Алиса Линней – Мажор из прошлого (страница 10)

– Оставил тебя там, с этими стервятниками, а сам отсиживаюсь тут, – отец занервничал, после моего рассказа. – У Вити Корнева, понятно, что совсем дела плохи, а Валера Афанасьев тебя зажуёт и даже не подавится, – я уже начал жалеть, что выложил ему всё, как есть.

– Спасибо, что веришь в меня, хотя ты тут вообще не при делах, это же из-за меня они стали и твоими врагами, – напомнил я поспешно.

– Даже если бы и не ты, дружить я с ними точно не собирался, – усмехнулся отец. – О! Кстати, есть одна хорошая новость, у Афанасьева комиссия новый дом не приняла, забраковали, это мне один знакомец рассказал, по старой памяти, – вспомнил вдруг он.

– И конкуренты его не дремлют, я уверен, – в эту минуту, я снова начал верить, что справедливость это не легенда.

– Будем надеяться, что это начало конца Валеры, – прозвучало, как пожелание. – Ты всё равно с Владой будь поосторожней, она же всё таки дочь своего отца, – добавил он с умным видом.

– Понятно, я же не могу заставить тебя любить Владика, но ты к ней явно предвзято относишься. Сегодня Афоня сказал Владику, что ты болеешь раком и скоро умрёшь, слышал бы ты, как она ревела, я уверен, что случись, подобное с Корневым, Владик вряд ли бы стала так убиваться, – отец был в откровенном замешательстве.

– Ну, надо же, – наконец удивлённо ответил он.

– Владик тебе привет передавала, хотя сомневалась, что ты будешь этому рад, – с вызовом добавил я.

– Я давно живу и всякой доброты насмотрелся, но я же тоже человек и могу ошибаться, – всё ещё неуверенно сказал отец. – Возможно это твоё воспитание, вырастил себе жену получается, – он хохотнул над своими же словами.

Я отвёз отца обратно в корпус и мы попрощались до завтра.

Колен мне не позвонил и я с чистой совестью отложил разговор с ним на завтра.

Владику я всё же позвонил, хотя уже было поздно. Поговорили не о чём, все важные новости, я решил оставить, для личной встречи.

Глава 6. Егор

Проснувшись утром, я сразу позвонил Колину, предложил ему прийти ко мне в гостиницу.

Колин раньше был переводчиком с русского и на русский, а сейчас, насколько я знаю, преподавал в университете, тоже русский язык и это очень облегчало мне жизнь.

Колин появился у меня в номере, через час, после нашего телефонного разговора.

Я не знал, как мне отговорить Колина от его глупой и абсурдной идеи.

– Я бы и сам с удовольствием удавил Афоню, но он не стоит, чтобы из-за него, кто-то из нас сломал себе жизнь, – я бы точно не стал подставляться.

– Когда я думаю, что эта нечисть ходит по земле, то не могу спокойно жить, – слишком уж пафосно звучало и не было похоже на Колина.

– Ты говоришь, как миротворец-одиночка или вы с Оливией меня за полного идиота держите, – я не стал делать вид, что он впечатлил меня своей речью.

– Что тебе Оливия сказала? – спросил Колин, насторожившись.

– Ничего, кроме того, что ты собираешься лететь в Россию, только поведение у неё было очень странное, – теперь он недоверчиво пялился на меня.

Пока мы разговаривали, мне пришла в голову свежая идея на счёт Афони, и я предложил Колину отложить поездку на время, пока я не приведу свой план в действие.

Он видимо в благодарность, за моё участие, прояснил мне ситуацию и всё встало на свои места. Если не учитывать неприятный осадок, который у остался у меня, после услышанного. Просто я знал, что так будет лучше.

Как только Денис отзвонился мне и сказал, что всё в порядке, я сразу позвонил Владику. Я четко понимал, что если бы она вовремя не появилась в моей жизни, возможно у меня бы уже не хватило сил сопротивляться.

У отца я появился, часа в три дня.

Сегодня он уже ничего против коляски не имел и настрой у отца тоже, как мне показалось был получше, чем вчера.

– Я вчера так и не понял, что у вас с Оливией в итоге-то? – спросил он, когда мы уже подъехали к вчерашней скамейке.

– Я же тебя не спрашиваю, почему ты так резко с Ангелиной развёлся, наверное, это личное, – мне не хотелось ничего говорить про свою подругу.

– А ты возьми и спроси, – я вообще-то рассчитывал сменить тему разговора.

– Спрашиваю, – с неохотой сказал я.

