Алиса Лаврова – Сиротка для Ледяного Повелителя (страница 39)

У воды не было никакого вкуса. Она была создана словно бы из самого льда. После того как я сделала несколько глотков, по телу начал разливаться холод. Я ощущала, как он стремительно захватывает каждую клетку моего тела, словно вражеская армия, которая, наконец, прорвала оборону противника и устремилась за городские стены.

В конце концов, лед дошел до груди и только что разгоревшийся огонек мгновенно погас, словно свеча, которую окунули в воду.

Нет, только не сейчас! Пожалуйста!

Я почувствовала, как начинаю застывать, словно бы я сама была сделана из воды и лед, наконец, пришел забрать свое, превратив меня в статую. На мгновение мне стало очень страшно. Я попыталась шевельнуться, и в первую минуту у меня это не получилось.

Однако потом я заставила себя успокоиться.

Если я еще дышу и соображаю, значит, я еще не мертва, значит еще есть шанс.

Я с трудом закрыла глаза и сосредоточилась на своих чувствах. Перед моим внутренним взором проносилась вся моя жизнь. От детства до юности и дальше.

Каждый шаг, который я сделала в своей жизни, каждый жест и каждый вдох, все они вели меня именно к этому моменту. Все, что я когда-либо делала, все это было ради того, чтобы выпить эту странную воду.

— А теперь гори, — сказал голос.

Я заметила, что он изменился. Он говорил так, словно был со мной рядом, а не рокотал откуда-то издали.

— Но как? — спросила я мысленно, не в силах пошевельнуться.

— Разве ты забыла? — насмешливо спросил он. В голосе больше не было ярости и злости, он говорил со мной так, словно мы были давними знакомыми.

Страх немного отступил. И я, наконец, смогла прислушаться к моим подлинным ощущениям.

Где-то глубоко внутри, за льдом, который заполнил все мое тело и уже готов был окончательно завладеть им, я почувствовала что-то очень знакомое, что-то невероятно теплое. Что-то, способное даже воскресить.

Я почувствовала любовь к Крастену, которая сначала прорывалась сквозь лед, как искра, а потом постепенно начала разрушать коварный лед, захвативший почти все мое тело, миллиметр за миллиметром. Медленно, но неумолимо.

— Умница, — сказал голос мягко, — я знал, что у тебя получится, — а теперь доведи дело до конца.

Я представила Крастена так, словно в эту минуту он стоял рядом со мной. Я вспомнила, как он шептал мое имя, лежа в бреду, умирающий, поверженный отравленным клинком предателя.И тогда лед начал стремительно уступать место теплу.

А после к этому теплу присоединился огонек. Он просто вернулся, словно так и должно было быть. Сначала он нерешительно разгорался, а потом вернул всю свою силу, почти мгновенно возвращая меня к жизни. И тут я услышала крик позади себя.

— Что она творит? Заберите у нее чашу, — услышала я крик Гаррета.

Я обернулась и увидела, как в мою сторону бежит сразу несколько человек, А позади них идет взволнованный Гаррет. На его голых руках сияли обручи, которые раньше принадлежали моему повелителю.

— Поставь чашу, немедленно, сначала испить должен я! — крикнул он.

Я послушно опустила чашу на стол. В ней еще оставалась половина. Еще одна капля упала в нее с хрустальным звоном.

— Да, повелитель, — сказала я кротко и отошла на шаг.

Ко мне подбежали его люди и оттащили от стола. Я не сопротивлялась, лишь наблюдая за тем, что будет делать предатель Гаррет.

За ним стройной вереницей следовало несколько девушек. Они завороженно глядели на храм, явно находясь под огромным впечатлением. Все девушки были молодые и очень красивые. В каком-то смысле я узнала в них себя, какой была, когда только прибыла сюда.

— Зачем ты их привел? — спросила я, не удержавшись.

— Это претендентки, Милли, — сказал он с улыбкой, подходя к столу с чашей, —сейчас я выпью воды и стану полноправным повелителем этих земель, а одна из них станет моей женой и повелительницей.

