Алиса Марсо – Папа: миссия (не)выполнима (страница 2)

– Ну, ладно, – вздыхает он, а я улавливаю, что нужно что-то сделать или сказать еще, чтобы полностью стереть его сомнения о своей матери.

– А давай свои крутые выходные проведем? И можно начать прямо сейчас.

– Точно! – подхватывает сын. – А можно доставку заказать?

– Конечно! – беру его на руки. – Что ты хочешь? Пиццу? Картошку фри? Мороженое?

– Все вместе! – улыбается он.

В итоге он ограничивается пиццей и мороженым, которые обещают доставить через час. Но уже то, что он начал улыбаться, для меня огромная победа.

По дороге домой покупаем ему новый конструктор. Пытаюсь компенсировать отсутствие матери игрушками. Глупо, конечно, но сейчас я готов на все, чтобы он чувствовал себя счастливым.

В квартире, как всегда, царит хаос. Точнее, как всегда, царит зона комфорта моего младшего брата, Платона, который привык, что за ним здесь убирают.

Грязная посуда в раковине, разбросанные вещи по всей гостиной, на столе гора пакетов с чипсами и сухариками и снова посуда. И запашок специфический, смесь пота, еды и чего-то еще неопределимого.

Платон, собственно, прилагается к этому великолепию. Он дрыхнет на диване с наушниками в ушах. Бодрствует он в основном по ночам, вынося мозг соседям своими онлайн-играми. А днем отсыпается. Работа? Нет, не слышал. Даже в свои двадцать пять лет.

– Блин, опять в гостиной все разбросано, – вздыхает Илюха, оглядывая комнату из коридора.

– Не переживай, сейчас поднимем твоего дядю, и он все приберет, – говорю я, пытаясь скрыть раздражение.

Не хочу, чтобы сын видел, как меня бесит этот бардак.

Сгребаю грязную посуду в раковину и освобождаю немного стол. Скоро привезут доставку, а нам и сесть негде. Илюха, вооружившись своим новым конструктором, усаживается на ковер и начинает собирать какую-то немыслимую конструкцию, потом задумчиво смотрит на спящего дядю и приходит ко мне.

– Пап, а почему дядя Платон всегда спит, когда мы приходим домой? – спрашивает он, задумчиво оборачиваясь.

Вот еще вопрос, на который нужно придумать ответ. Платон, конечно, мой брат, но оправдывать его образ жизни перед сыном, то еще удовольствие.

– Он играет в онлайн-игры по ночам, – говорю я правду. – А днем вот отсыпается.

– А что так можно? – недоумевает сын.

– Нельзя, Илья. Посмотри на дядю Платона и запомни, как делать никогда не нужно.

– А что в этом плохого? Наверно кайф ничего не делать. Всю ночь в тишине играть, а днем спать, потом поел и снова играть. Я люблю играть.

– Как тебе сказать, Илюха. Когда ты ребенок, это еще допустимо, но когда ты здоровый мужчина, то нужно вести себя соответственно. Нужно иметь образование, достойную работу, семью, детей, нести ответственность за свою жизнь. А кто доверится такому мужчине, как Платон? Ты бы доверился?

– Наверно, да. Он же мой дядя. Он не обижает меня.

– Логично, – соглашаюсь я, не зная, какие правильные слова подобрать, чтобы объяснить сыну, что его дядя иждивенец, который сел на голову.

В этот момент просыпается Платон, выходит на кухню и смотрит на нас мутным взглядом.

– Чего так орете? – ворчит он. – Разбудили.

– Мы не орем, – пожимает плечами Илья. – Просто разговариваем.

– Ну, хоть двери бы закрыли.

– Ты так устал, играя ночами в игры? – наивно, но искренне беспокоится сын, а я начинаю закипать.

Решаю, что пора поговорить с братом серьезно. Но не сейчас. Сейчас Илюха рядом, а малому не стоит знать и половину, что я собираюсь сказать его дяде.

Приезжает доставка, мы садимся ужинать и снисходительно делимся и с Платоном. Потом я с сыном около часа собираю конструктор, и завершаем вечер душем и мультиками перед сном.

