Алиса Линней – Измена. Мне (не) надоело быть гордой! (страница 22)

Выхожу на улицу, уже успокоившись более-менее. И вижу Ксюшу, которая стоит возле парковки.

— А Варя где? — спрашиваю настороженно.

— Она уехала, — отзывается сестра испуганно.

— Как это уехала? Куда? — чувствую, как начинает мкнуть от психа.

— Так вот! Увидела освободившееся такси и села в него! Захлопнула дверь перед моим носом и уехала! — кричит на меня малявка. Вижу, что ещё немного и разревётся.

— Может, она к нам домой поехала? — рассуждаю уже спокойней. К такой подаче я точно был не готов.

— Очень сомневаюсь, — озвучивает моё мнение сестра. — Варька плакала, когда в машину садилась, — выдаёт, как укор. И пихает мне в лицо свой телефон. Ведёт себя так, типа я накосячил.

Присматриваюсь и вижу фотку номера машины жёлтого цвета.

— Ты молодец! Скинь мне её, — радуюсь, что Варю можно найти.

— А ты нет! — звучит уже, как обвинение.

— Чего не так? — сдерживаю свой рвущийся наружу неадекват.

— Ещё спрашивает! Я бы тоже уехала! Дан, ты же с ней остался! — показывает в сторону кафе.

Только сейчас до меня доходит, как я выглядел в глазах Вари.

— Охренеть можно! Слушай, Ксенья, прекращай орать на меня! — осаживаю малую. — Остался, чтобы наехать на эту дуру. А то она постоянно будет всплывать, — объясняю свои действия. — Сама до дома доберёшься, — говорю и ставлю сумку в багажник. Скидываю фотку с номером такси Стасу и прошу найти мне эту машину. Узнать, куда и кого она везёт.

“Ок” — приходит в ответ на мою “повесть”.

Сижу в машине и пытаюсь дозвониться до жены.

Даже полчаса не проходит, как вижу входящий от своего помощника.

— Чего так долго, Стас? — возмущаюсь.

— Диспетчер не хотел позывные нужного таксиста давать, — оправдывается. — Едет это такси в райцентр. Как раз туда, где мы собирались жилкомплекс строить. Пассажирка девушка, — отчитывается о проделанной работе.

— Перезвони ему и скажи, чтобы вёз пассажирку, как хрустальную. Заплати водителю и пусть он с девушки возьмёт очень мало, — диктую новое задание.

— Я уже, — вдруг отвечает Стас.

— Ты догадался, что это Варя? — переспрашиваю.

— Сразу, как только вы мне написали, — хвастается, как пацан.

— Молодец, до связи, — скидываю вызов.

Уже проезжаю половину пути, когда помощник отчитывается. Варя доставлена в целости и сохранности. Денег взято с неё крайне мало. Взамен попросили написать хвалебный отзыв в службу такси.

— Водитель добавил, что пассажирка всю дорогу всхлипывала, но он не при делах, — добавляет Стас.

— Знаю, — вздыхаю тяжело.

В райцентр заезжаю уже через полчаса.

Не спеша поднимаюсь на второй этаж и не громко стучу в знакомую дверь.

— Варь, это я, открывай, — говорю, прислонившись лбом к двери.

— Нет, уезжай, — отвечает охрипшим голосом.

— Давай поговорим, а? — продолжаю уговаривать. Если бы мне год назад сказали, что во мне есть столько терпения, я бы не поверил.

— Я по-твоему тупая, что ли? — злится моя девочка, а я невольно улыбаюсь. — Мне и так всё понятно! Езжай уже к своей Ангелине! — кричит мне через дверь.

— Мне не нужна Ангелина, я тебя люблю! — улыбаюсь ещё шире. Наконец-то она меня ревнует. А то раньше выглядело всё так, типа ей всё равно.

Глава 23. Зубы заговаривает

Не то чтобы приезд Дана для меня был неожиданностью, просто я не думала, что он так быстро примчится.

