Алиса Лунина – Просто была зима… (страница 3)

И почему все ей? – наверняка задавалась вопросом какая-нибудь девочка у экрана телевизора, глядя на красавицу – артистку Ольгу Искру.

А потому что мой персональный Дед Мороз постарался! – ответила бы Ольга. «Когда мне было четыре года, я попросила его сделать меня красивой, богатой и знаменитой – и вот пожалуйста – исполнилось». Да, к своим тридцати четырем годам Ольга Искра имела все, о чем она когда-то просила Деда Мороза. Но есть какая-то особенная ирония судьбы в том, чтобы сначала дать, а потом отнять… В нынешнем декабре Ольга еще не знала, что по какой-то неведомой причине ее персональный Дед Мороз в этот Новый год не работает, а значит, ей придется рассчитывать только на свои силы.

Но обо всем по порядку. Хотя как раз порядка в тот день – в начале снежного декабря, и не было. День не задался с самого утра и с ходу пообещал стать сволочным. Неприятности начались со звонка из кинокомпании, в которой Ольга проходила кинопробы на главную роль в эпической, костюмированной драме – экранизации известного классического произведения. Ольге сообщили о том, что на роль ее не утвердили: примите наши извинения…

– Что? – взревела Ольга, не привыкшая к тому, чтобы с ней так поступали (скажем прямо, отодвигали в сторону). Тем более дураку-стажеру ясно, что это – ее роль и Ольга, как никто другой, сможет раскрыть трагический образ героини.

– Генеральный продюсер счел, что вы не очень органичны в данном образе, – доверительно сказала помощник режиссера, – он полагает, что роль не совсем ваша…

Ольга даже не стала продолжать диалог: какой смысл разговаривать с человеком, который ничего не решает?! Отсоединившись, она тут же позвонила одному большому кинодеятелю, с которым была знакома и который курировал этот кинопроект, и с ходу попросила объяснить, что происходит и почему ее не утвердили. Последовавшие объяснения лишь укрепили актрису в подозрении, что дело тут нечисто, а когда она узнала, кого именно ей предпочли, все стало ясно. Эта бездарность, фитюлька, вчерашняя школьница будет играть главную героиню?! – вспыхнула Ольга, едва сдерживаясь, чтобы не закричать: да ваша девочка, кроме как ублажать продюсера в постели, ничего не умеет!

Не сдержалась… Все-таки она это сказала – выпалила, выкрикнула.

Голос большого киночиновника мгновенно посуровел, и Ольга поняла, что отныне ей в курируемых им проектах не дадут сыграть даже эпизодической роли. «Да и к черту! Гори оно все синим пламенем! – выдохнула Ольга. – Мало ли в стране кинокомпаний, на мой век хватит».

Однако же настроение было испорчено. А тут еще, как назло, позвонил ее личный водитель Володя и сказал, что ему срочно нужно уехать в Подмосковье: заболел близкий родственник, Ольга Александровна, умоляю, войдите в мое положение! В итоге Ольга «вошла в положение» Володи и отпустила его на два дня.

В тот день она сама села за руль и поехала в телецентр на съемку. Ольга водила машину давно (у нее не всегда были деньги на личного водителя) и довольно лихо. Правда, сегодня из головы никак не шел разговор с киночиновником и, переживая неудачу с ролью, Ольга и не заметила, как под колеса ей кинулся какой-то мальчишка. Ну не видела она его, не видела! Увидеть в принципе было невозможно – настолько быстро все произошло. Пацан будто специально ее дожидался. Ольга заметила его уже в последний миг, ахнула, вдарила по тормозам, и от резкого торможения сильно ушибла голову. Выбежав из машины, она подскочила к мальчишке, закудахтала: мальчик, мальчик, ты как?

Пострадавший – худой подросток лет четырнадцати в драных джинсах, посмотрел на нее мутным взглядом и пожал плечами:

– Вроде нормально.

Ольга принялась его ощупывать, может, у него болевой шок и на самом деле ему плохо?!

Вокруг них мгновенно образовалась толпа. Даже странно – секунду назад никого не было, и вдруг повыскакивали, словно прятались в кустах. Толпа возмущенно загалдела. Одна женщина сказала, выразительно глядя на Ольгу:

– Разъездились тут! Детей давят!

Под осуждающим взглядом собравшихся Ольга съежилась. Между тем на мальчишке не было ни царапины, и хотя пострадала в аварии, судя по всему, только она сама (после удара голова кружилась, как после долгого катания на карусели), Ольга все же хотела удостовериться, что с парнем все в порядке, а потому она повезла его в больницу. По дороге Ольга позвонила своему любовнику Гарику – Игорю Толубееву и сообщила ему о том, что сбила ребенка и что везет его в больницу. Гарик – известный адвокат, невозмутимо сказал, что будет защищать ее в суде. От волнения – да какой суд, я тебя умоляю, не пугай меня! – Ольга едва не выпустила руль из рук и чуть не угодила в новую аварию. В итоге с Гариком они договорились встретиться в больнице.