– Ангелина четыре года скрывала от меня, что у неё есть дочь, – я округлил глаза, изображая шок. Я был уверен, что сейчас не самый подходящий момент, чтобы рассказывать отцу, как я недавно случайно столкнулся с его бывшей женой и мы с ней поговорили.

– Ты-то тоже ей про свой рак не захотел говорить, – напомнил я.

– Сравнил, тоже мне, рак же не ребёнок, – сейчас он был уверен в своей правоте. – Вот мне интересно, что бы ты сделал на моём месте? – видно было, что отцу не понравилось, что я Ангелину оправдываю.

– Понятное дело, психанул бы и разозлился, – подыграл я ему. – Потом бы подумал, что она мне, наверное не доверяет, раз ребёнка своего от меня прячет, – отец не ожидая такого поворота, нахмурился. – И если бы эта женщина была мне дорога, то решил бы, что огромная фотка умершей жены в гостиной, это перебор, – я замолчал, увидев на его лице возмущение.

– Я люблю Настю! И не скрывал этого от Ангелины! – отец продолжал стоять на своём.

– Она умерла! – так же громко сказал я. – Мамы уже девять лет нет! Как ты можешь любить покойницу?! – я не злился, просто, кто-то должен был ему это сказать.

– Ты просто не знаешь, как мне плохо без Насти, – и отец заплакал, как пацан, а я сидел не шевелясь, потому что таким я его ещё не разу не видел.

– Я тоже скучаю по маме и раньше часто представлял, как бы было у нас, если бы она была живая, – тихо сказал я и почувствовал, что у меня тоже слезятся глаза. – Только мама не вернётся, ты тоже это знаешь, – я едва справился со своими эмоциями. – И прости, что я тебе тут наговорил, просто у меня уже сил нет смотреть, как ты мучаешься, – я не сильно толкнул отца в плечо, пытаясь его расшевелить. – Мы-то живые, – я улыбнулся, отец тоже изобразил подобие улыбки.

– Значит ты считаешь, что это я виноват, что мы с Ангелиной расстались? – спросил отец, уже ровным тоном.

– Я этого не говорил, просто предположил, что может не только она поступила неправильно, – я пожал плечами, показывая, что не уверен.

– Ты завтра прийдёшь? – спросил вдруг он.

– Конечно, я завтра целый день буду с тобой, у меня самолёт поздно вечером, – ответил я, не понимая к чему отец клонит.

– Тогда может ты увезёшь меня обратно в корпус, мне надо побыть одному, подумать, – вид у него был серьёзный.

– Точно всё нормально? – я внимательно посмотрел на отца.

– Естественно, – возмутился он.

Я сделал, как отец попросил.

По дороге в гостиницу я зашёл в кафе, поел.

Вернувшись в номер, я сразу же позвонил Владику.

Она сказала, что пишет дипломную, я позадавал привычные вопросы и не стал Владика больше отвлекать. Слышать в трубке её голос и осознавать, что Владик находится за тысячи километров, от этих мыслей мне становилось тоскливо на душе.

Когда я сюда собирался, то не представлял даже близко, что меня здесь ждёт. Теперь не очень понимал, что с этой информацией делать.

Утром я встал рано, из-за вчерашнего отцовского поведения, места себе не находил. Уже начал жалеть, что так на него надавил.

В девять часов я уже был в центре.

– Ты чего такую рань прискакал? – удивился отец спросонья, увидев меня.

– Вчера ты странно себя вёл, – попытался я оправдаться.

– Действительно странно, что я услышал, чьё-то мнение, кроме своего, – с сарказмом заметил он, выбираясь из кровати.

– Ну и как, помогает? – я успокоился, что отец в порядке и уже развалился на кресле.

– Что помогает? – не понял моего вопроса он.

– Мнение, которое не твоё? – задал я вопрос поточнее.

– Ещё не знаю, – усмехнулся отец. – Знаю, что у меня завтрак, через пол часа, а потом процедуры, ты здесь останешься? – я вспомнил, что тоже ещё не ел.

– Нет, я тоже в кафе схожу, а потом вернусь, – ответил я.

Когда я пришёл обратно в центр отца ещё не было. Я снял джемпер и включил телевизор, услышав английскую речь, убрал звук, чтобы не сосредотачиваться на переводе.

– Меня разбудил, а сам спит, – оказывается я задремал, пока его ждал.

Отца привезла медсестра на коляске, я сказал на английском, что помогу ему и она может идти.

– Как ты думаешь, осталась бы Ангелина со мной, вот с таким? – отец похлопал ладонями по подлокотникам коляски.