Сам почти вырубаюсь, но нужно еще договор прочитать и все документы изучить, а вот Илья засыпает у меня на руке. Не хочется его тормошить, но аккуратно перехватываю маленькое тельце и несу сына в его комнату.

– Словно и не уезжал, – бормочет Илья, переворачиваясь на другой бок, и опять засыпает.

Да, сын, иногда все идет совсем не так, как планируешь.

Иду в гостиную и сажусь рядом с Платоном. Он, как обычно, сидит за компьютером, уткнувшись в экран, а на ушах наушники.

– Сними, – говорю я и показываю на его голову. – Нам нужно поговорить.

– О чем? – не отрываясь от игры, спрашивает он, но наушники снимает.

– О тебе. И о твоем образе жизни.

– А что с моим образом жизни не так? – огрызается он. – Я никому не мешаю.

– Не мешаешь, – говорю я. – Но подаешь плохой пример. Это во-первых.

– Ну и что? – пожимает он плечами. – Я что, должен теперь жить, как нравится другим?

– Не должен, если живешь в своей квартире и сам себя обеспечиваешь, – говорю я. – А пока ты живешь здесь, будь добр хотя бы прибирать за собой, и поменяй день с ночью.

– Захар, чего ты прицепился? Я что не убираю? – встает в оборону брат.

– Нет. Только когда я тычу тебя носом. Ты живешь в моей квартире, ешь мою еду, гадишь везде и даже не думаешь о том, чтобы помочь мне. Я тебе не нянька и мама с папой, давай уже включай мужика и выбирайся из берлоги.

– Слушай, ну чем я могу тебе помочь? – спрашивает он с сарказмом. – Я же не умею зарабатывать деньги, как ты.

– Ты можешь хотя бы присматривать за Ильей, когда я в корне зашиваюсь, – говорю я. – Или найти себе хоть какую-то работу.

– Работать за копейки это не для меня, – фыркает брат.

– А жить за мой счет для тебя?

Внезапно из комнаты Ильи слышен плачь. Подрываюсь и обеспокоенно залетаю в комнату сына.

Илья сидит на кровати, обнимает своего любимого кенгуру и ревет.

– Эй, парень, что случилось?

Я сажусь рядом, а сын тут же забирается ко мне на колени и укладывается на груди.

– Мне приснилось, что мама уезжает на поезде и машет мне рукой. Я кричу, чтобы она взяла меня с собой, а она качает головой и говорит, что мне с ней нельзя, нет места.

– Илюш, это только сон. Мама любит тебя и никуда без тебя насовсем не уедет. И я у тебя есть. Все хорошо.

– Знаю, но во сне я расплакался.

Глажу сына по спине и уже через минуту слышу, как он сопит.

Чертова Виталина, задолбалось все время искать для нее оправдание в глазах сына. Отдала бы мне уже его на пмж, и Илья был бы спокоен. А так таскается туда-сюда, друзей толком нет, хотя его дом именно у меня. Он здесь родился.

Выхожу из комнаты и смотрю на Платона. Он сидит за компьютером как ни в чем не бывало.

Во мне закипает ярость. Не знаю, что делать. Выгнать из дома?

Решаю, что нужно просто уйти и выдохнуть, я сказал все, что хотел, но как всегда поговорил со стеной.

Сажусь на двухспалку у себя в комнате и открываю папку с документами. В груди скребет злость и опускаются руки. Как же я устал, просто трындец.

Откидываю документы, возвращаюсь к Платону и смахиваю с его головы наушники.

– Значит так! У тебя неделя, чтобы найти себе работу, иначе возвращаешься жить к родителям. Половину зарплаты отдаешь на съем жилья и продукты, вместе с нами следишь за порядком и готовишь еду. Это условие. Если не устраивает, дверь знаешь где. Все понятно?

– Предельно, – хмурится брат, а на лице явное недовольство. – Только я не понял, с кем мне снимать квартиру? Кто будет давать вторую половину оплаты?

– Я! Эта квартира пойдет с молотка. У меня больше нет жилья. И бизнеса пока тоже.

Глава 3