Там Ольга препоручила подростка заботам медицинских работников, попросив произвести «осмотр с пристрастием» («Доктор, пожалуйста, осмотрите мальчика хорошенько, может, у него скрытые травмы?»), а сама осталась в больничном холле ждать заключения врача, как приговора. Вскоре появился Гарик – Игорь Толубеев: интересный мужчина сорока лет (род деятельности – адвокатура, характер выдержанный, костюм от дорогого портного). Гарик, как профессиональный адвокат, тут же задал Ольге ряд вопросов, касающихся аварии, и в итоге спокойно заключил, что «дело не стоит и выеденного яйца». Надо сказать, что Ольгу всегда восхищала способность Гарика оставаться невозмутимым в любой ситуации, но сейчас она почувствовала раздражение. В этот миг из кабинета вышли врач с мальчиком. Ольга кинулась к доктору: что с пострадавшим?

– С мальчиком все хорошо, – ответил врач и, присмотревшись к Ольге, добавил: – А вот вы мне, барышня, не нравитесь. Вы что-то очень бледная… Давайте-ка я вас осмотрю?

Ольга наотрез отказалась от осмотра – все нормально, слегка стукнулась головой, но это не страшно. Когда доктор ушел, она повернулась к мальчишке: что же с тобой делать? Гарик предложил послать своего водителя отвезти парня домой. Однако пацан домой не спешил, подмигнув Ольге, он попросил ее заплатить ему за «моральный ущерб». Актриса не поверила своим ушам – предприимчивый парень, далеко пойдет!

– А по шее не хочешь? – усмехнулся Гарик.

Подросток что-то обиженно забубнил про то, что ему теперь придется лечиться всю оставшуюся жизнь. Ольга молча протянула крупную купюру – на, лечись, – и довольный подросток тут же испарился.

Гарик взял Ольгу под руку.

– Ты плохо выглядишь, детка, бледная, круги под глазами. Поехали куда-нибудь, пообедаем… – предложил он.

Они сидели за столиком в ресторане. Гарик только что рассказал ей о подарке, который он приготовил. Подарком была их совместная поездка на Ольгин любимый морской курорт: «Летим через неделю, вот авиабилеты». И хотя при иных обстоятельствах Ольга обрадовалась бы такому подарку, однако в данный момент жест Гарика не произвел на нее впечатления. Она машинально положила билеты в сумочку – да-да, это прекрасно! и погрузилась в свои невеселые мысли. Голова по-прежнему нестерпимо болела (может статься, сотрясение мозга?!), но хуже всего была даже не головная боль, а какое-то гаденькое чувство, вернее, некое предчувствие. Оля думала о том, что в ее жизни началась какая-то «метель из неприятностей» – метет и метет себе всякая гадость! Облом с ролью, пацан под колесами, к чему еще прикажете готовиться?!

И как быстро выяснилось, неприятное предчувствие не обмануло. Вскоре, где-то между горячим и десертом, Ольгин мобильный телефон тренькнул, ей пришло смс-сообщение, в котором некто (назовем его «таинственным доброжелателем») настойчиво советовал ей пройти по указанной ссылке на некий интернет-сайт и посмотреть размещенные на нем фотографии. Разумеется, Оля и не подумала бы открывать какую-то сомнительную ссылку, но «доброжелатель», будь он неладен! предусмотрительно указал в сообщении, что фотографии имеют отношение к ее сердечному другу Игорю Толубееву; а посему Ольга таки полюбопытствовала и взглянула на предложенные фотографии. Как оказалось, их вполне можно было пришить к следственному делу об измене. Собственно, это оказались не просто фотографии, а прямо-таки «вещественные доказательства» неверности Гарика. Гарик и хорошенькая блондинка – раз, Гарик и хорошенькая блондинка – два, Гарик и… ну на эту пакость даже смотреть не хотелось – этот снимок в стиле «ню» проходил под грифом не то что «восемнадцать плюс», а скажем, «плюс сто пятьдесят». Увиденное произвело на Ольгу изрядное впечатление, ей даже показалось, что она еще раз хорошенько стукнулась головой – во всяком случае, перед глазами опять все поплыло, и ее затошнило. Она перевела взгляд на своего вероломного любовника, в данный момент разговаривавшего по телефону, – да как же так можно, люди добрые?! Для этого мужчины вообще есть что-то святое?!

– Тебе плохо? – поинтересовался Гарик, закончив обсуждать рабочие вопросы.

Ольга кивнула: да уж не сказать, что хорошо. Она сунула Гарику под нос свой телефон, вещдоки – во весь экран.

– Это что?

На лице Гарика не дрогнул ни один мускул.

– Это деловые переговоры!

– Переговоры? – ахнула Ольга. – Ну я представляю, до чего вы там договорились!

Более всего ее изумила реакция Гарика – каков?! Даже не сморгнул, не заволновался! Это высший пилотаж. А может, ему просто…