Алиса Ковалевская – Пешка для наследника (страница 25)
- Конечно. Я пока сварю нам кофе.
- Ты просто ангел, Марго, - отметил Крис и вышел.
Маргарита провожала его хищной улыбочкой. Алкоголь ещё не выветрился – об этом свидетельствовала его не слишком уверенная походка и слишком благодушное настроение. А ведь всегда, когда они находились в одной комнате, Кристиан был вежлив и учтив, но сдержан в проявлении своих чувств. Правда, за исключением того поцелуя…
Выждав несколько минут, она направилась за ним, на ходу расстегивая блузку. Сегодня он станет её. И никакая Андреа ей не помешает. Эта дура не стоит ни одного мизинца Криса, он не должен принадлежать ей. А она, Маргарита Оболонская, достойна, как никто другой. Столько лет она ждала своего часа и теперь, когда судьба предоставила его, не упустит. Ни за что!
Поднявшись по лестнице, девушка прошла несколько комнат и остановилась напротив его двери.
«Может, ты завтра и пожалеешь о содеянном, Кристиан, но я – никогда», - мысленно сказала себе Марго и без стука вошла.
Крис как раз надевал рубашку. Увидев Маргариту с расстегнутой блузкой, он вначале не поверил своим глазам, но потом быстро сообразил, что она – совершенно реальна, и недоумённо проговорил:
- Марго, что ты здесь делаешь?! Ты с ума сошла?
- Да, Крис, - медленно приближаясь, кивнула Марго. - Я давно схожу с ума от тебя, - оказавшись с ним совсем рядом, она коснулась ладонью его груди и нежно погладила, - я хочу тебя, Кристиан, и знаю, что ты тоже испытываешь ко мне схожие чувства.
- Нет, Марго, - он не знал, что сказать, - я… ты неправильно меня поняла. Я не могу… Андреа…
Маргарита подняла взгляд на Криса и холодно произнесла:
- Она тебя не достойна. Ты её не любишь.
- Я её люблю, - возразил он и хотел было отстраниться, но она схватила его за руку и уверенно заявила:
- Это тебе только кажется. Не любовь это, а попросту банальная привязанность.
- Маргарита, я…
- Ты же хочешь меня, - проворковала Марго и всем телом прижалась к Крису.
Кристиан ощутил желание, жгучее желание, доселе скрытое где-то в самом дальнем уголке души, но рвавшееся наружу, как только он видел Марго. Сестру его лучшего друга. Нет, он не может. Он женат. Он любит свою жену.
Маргарита стянула с него рубашку и теперь нежно гладила его торс, оставляя на его коже горячие следы от прикосновений… Он должен остановиться. Крис попытался связать свои мысли воедино и уверить себя в том, что он должен всё прекратить, однако тело его уже откликнулось на ласки Маргариты, и он сдался.
Обняв Марго за талию, он наклонился и страстно впился в её губы, такие сладкие, словно мёд. Они повалились на кровать, яростно срывая друг с друга одежду, не переставая целовать друг друга…
Маргарита была на вершине блаженства. Любимый человек рядом с ней. Он её. Она отвоевала его. Она победила.
Они вернулись домой только ближе к ночи. Дом встретил их мрачным приветствием, полностью утонув во мраке ночи. Открыв дверь, Глеб включил свет и бросил ключи на стол.
Женя вздохнула и, запрокинув голову назад, тихонько проговорила:
- Глеб, спасибо тебе огромное за сегодняшний день.
- Не за что, Женя. - Он улыбнулся. - Этот день и я никогда не забуду.
Женя смотрела на Глеба. Даже сейчас, под конец такого насыщенного дня, он выглядел безупречно, словно они не карабкались весь день по горам. Его светлая рубашка оставалась безупречно гладкой, а серые брюки, казалось, были только что из химчистки. Истинный аристократ…
И тут её взгляд скользнул к его груди. Несколько пуговиц были расстегнуты, обнажая часть его мускулистой груди. Женя нервно сглотнула и подавила физическое желание провести по ней рукой.
«Боже, Осипова, кажется, у тебя совсем крышу сносит, раз ты уже готова броситься на мужчину, едва завидев хоть чуточку соблазнительный участок его тела…»
Но в том-то и дело, что Глеб Оболонский казался ей соблазнительным с ног до головы – и это в одежде, а что будет, если он…
«Дура!!! - ругала она саму себя. – Пошлая дура!»
Но поделать с собой ничего не могла. Еще секунда, и она прижалась к нему всем телом. Глеб медленно наклонился к ней, и Женя уже ждала, что он вот-вот её поцелует…
Но тут…
- Спокойной ночи, Женя, - его тихий голос прозвучал у неё прямо над ухом. Глеб легонько коснулся губами её щеки и, как ни в чем не бывало, отправился в свою комнату.
- Спокойной, - протянула Женя, провожая того потрясенным взглядом.
Что он с ней делает?! Она прижала руку к груди, там, где бешено стучало сердце, и покачала головой, пытаясь прийти в себя. Не-ет, этот человек точно дьявол! Дьявол во плоти!
