Алиса Ковалевская – Обязана быть его-2 (страница 6)

— Не подходи ко мне, — сглотнув стоящий в горле комок, просипела я, едва он сделал шаг.

— Дарина… — Расстояние между нами сократилось.

Стиснув одеяло, я отпрянула к стене, почувствовала спиной прохладную гладь, и качнула головой.

— Как ты? — не обращая внимания на мои слова, он решительно подошёл к постели.

Всё в нём как обычно было безупречно, в каждом движении читалась уверенность. Только глаза казались темнее обычного, и ожесточившиеся черты лица выдавали усталость.

О том, кто пустил его, спрашивать не было смысла. Посещать меня мог только следователь, но ведь это Демьян. Демьян Терентьев, а он всегда получает то, чего хочет. Любыми путями.

— Как я? — против воли горько усмехнулась — иронично, понимая, что меня снова охватывает истерика. — Я убила человека, Демьян! Я. Убила. Человека. Что ты хочешь услышать от меня? Что всё… всё из— за тебя?.. — говорить этого я не хотела, но слова прозвучали против воли. Если бы не он… Если бы он не решил, что я должна принадлежать ему. Если бы…

Закрыв глаза, я помотала головой, пытаясь успокоиться, но понимала — не могу. Не могу смотреть этому человеку в глаза, не могу слышать его голос… Не хочу! Больше не хочу! Не хочу!

— Тебе нужно успокоиться, я со всем разберусь, я…

Мой громкий, надрывистый смех заставил его замолчать. Я полоснула его ненавидящим взглядом.

— Ты уже разобрался, — буквально выплевывая слова, прошипела я. — Ты влез в мою жизнь, в жизнь моей дочери, ради чего?! Для тебя вообще чужие жизни не имеют значения?!

— Что ты несешь, — раздраженно выговорил он, хмуря брови. — Что произошло?! Почему ты так со мной разговариваешь, Дарина? В чём дело?

— В чём дело, Демьян?! — меня колотило от нахлынувших эмоций. Каждое его слово натягивало нервы. — Почему?! Почему ты не подал заявление в полицию, когда Эдуард сбежал с твоими деньгами? Почему, ответь?!

— Я говорил тебе, — он чуть сощурил глаза, губы его на несколько секунд сжались, превратившись в жёсткую линию. — Причём тут это?

— Почему ты не подал заявление?! — процедила я зло, отшвырнула одеяло и, не обращая внимания на пронзающую тело боль, встала. Отошла от Терентьева. — Ответь! — закричала. — Ответь мне!

Грудь моя тяжело вздымалась, дыхание стало шумным.

Демьян молчал. Смотрел на меня, проникая взглядом в самую мою сущность, в самое нутро, где больше не осталось ничего — пустота.

— Ну что ты молчишь?!

— Мне нечего тебе сказать помимо того, что я уже сказал!

— Ненавижу тебя! — с отчаянием выдохнула я. — Ненавижу… — процедила сквозь слёзы, остановить которые было выше моих сил.

Демьян сделал попытку подойти ближе, обнять меня, но я вывернулась, оттолкнула его.

— Никогда больше не приближайся, понял?! — судорожно дыша, проговорила я. — Никогда. Никогда не трогай меня.

— Что он тебе наговорил? — спросил Демьян.

Спокойный, сдержанный, он стоял рядом со мной, я же… Я же чувствовала себя дурой. Простушкой, снова поверившей в то, чего нет и не может быть.

Дотронуться до меня он больше не пытался. Только стоял рядом, так близко, что запах его бередил воспоминания, доводя меня до грани.

— Скажи, почему ты не искал Эдуарда! — истерика окончательно одержала верх, рыдания рвались наружу, толкая меня на дно пропасти. — Скажи! Ну же, Демьян! Только правду! Ты же у нас честный, чёрт тебя возьми! Ты же любишь правду! Так скажи!

— Я искал его, — он не сводил с меня взгляда. В голосе его появилась жёсткость, даже некоторое раздражение.

Я покачала головой.

— Не искал.

— Послушай, — он всё— таки сделал ещё одну попытку коснуться меня, взять за руку. Я отдёрнула кисть.

— Нет, — так же твёрдо отозвалась я. — Не искал! — Ещё резче. Собственный голос звоном отдавался в висках, бился внутри. — Если бы искал… если бы искал, если бы хотел найти, нашёл бы! Но ты не хотел! Ты не хотел, черт тебя подери!! Ты хотел меня! Моё тело в безраздельное пользование и заплатил Эдуарду, чтобы он исчез! Ты просто купил меня, как бездушную куклу, Демьян Терентьев, и я тебя ненавижу за это!!!