От его наглости даже реветь перестаю. Теперь ужасно злая. Ясно, что беспокоится муж не за меня, а за нашего малыша. Но вид корчит, что именно за меня переживает. Чем дольше мы с Даном разговариваем, тем сильнее я злюсь. Все старые обиды, которые, казалось бы, улеглись, теперь взбудоражены. Мне даже дышать трудно от возмущения.

— Впусти меня, Варь, и мы с тобой сможем полноценно поругаться, — слышу очередное предложение. Такое чувство, что его это всё забавляет.

— Нет. Рано или поздно тебе надоест и ты уедешь, — делаю свои прогнозы.

— Не уеду, — отвечает эхом.

После очередной переклички молчу больше часа. Лелею все до одной свои обиды, каждую слезинку ему припоминаю.

Хотя Ямпольский ведёт себя странно. Не стучится, не разговаривает, а сидит на лестнице. Я в глазок подсмотрела.

Открываю задвижку, но в квартиру не зову. Ухожу в свою комнату.

Слышу, как брякает входная дверь.

— Варь, ты как? — заглядывает, но не проходит.

Молча и демонстративно отворачиваюсь, показывая, что не буду с ним разговаривать.

— Я привёз тебе еду, которую ты в кафе заказывала, — его голос звучит уже с другой стороны комнаты. Скорее всего Ямпольский сидит за моим столом со швейной машинкой.

— О, круто! Я видел твои сумочки, — видимо нашёл на столе вышитые бисером детали от сумочки. — Думаю, что это офигеть, как трудоёмко, — продолжает восхищаться и меня это бесит.

— Ты мне зубы, что ли тут заговариваешь? — не выдерживаю и поднимаюсь в положение сидя. — Тебе же раньше было всё равно, чем я там занимаюсь, — сыплю упрёками. — Вряд ли тебе сейчас надо начинать интересоваться, — забираю у него деталь от сумочки и кладу обратно на стол. — Знаешь, я прямо сегодня поняла, как правильно сделала, что ушла от тебя, — кидаюсь в мужа словами, как камнями и ухожу из комнаты.

— Не правильно, вообще-то, — слышу его голос за спиной.

— Тебе откуда знать? Без тебя мне лучше и спокойней! Не жду хотя бы ежеминутно, какую ты очередную подлость мне приготовил! — сейчас я уверена в своей правоте, как никогда.

— Вот ты о чём, Варь? — повышает голос возмущаяясь.

— Про Ангелину твою! Я же видела, как она на тебя пялится, — хмыкаю со психом. — Надо было и дальше там оставаться! Нафига сюда приехал, — усаживаюсь за кухонный стол.

— Ты всё напридумывала себе и сидишь веришь в это, — хмыкает снисходительно.

Рассказывает, что остался с Ангелиной за столиком, потому что пришлось в грубой форме объяснять, куда ей надо отправляться. По другому такие не понимают.

Греет еду из кафе в микроволновке и ставит передо мной тарелку.

Не смотря на неприятности есть я очень хочу.

После позднего ужина ругаться не тянет, потому что в сон клонит.

— Можешь ложиться на бабушкин диван или езжай в гостиницу, если что-то не устраивает, — говорю безразлично и ухожу к себе. Силы заканчиваются резко.

Просыпаюсь и вижу, что Дан лежит на полу соорудив себе своеобразную постель. Вместо матраса вдвое сложенное одеяло, а укрыт простынёй.

Он не спит, что-то пишет в телефоне держа его над собой.

— Ты чего здесь делаешь? — спрашиваю охрипшим ото сна голосом.

— Не мог уснуть, — откладывает телефон и поворачивается ко мне. — Думаю вдруг тебе, что-то понадобится, а я не услышу, — объясняет невнятно свой ночной переезд.

— Мне даже стариться не надо. Уже есть, кому носить воду в стаканах, — поднимаюсь и ухожу в ванную.

Немного успокаиваюсь под струями прохладной воды.