забиться в дальний угол, спрятаться, и пусть обо мне все забудет. Или, наоборот, закричать вовсе горло. Сорваться на визг, совершить необдуманный поступок, пусть все идут к черту, я теперь живу для себя. Как хочу. И в мою одурманенную отчаянием голову пришла шальная мысль.

– Спасибо, Максим Николаевич, не хочу больше вас задерживать. До завтра! – задорно улыбнулась я и забежала обратно в здание.

Я поднялась на последний этаж и вышла из лифта. Всегда хотела прийти сюда и в тишине полюбоваться видом ночного города.

На высоте шестнадцатого этажа располагался большой открытый балкон. Не знаю, для чего он предназначен, никогда не видела, чтобы его использовали, но у него был довольно широкий каменный парапет.

Я бросила вещи на пол, подошла к ограждению и посмотрела вниз. Ничего не видно. Подтянулась на руках, забралась на стенку и встала в полный рост.

От мягкого порыва ветра влажные волосы взлетели вверх. Я набрала полные легкие воздуха и раскинула руки в стороны. Сердце бешено застучало, кровь с адской скоростью погнала адреналин по венам. Высота дурманила, а множество ярких огней превращали ночь в шелковое одеяло, усыпанное золотыми камнями. Я улыбалась. Снова.

– Возьмешь меня с собой?

Тихий, бархатный шепот донесся откуда-то снизу.

Я не обернулась и так узнала голос.

– Ты не ушел?

– Твой взгляд сказал, что ты что-то задумала. Не люблю пропускать веселье.

Кажется, кто-то просто не доверяет выпившей подчиненной.

– Так можно присоединиться?

Мне нравилось слышать Максима. Его голос как ничто подходил этой тихой, шелестящей ветром, ночи.

– Прошу на палубу.

Максим легко запрыгнул на парапет, встал рядом и взял за руку.

Моя маленькая и хрупкая ладошка утонула в его большой и сильной. Он держал крепко, мягко сжимая пальцами, стараясь не причинить боль, но готовый в любую секунду удержать на месте. Теплая кожа ласкала нервные окончания. Я и не заметила, что мои руки заледенели. Мои пальца моментально стали отогреваться, стараясь спрятаться, свернуться калачиком в его заботливом кулаке.

Я посмотрела на мужчину. Он стоял серьезный, ни капли иронии или издевки. Стоял и смотрел на меня, проникая взглядом под кожу, пытаясь прочесть мысли или оставить свои.

– Боишься, что спрыгну?

Максим молчал, и я отвернулась к просторам города. Ну и ладно. Но он ответил.

– Не боюсь. Но, чтобы ты не придумала, я удержу.

Зачем он так говорит? Не нужно меня держать, не нужно дарить тепло рук и заботу. Сама справлюсь. Теперь мне никто не нужен. Теперь я сама по себе.

Я забрала свою ладонь у Максима и села на ограждение, свесив ноги в пропасть. Под ложечкой волнительно засосало. Бездна так близка. Одно неосторожное движение и все, что я запомню – это полет.

– Я чувствую себя такой маленькой на высоте этого мира, такой беззащитной и слабой. Как комарик. Раз! И мокрое пятно.

Максим сел рядом, но повернулся к городу спиной.

– А ты чувствуешь себя маленьким?

– Нет. Пока есть те, кто во мне нуждается, кому я могу помочь, защитить, спасти… Я буду чувствовать себя сильным и злым дядькой.

Я в удивлении подняла брови.

– А ты злой?

– Смотря для кого.

– Ты меня иногда пугаешь, – уверена, завтра я пожалею обо всех своих откровениях, но сейчас адреналин кружил голову, а апатия притупила чувство самосохранения.

Максим внимательно посмотрел мне в глаза.

– Не стоит. Я не обижу.