«Осипова, а он не подсыпал тебе случаем приворотное зелье какое? Ты же просто сейчас побежишь и изнасилуешь его! Такую власть над тобой имеет Глеб Оболонский… Тут точно что-то нечисто… Я бы на твоем месте задумалась», - ехидничал внутренний голос, и Женька, глубоко вздохнув, отправилась в свою комнату.
Что ж… ещё одна бессонная ночь…
Сколько прошло времени, Женя не знала. Она ворочалась в кровати, безуспешно стараясь уснуть. Сердце бешено колотилось в груди, будто бы норовя выпрыгнуть наружу. Наконец, решившись, Женя резко встала с постели и вышла из комнаты. Спальня Глеба находилась в другом конце коридора. На цыпочках она подошла к его двери и на секунду остановилась в нерешительности. Где-то в душе Женя понимала, что поступает безрассудно, что ей сейчас же стоит развернуться и возвратиться в свою спальню.
Но она не послушалась.
Осторожно приоткрыв дверь, она проскользнула в спальню и на несколько мгновений застыла на месте, дабы глаза немного привыкли к темноте. Затем медленно приблизилась к кровати и присела на краешек. Глеб во сне что-то пробормотал и вздохнул. Женя улыбнулась и дотронулась губами до его губ.
Он открыл глаза и, увидев её, удивлённо прошептал:
- Что ты здесь делаешь?
Женя нежно улыбнулась и, прильнув к нему, тихонечко проговорила:
- Я приняла решение, Глеб. Я хочу быть с тобой.
Он, обхватив её лицо ладонями, спросил, не отрывая взгляда от её чувственных, нежных губ, которые так хотелось вновь ощутить на вкус.
- Значит ли это, что ты полностью мне доверяешь?
- Да. - Женя наградила Глеба самой ослепительной улыбкой. - Я верю тебе. Хочу верить.
- Ты уверена? - Он словно проверял её на прочность, словно хотел, чтобы она была его безгранично, полностью, чтобы она отдавалась ему без тени сомнения в душе, словно для него это очень много значило…
И, черт возьми, для него это действительно МНОГО значило! Эти дни он сгорал от желания. Он хотел её, безумно хотел, и только одному ему было известно, сколько усилий пришлось приложить, чтобы сдерживать себя.
А сегодня, прощаясь внизу, он готов был умереть, когда заставил себя просто уйти, даже не прикоснувшись к её теплым губам. Но Глеб ждал. Ждал, пока Женя сама решится, отбросив сомнения.
Принцип?
Возможно.
Но, может, и что-то большее…
- Да.
Этого Глебу было более чем достаточно. Он привлёк Женю к себе и жадно, требовательно поцеловал. Женя обвила его шею руками и всем своим существом прижалась к его груди. Они перекатились в кровати так, что она уже лежала под ним. Глеб нетерпеливо стащил с Жени ночную сорочку, обнажив её тело с мягкой, как шёлк, кожей, и застыл, горящими от страсти глазами рассматривая её.
Он, едва касаясь нежной кожи, провел ладонью по ее щеке, дотронулся до ямочки на шее и ощутил под пальцем бурное биение ее пульса… такое же бурное, как у него. Слабая, чуть растерянная улыбка появилась у нее на губах – самая прекрасная из всех, какие он видел. Женя не умела скрывать свои чувства, и сейчас на лице у нее было написано, что она позволит ему делать с ней все – все, что он захочет… Глеб смотрел на ее юную грудь – на два округлых очаровательных полушария, увенчанных соблазнительными сосками. Кончиком языка он коснулся соска, который моментально затвердел, Женя застонала и выгнулась ему навстречу.
Он принялся покрывать каждую клеточку её тела поцелуями, оставлявшими горячие следы на её коже.
Женя так крепко вцепилась пальцами в твердые мышцы на плечах Глеба, словно от этого зависела ее жизнь, но он даже не почувствовал боли от впившихся в кожу острых кончиков ногтей. Её руки блуждали по его спине, оставляя красные следы. Её горячие губы прижимались к его губам.
Глеб издал хриплый, полный страсти, стон, и Женя в ответ крепче прижалась к нему, обхватив его длинными стройными ногами.
Сколько же страсти было в этой юной девушке, как яростно она отдавалась ему, как неистово отвечала на каждый его поцелуй, на каждую его ласку, и отвечала ему с той же силой, даря ему небывалое наслаждение…
Когда она, счастливая и умиротворенная, лежала в его крепких объятиях, Женя ощущала себя самым счастливым человеком на Земле. Она слушала ровное биение его сердца и вдруг невольно подумала: «Я бы хотела всегда слышать этот звук…» Больше ей ничего не нужно было.
Женя вздохнула и погрузилась в сладкий сон, полный счастливых сновидений. Глеб, почувствовав, что девушка уснула, нежно прикоснулся губами к её макушке и закрыл глаза.
О чем он думал? Известно было только ему одному…
Глава 15
Маргарита открыла глаза и сладко потянулась. Но тут её взгляд наткнулся на пустую подушку.
Осмотрев взглядом спальню, она нашла Кристиана, сидящего в дальнем конце комнаты в кресле с полупустой бутылкой виски. Он каким-то отрешённым взглядом смотрел на неё и молчал. Марго сонно улыбнулась и села в постели.