Алиса Ковалевская – Я её забираю (страница 11)

– Нет! – вскрикнула я, ощутив его пальцы на бедре. Что есть силы прошлась ногтями по его руке и рванула в сторону.

– Сука! – прошипел он, рывком вернув меня на место. Оскалился, зарычал и резким движением дёрнул платье вверх. – Все вы… – поняв, что под халатом ничего нет, снова оскалился. – Все вы шлюхи, – ладонь на грудь. – Н-да… – бёдрами ко мне, вплотную.

Я почувствовала твёрдость его паха, и меня буквально затрясло. От ярости, от безысходности. Уголки глаз обожгло. От него пахло крепким алкоголем, а вот древесный запах… Не тот. Не то…

– Я не хочу! – толкнула ещё раз и, изловчившись, пнула по голени. Пьяный, он пошатнулся, и я толкнула снова, а после бросилась прочь из ванной. Сердце стучало в горле, меня колотило. Если он захочет догнать меня… Что делать дальше я не знала. Почти голая, в неудобных домашних сланцах… Только выбежать из комнаты, только…

Остановилась, увидев стоящего в дверях комнаты Макса. Мрачный, он смотрел на меня по-дьявольски чёрными глазами. Джинсы, небрежно накинутый пиджак… Страх стал сильнее прежнего. Как он… Я обернулась. В дверях ванной, опираясь на косяк, стоял… Макс. Макс, чтоб его!

– Oh mio Dio (О Боже мой – пер. с итал)! – снова глянув на дверь комнаты, шепнула я, понимая, что грохнуться сейчас в обморок было бы весьма уместно. Вот только обмороки никогда не были моей сильной стороной.

Выдохнула и, как идиотка, обернулась на того Макса, что всё ещё опирался на косяк ванной.

– С ума сойти…

Проигнорировав навороченную кофемашину, я нашла в кухонном шкафчике турку и взялась молоть кофе. Мама родом из России, но от неё мне достались только яркие голубые глаза, в остальном же пошла я в отца – чистокровного итальянца. Во всём, что касалось приготовления еды, спешки он не терпел, а уж варка кофе…

– Да выключи ты эту чёртову штуку! – гаркнул второй Макс, стоило мне включить кофемолку.

Проигнорировав его, я домолола кофе и насыпала в турку. По кухне разнёсся приятный аромат свежемолотых зёрен. Снова вспомнился наш дом, родители…

Мельком глянула на сидящих за столом мужчин. Похожи они были, как две капли воды, разве что второй был ещё мрачнее первого. Судя по всему, что-то у него произошло. То ли жена изменила, то ли девушка ушла… Разобрать этого я так и не смогла. Ожидала, что Макс скажет, чтобы я шла к себе в комнату и не показывалась, но вместо этого он приказал сварить крепкий кофе.

– И что теперь, Дэн? – он был явно недоволен. – Какого лешего ты надрался, как…

Я налила воду в турку и стала ждать, когда кофе будет готов. Значит, Дэн? Кажется, это сокращение от Денис. Снова глянула на братьев.

– Ты скоро? – на этот раз Макс обратился ко мне. Даже голоса у них были почти одинаковыми. Почти. Только его… Он задевал что-то внутри меня, как будто каждого нерва касался.

– Скоро, – отставила турку в сторону.

Обернулась, прямо посмотрела вначале на одного, потом на другого. Чёрт! Выходит, там, в ванной… Дело вовсе не в моём здравомыслии. Просто… Это действительно был не тот. Не тот мужчина, не те руки, не те пальцы.

Перехватив мой взгляд, Макс приподнял уголок губ и тут же холодно напомнил:

– Кофе, Марика.

– Верни мне телефон. Мне нужно поговорить с мужем, – выпалила я.

Достаточно с меня всего этого! Мне требовалась ясность, я хотела лично услышать от Ивана, сколько мне ещё ждать. Слова Макса, что он кинул меня… Верила ли я ему? Не знаю.

– Я бы и сам хотел поговорить с твоим мужем, – с совершеннейшим спокойствием произнёс он, тогда как я начинала терять терпение. – Кофе.

Порывисто распахнув дверцы шкафчика, я достала две чашки и с громким стуком опустила на столешницу. Разлила тёмный, ароматный кофе и поставила на стол.

– Дай мне телефон.

– Настойчивая какая, – усмехнулся Дэн. – Я бы на твоём месте…

Что бы он там на месте Макса, меня не интересовало. Я стояла рядом с Максом и смотрела ему в глаза. Откинувшись на спинку стула, он разглядывал меня, будто оценивал, обдумывал что-то. Взял чашку, сделал глоток горячего кофе.

– Неплохо, – проговорил лениво.

Снова осмотрел, провоцируя, зная, как это выводит меня из равновесия. Но поддаваться я не собиралась. Не на этот раз. Прошло ещё около минуты прежде чем он поднялся и вышел из кухни. Оставшись наедине с его братом, я почувствовала некоторую неловкость.

– Вот скажи мне, – неожиданно заговорил он, и я повернулась к нему, – что вам, бабам, нужно? Что? – процедил, глядя на меня со злым прищуром.

– Не знаю, что бабам, – ответила я сквозь зубы, – а мне нужно, чтобы твой брат оставил меня в покое.