— Они все погибнут — сказала я, с горечью глядя на девушек, которые не понимали, что тут происходит.

— Вот мы и посмотрим.

Я только покачала головой.

Мои руки с двух сторон держали прихлебатели Крастена, но я и не собиралась никуда бежать. Мне было очень интересно посмотреть на то, что будет дальше.

Однако, что-то зудело у меня на душе и я не смогла удержаться, чтобы не произнести следующие слова, когда Гаррет взял чашу в руки.

— Гаррет, — сказала я, — тебе не стоит пить эту воду.

Он глянул на меня, обнажив зубы в счастливейшей из улыбок.

— Ты маленькая глупенькая девочка, мне жаль тебя. Поэтому не волнуйся, если ты будешь достаточно хорошо ублажать меня, я не стану тебя убивать. Нужно будет только извиниться, встать на колени и поклясться в верности мне и готовности выполнять любое мое желание. Никто не скажет, что я несправедлив или жесток.

Так ведь, парни?

Мужики, которых притащил с собой Гаррет, закивали и утвердительно загудели.

— Тебе не быть повелителем, Гаррет, — в очередной раз попыталась я вразумить его.

— Заткните ее, только зубы не выбивайте, так она симпатичнее, — хохотнул Гаррет.

Я почувствовала, как чья-то грязная, потная ладонь закрывает мне рот.

Что же, я сделала все, что могла.

Гаррет жадно приложился к чаше.

Девушки, которых он привел, притихли и в ожидании уставились на него.

Я смотрела ему в лицо, и когда он убрал чашу от губ, я увидела смертельный ужас в его глазах.

— Что-то не так, — прохрипел он, — все должно быть не так.

Я закрыла глаза и разожгла огонек внутри. Мужики, которые держали меня тут же вскрикнули и отпустили меня.

— Тварь, она жжется! — крикнул один из них.

— Не советую трогать меня своими грязными лапами, — сказала я, глядя, мужик в недоумении разглядывает волдыри на своей обожжённой коже.

Они в ужасе отшатнулись от меня, и больше не решались подойти Гаррет стоял на месте и хрипел, не выпуская чашу из рук.

Я даже с расстояния в несколько шагов видела, что его тело застывает как…

— Зря ты меня не послушал, Гаррет, — сказала я, подходя к нему ближе.

— Что за черт? — прошептал он.

— Крастен жив, — просто ответила я и вырвала из рук неудавшегося повелителя чашу.

— Этого не может быть,

Лед дошел до лица Гаррета, и он застыл в недоумении.

Браслеты на его руках завибрировали и зажужжали, как улей разъяренных ос, наполняя храм нестерпимым для ушей металлическим гулом.

Все, кто еще оставался тут, в ужасе расталкивая друг друга, побежали вон из храма. Мужики отталкивали несчастных девушек.

Наконец, звон от браслетов достиг пика и я увидела, как ледяное тело Гаррета разлетается на части, превращаясь в облако ледяной пыли.

Браслеты со звоном упали на пол, и все мгновенно стихло.

Я поставила чашу на стол, а потом подняла с пола браслеты.

Их нужно вернуть хозяину.

Стараясь не смотреть на последствия битвы, которая разразилась рядом с мельницей, я быстро отыскала следы на снегу, по ним несложно было понять путь, по которому уходил Соломон и мальчики, утаскивая Крастена в безопасное место.

Снег хрустел под моими босыми ногами, но я почти не обращала на него внимания.

Мельница осталась далеко позади, как и дубовая роща, в которую я приходила ночью ‚и в которой чуть не погибла, замерзнув насмерть.

Я шла вперед, с наслаждением вдыхая морозный воздух. Я чувствовала, как зима сдается. Этого пока не было видно, но каждая снежинка, каждая веточка на дереве уже знала, что совсем скоро снег начнет таять, уступая место долгожданной весне, которой так долго не было в этих краях.