От крика у меня зашумело в голове, перед глазами появились тёмные точки. Я видела, как потемнели его глаза, как черты лица заострились ещё сильнее. Ухватилась за край подоконника. Дверь позади Демьяна резко отворилась, и в палату вошла обеспокоенная медсестра.

— Простите, — обратилась она к Демьяну, — вам придётся уйти. — Посмотрела на меня, снова на него. — Вы…

— Уже ухожу, — даже не посмотрев на неё, сквозь зубы бросил он и обратился ко мне: — Сейчас не время и не место для подобных разговоров. Ты не в себе, и…

— Да, — перебила я его. — Представь себе! Я убила…

— Дарина! — шикнул он, заставив меня замолчать. Как ни странно, это подействовало.

— Уходи, — просто сказала я, чувствуя, как у меня трясутся руки, как дрожит голос. — Уходи, Демьян. Я не хочу тебя больше видеть.

— Поговорим позже, — процедил он и пошёл к двери, но я остановила его:

— Демьян! — всхлипнула и, когда он обернулся, отрицательно качнула головой. — Никогда больше… Ни позже. Никогда.

Глаза его превратились в сплошную черноту.

— Позже, — с нажимом повторил он. — Когда ты сможешь мыслить здраво.

Поджав губы, он вышел из палаты, и звук его шагов постепенно растворился в тишине коридора.

Меня заколотило сильнее. Прижав пальцы к губам, я попыталась подавить рыдания, но те вырвались с потоком слёз.

Оказавшаяся рядом медсестра помогла мне дойти до постели. Я чувствовала её пальцы на своём локте, а комната кружилась вокруг. Вот и всё…

— Он… — сквозь рыдания попыталась сказать я. — Он не…

— Успокойтесь, — медсестра помогла мне лечь. — У Вас сотрясение, Дарина, вам может стать хуже.

Успокоиться я не могла, хоть и понимала, что должна сделать это. Прошлое смешивалось с настоящим, мелькало перед глазами улыбками Сони, руками Демьяна на моём теле, взглядом его тёмных глаз и словами Эдуарда. Всё разрушилось, разбилось, превратилось в пепел. Всё, чему я пыталась поверить.

— Я сделаю вам укол, — услышала я голос медсестры. — Так будет лучше.

Дотронувшись до моего плеча, она вышла, а я сжалась на постели. Обняла себя руками и, потихоньку поскуливая, зажмурилась, малодушно желая лишь одного — отмотать время назад. Хотя бы на пару дней. Хотя бы на сутки — до того момента, когда я ещё могла мечтать о будущем, ещё могла верить.

Проснулась я от лёгкого, почти невесомого прикосновения. Поначалу подумала, что мне показалось, но плеча моего снова кто— то коснулся. Кое— как открыв глаза, я повернулась и не смогла сдержать болезненный стон.

— Привет, — шепнула Светка. — Прости, что разбудила.

— М— м… — вместо ответа тихо промычала я и выдохнула.

Голова болела сильнее прежнего, внутренности будто наизнанку выворачивало, каждое движение отзывалось болью. Губы были такими сухими, что натянулась кожа. Поняв это, Света подала мне бутылочку с водой и помогла присесть.

Сделав пару глотков, я встретилась с ней взглядом. Волосы её были собраны в простой хвост, под глазами — тёмные круги.

— Как же мы за тебя испугались, — тихо сказала она и, подавшись ко мне, приобняла.

Я почувствовала, как поднялась и опала её грудь, пальцы её оказались на моём затылке. Крепко, порывисто прижав, она выпустила меня, и я заметила влажный блеск её глаз.

— Я тоже испугалась, — призналась я, понимая, что и сама готова разрыдаться. — Светка… я его…

— Тс— с— с, — она приложила ладонь к моим губам, заставляя замолчать. — Ты не виновата, — проговорила, глядя в глаза. — Ты ни в чём не виновата, поняла?

Я молчала. Взгляд подруги стал жёстким, и она проговорила ещё твёрже:

— Ты не виновата, Дарина. Этот ублюдок…

— Не надо, — устало попросила я и вздохнула. — Я всё понимаю. Умом понимаю, но…

— Никаких «но», — Света накрыла мою ладонь своей. — Милая моя… — она сдалась, позволив себе слабость. — Дарин… К тебе Демьян приходил?

По взгляду её я поняла, что она знает. По крайней мере знает, что приходил.

— Это он прислал тебя? — я высвободила руку.

— Нет, — сказала она, не колеблясь, и я поверила ей. — И всё же… Ты не представляешь, что было. Он всех…