Денис презрительно хмыкнул и отвернулся. К кофе он едва притронулся.

– Все вы шлюхи, – посмотрел снова. – Н-да? – та же усмешка. – Ищете где послаще, полегче… Ницца, Монако…

И без того раздёрганная, я было хотела в весьма грубой форме объяснить ему, что для начала неплохо бы разобраться с собственным говном, а уже после обвинять в чём-то всех подряд. Кого уж он там обвиняет, понятия не имею! Но стоило мне открыть рот, на пороге кухни появился Макс. Швырнул на стол мой мобильный, и тот, прокатившись, остановился прямо напротив меня.

– Se sei uno stronzo, non dovresti incolpare una donna, (Если ты мудак, не стоит винить в этом женщину – пер. с итал.), – бросила я Дэну и взяла мобильный.

Больше не обращая внимания ни на одного из братьев, торопливо открыла список контактов и, найдя Ивана, ткнула в кнопку вызова. Сердце заколотилось, дыхание замерло. Наверное, я соскучилась по нему. Соскучилась по чему-то хоть сколько-то привычному, знакомому. По кому-то…

– «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети», – донеслось до меня спустя несколько секунд тишины. Я выдохнула. Колотящееся сердце так и упало вниз, рухнуло, будто бы с огромной высоты. Набрала снова. Тишина и… – «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Так и прижимая телефон к уху, посмотрела на Макса. Во взгляде его была… жалость. Этакое выражение безучастного сочувствия. Стиснула телефон сильнее. Безжизненный голос электронного информатора повторил фразу на английском.

– Это ничего не значит, – выпалила я и качнула головой. – Понятно?

Не желая больше чувствовать на себе этот взгляд, быстро выскочила из кухни, понимая, что ничего не значат, скорее всего, мои последние слова. Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. А я… Я одна в, по сути, чужой стране в руках мужчины… Мужчины, для которого я – пустое место, вблизи которого я становлюсь сама не своя.

Глава 9

Макс

– Я не отдам её, – процедил Денис.

Я похлопал его по плечу. Спрашивать, нахрена ему сдалась пославшая его баба, было бесполезно. Порой мне казалось, что он и сам себе этого объяснить не может.

– Ложись спать, – посоветовал я. – И учти, ещё раз так надерёшься…

– Иди к чёрту, – беззлобно процедил он сквозь зубы и стянул чёрную водолазку. Плечо его украшал орнамент татуировки, спускающийся до самой лопатки. Пожалуй, только по татуировкам и их расположению нас и можно было отличить. Младше меня на считанные минуты, Дэн был точной моей копией. Не удивительно, что девчонка приняла его за меня.

Я вспомнил её, застывшую посреди моей спальни с влажно блестящими глазами. Уж не знаю, что этот идиот сделал, но…

– Не лезь к Марике, – прежде, чем уйти, сухо проговорил я.

Он посмотрел на меня. Губы его тронула нехорошая, жёсткая усмешка. Я знал этот взгляд, эту усмешку. Брат пребывал в отвратительнейшем настроении. В такие моменты способен он был на всё что угодно. Это тоже нас отличало: я всегда был несколько сдержаннее его, рациональнее.

– Я не шучу, Дэн.

– Да ладно, – губы его снова искривились. – Бабу для брата пожалел?

Я только головой качнул. Нахрен ему она не сдалась, скорее просто решил позлить меня. В подобном настроении он нередко нарывался на неприятности, именно поэтому я и не отправил его восвояси. Впрочем, не отправил бы я его в любом случае. Другое дело, что в гости Дэна сегодня я никак не ждал. Планировал пробыть в игорном доме до утра, но часа с ласковой девочкой мне хватило, чтобы убедиться – дело вовсе не в желании слить. Смотрел на неё, стоящую передо мной на коленях и понимал, что хочу другого. Девчонка была хороша, вот только…

– Я тебя предупредил, – отрезал я перед тем, как выйти из комнаты.

Хотел было уйти к себе, но вместо этого спустился вниз. Ночь подходила к концу, за окном понемногу светлело. Зайдя на кухню, я подогрел оставшийся в турке кофе и вылил в чашку. Добавил две ложки сахара. И в самом деле отличный кофе…

– Да, – услышал я звонкий девичий голос с итальянским акцентом. – Нет, мам… Нет! Мам! У меня всё хорошо… Да… Послушай! Да послушай же ты! Если ты не прекратишь, я положу трубку… Мам!

Судя по тому, что голос стал тише, Марика отошла от двери. Но я всё равно отчётливо слышал всё, что она говорила. Время от времени она переходила на итальянский, потом снова на русский, а порой и вовсе смешивала языки. Чёрт! А ведь меня заводит её голос, её манера говорить. Представил, как она оживлённо жестикулирует, как раздуваются её ноздри, блестят глаза…

– Вот же, – процедил сквозь зубы и, отставив недопитый кофе, подошёл к холодильнику, но открывать не стал. Взял лежащий рядом на столешнице багет и откусил хрустящую горбушку.

– Я не приеду! – Марика снова оказалась близь двери. – Нет, мама! Я уже давно не ребёнок. Нет… Я сказала…